— Судя по численности, против нас послали два легиона. Значит, против нас выйдет от 7 до 8 тысяч демонов. — Пробормотал я себе под нос, прикрывая глаза и сосредотачиваясь. До столкновения оставалась считанные минуты и нужно было успеть сделать все приготовления.

— О Эльрат, дающий благословение. Дай мне сил защитить детей твоих, дай мне храбрость идти вперед под знаменем твоим. — Тихо шептал я, склонив голову и приложив меч ко лбу. — Не оставь нас в трудный час, помоги своему чаду, возносящего к тебе мольбу. Да будет Свет вечно сиять над землями Асхана. Прими мою молитву.

Стоило прозвучать последним словам, как мой меч засиял подобно Солнцу от вложенного в него чистого Света. Подобно маяку он сиял на многие мили, освящая каждого моего солдата, начиная грязным ополченцем, у которого перед боем тряслись поджилки, заканчивая величественным архангелом, парящим над полем боя. Через несколько мгновений весь этот Свет собрался на вершине клинка, превратившись в маленькую звездочку, чтобы через мгновение рассеяться, разойдясь волной над моим войском.

Молитва.

Один самых главных навыков настоящего рыцаря как в игре, так и реальности. Можно смело назвать ее мерилом силы любого военачальника, ходящего на этой земле под светом Эльрата. Способность концентрировать всю свою веру в одной точке, не используя ни капли маны, на чистой воле создавая эффект аналогичный использованию заклинания Божественная сила.

Но это не значило, что я остановлюсь только на ней.

Каменная кожа, Божественная сила, Уклонение… Заклинания, отрабатываемые мной сотни, если не тысячи раз, которые я мог наложить даже будучи вусмерть пьян, слетали с языка быстро и хлестко. Они приободряли и усиливали каждого солдата в моей армии, готовившихся принять удар приближающейся своры, которая постоянно увеличивалась из-за вспыхивающих то тут, то там костров, из которых выбегали все новые и новые демоны. Хорошо хоть мастерство Владыки оказалось недостаточно высоким, чтобы призвать из Шио кого-то сильнее кошмара.

Да, да именно принять. Ведь не зря главным навыком Ордена Порядка в игре назывался Контрудар. Вся тактика империи строилась на том, что бронированные латники и ополченцы, под прикрытием монахов и стрелков, приняли на себя первый удар, мощно ударили в ответ, а вышедшие из-за их спин рыцари, ангелы и грифоны добили дезориентированного врага.

Тактика не идеальная, но лучшая из всех, которые могли придумать имперцы. Все же мы не маги, которые могут заваливать врагов горгульями и големами, и не некроманты, для которых вся нежить, кроме вампиров, личей и драконов лишь пушечное мясо, которым можно с легкостью пожертвовать.

— Каждый из нас выивает как может. — Сказал я сам себе, выставив руки перед собой и начав зачитывать последние, самые важные заклинания. Связь, которая соединит меня со всеми генералами, магистрами и тысячниками в моей армии. И Покой, позволяющий на некоторое время полностью избавиться от эмоций и который на меня часто накладывали в детстве, после неудавшегося покушения.

Плюсы этих заклинаний были очевидны — первое позволяло мне напрямую управлять всем своим войском и, самое главное, быть в курсе происходящего на местах, ведь стоит начаться битве как поднимется столько пыли, что я дальше собственного носа не увижу.

Про второе заклинание даже говорить не стоит — это простому пехотинцу, рубящемуся с демонами лицом к лицу нужны выбросы адреналина, чтобы усилить мышцы и разрубить бегущую на него образину пополам, но мне как командиру, всю битву стоящему на одном месте, отдавая приказы и обновляя заклинания, это без надобности.

«Как говорил Василий, рыцарь идет в бой только в двух случаях — либо он победил, либо уже проиграл. Холодная голова, способная принимать взвешенные и оюдуманные решения, будет гораздо ценнее» — Подумал я, прочувствовав как с передовой, где выстроилась длинная линия латников, с ополченцами по краям, и стоявших за ней лучников пронеслась легкая волна маны.

