Кайла не смогла пережить такого позора и умерла, оставив трон своей дочери Морвенне, которая, в противовес матери, ни разу не собирала Великих Соборов, не считаясь с мнение остальных герцогов и бесславно погибла в пятьсот четвёртом году, пытаясь уничтожить орков на островах Пао.

В общем, Великий Собор был местным аналогом российского Земского Собора, где император мог посовещаться со своими вассалами и поднять их на какой-нибудь подвиг, необходимый Империи.

Сейчас же Великий Собор был собран Николасом, чтобы показать себя перед другими герцогами, самому очно познакомиться с нами и решить накопившиеся после войны и восьми лет регентства его матери и Маркела, проблемы. Умное, на самом деле решение, ведь сделай он это раньше, пока императрица Фиона была жива, первую скрипку на собрании играл бы не император, а его астролог.

Все эти мысли и воспоминания мелькали у меня в голове, пока я медленным шагом приближался к стоящему в центре зала столу. Само собрание было назначено на полдень, но я пришёл на час пораньше, чтобы привыкнуть к атмосфере этого места, привести мысли в порядок и сконцентрироваться. Из всех сегодня присутствующих именно, я был самым младшим, а значит нужно было вести себя безукоризненно, чтобы меня не могли осадить используя возраст.

«Так значит я не первый». — слегка удивился я, краем глаза заметив на одном из балконов одетого в зеленые лиственные одежды эльфа, который мог быть только нынешним послом Ироллана. — «Так вот какой ты, Файдаэн».

Молодой, по меркам своей расы, эльф выглядел внушительно. Высокие скулы, мужественный подбородок, орлиный нос с горбинкой вместе с длинными пшеничными волосами и мускулистыми руками, покрытыми зелёными татуировками, делали его больше похожим на какую-то смесь викинга и индейца, а не благородного эльфа, к которым я привык по фильмам Питера Джексона. Но, я не обманывался его внешностью — посол Ироллана уже тридцать лет занимал свой пост при дворе императора и имел славу хорошего политика и непревзойденного софиста, способного жонглировать словами на завись большинству мошенников и пустобрехов.

— Какой страшный эльф, — произнёс я, не беспокоясь что меня услышат. Балконы были отделены от основного зала не только декоративными перилами, но и сложной магией, не пропускающей звуки и немного искажающими изображение, не давая некоторым хитрым умельцам даже читать по губам.

— Полностью с вами согласен, милорд. Вашему отцу он тоже не нравился, — согласился, вставший рядом Василий.

— Почему? — поинтересовался я, заинтересованно взглянув на кастеляна. До приезда сюда, я постарался узнать всё про обитателей двора, но не удосужился спросить Василия, который из-за навалившейся в последние годы работы крутился как уж на сковородке, появляясь в моём кабинете только по делу.

— Он не воин. Дипломат и поэт — но, точно не воин, — дал свою оценку, мой управляющий, в чьём взгляде на эльфа я легко заметил лишь слегка замаскированное презрение. Всё же, в Империи, в любом благородном, в первую очередь ценилась его воинская удаль и умение управлять армией, а не управленческие или дипломатические таланты.

«Знал бы он, что этот дипломат будет мутить после войны Шестого Затмения». — подавив едва не вылезшую на лицо усмешку подумал я, направившись к предназначенному для меня месту. — «Может завести с ним знакомство? Всё же он будущий регент Ироллана и возможный Верховный король».

На этом моменте, я серьёзно задумался, начав взвешивать все «за» и «против» насчёт такого знакомства. Но, только на первый.

«С одной стороны такое знакомство может принести только пользу, вот только как дипломат Файдаэн, активно участвует в политике». — откинувшись на спинку кресла, я поднял взгляд на купол, прямо на фреску с Ронаном Великим. — «Если мне память не изменяет, свою службу при дворе он начал после того как спас Годрика от какого-то демона, а после подружился с ним. Конечно дружба не значила, что Файдаэн сторонник фракции Единорога, но вероятность такого события, достаточно велика. А фракция Годрика — это роялисты, поддерживающие усиление власти императора, с которыми мне точно не по пути».

— Эх… — сокрушённо выдохнул я, не придя к однозначному решению, и прошептав под нос. — пока не буду рисковать. Соваться в местный гадюшник без подготовки, глупо.

— О! Так значит я не первый? — вдруг услышал я голос, невольно вздрогнув, ведь до этого не слышал никаких шагов. Это значило, что пришедший сюда не носил сабатонов и нормальных доспехов. — Привет! Меня зовут Дункан Олень, правитель герцогства Оленя, а тебя как?

— Андрей Ворон, правитель герцогства Ворона. — ответил я, встав со своего места, чтобы поприветствовать равного мне по статусу благородного.

Вошедший мужчина был невероятно похож на свою модельку из игры. Высокий, под метр восемьдесят, с чёрными вьющимися волосами, зелёными глазами, прямым носом, он плавно шёл вперед, напоминая настоящую пантеру — грациозную и опасную. Это, вкупе с хорошо выраженными мускулами и царапинами на его стальных наручах, от которых веяло незнакомой мне маной, говорило, что передо мной был опытный воин уже успевший обагрить свой клинок человеческой кровью.

Опасный человек и не только из-за принадлежащей ему от рождения власти.

— Приятно познакомиться. — произнёс он, протянув свою руку для рукопожатия.

— Мне тоже, — согласно изрёк я, пожав шершавую и мозолистую ладонь, по которой сразу становилось понятно, что её владелец много времени уделяет тренировкам с мечом. Ведь у меня было тоже