Дугал активировал свой артефакт, а значит до столкновения остались считанные минуты.

— Мы победим. — Констатировал я очевидный факт, поднимая глаза в небо, где под командованием Айрис парила огромная стая грифонов. — Главное чтобы победа не стала Пирровой.

***

То же время.

Строй латников герцогства Ворона.

Улаф. Десятник на службе у Андрея Ворона.

— Связь наложена. Слышите меня? — Услышал я в ушах голос сотника Олега, стоявшего в паре десятков шагов от меня.

— Слышим. — Отозвался стоявши рядом Викт, как и я бывший десятником.

— Слышим. — Ответил Георг, стоявший слева от меня.

— Слышим. — Буркнул Даниил, занимавший крайнюю позицию справа.

— Слышим. — Откликнулся Волод, а за ним и все остальные.

…

— Слышим. — Я отозвался последним, слишком сильно задумавшись и уйдя в свои мысли.

— Накладывайте Связь на своих парней и готовьтесь. До атаки демонов осталось всего семьсот ярдов. — Отдал приказ сотник и замолчал, ведь по правилам Связью нужно было использовать как можно реже, исключительно по делу, чтобы не создавать какофонию и не отвлекать воинов во время боя.

«Мда, Улаф… Хотел ты ратные подвиги, вот и получил их» — Подумал я, поправляя хват на своем ростовом щите, прикрывающем меня от головы до кончиков ног, и посильнее сжав тяжелый родовой меч, с выгравированной на лезвии головой волка. Они были одними из немногих вещей которые я смог вывести из родового поместья, прежде чем туда пришли другие аристократы и забрали у меня то, чем мой род владел сотни лет.

Признаться, когда пять лет назад я, сидя в одной из многочисленных забегаловок Пограничной крепости, стоявшей на единственной нормальной переправе через Седую реку, разделявшую провинции Волка и Ворона, думал куда пойти, то даже не задумывался о том, чтобы поступить на службу птичьему роду.

Будучи выходцем с северо-восточных окраин герцогства Волка, мне с детства приходилось выслушивать семейные байки о наших северных соседях, передающиеся еще со времен династии Сокола. Звучали они примерно одинокого — что все ворониты варвары, сношающиеся с орками, что они безбожники, почти не почитающие Эльрата, в тайне молясь Илату, что у них нет чести, нет совести, нет нормального вина в конце концов! Ничего удивительного, что в детстве я воображал своих нынешних товарищей тварями похуже демонов и орков вместе взятых.

Но прошли года, я покинул отчий дом, отправившись в столицу герцогства — Нильсхавен, где отслужил сначала пажом, потом оруженосцем при дворе герцога Герхарда. Оставалось всего пара лет, прежде чем меня посвятили бы в рыцари и я начал служить в герцогской гвардии, с возможностью в будущем возглавить свой Клык и увеличить свой надел, чтобы мои внуки или правнуки могли претендовать на титул барона.

Вот только случилась Война Серого Альянса. Император Алекс вместе с половиной герцогов сгинули в Шио, а весь род Волка оказался убит, после чего в герцогстве началась смута.

Я не стал принимать участие в начавшихся интригах за место в регентском совете, справедливо считая политику грязным и неблагодарным делом, способным лишить тебя всего. Поэтому просто получил свой титул рыцаря, отслужил 10 лет на границе в одном из элитных клыков, положив не мало монстров, а после отправился в поместье, где удачно женился на дочери богатого купца и стал мирно доживать оставшиеся годы, не особо интересуясь делами провинции.

Как оказалось позже — зря.

Начавшая в герцогстве война между крупнейшими родами поменяла все. Моя семья веками отдавала всю себя воинскому делу, поддерживая хорошие отношения с соседями и сохраняя нейтралитет, но это не помешало одному из баронов обвинить нас в пособничестве мятежникам и отобрать мои земли. Его люди просто пришли в мой дом, показали грамоту с печатью регентского совета, по которому меня объявляли пособником мятежников и лишали земель, и сказали выметаться из дома.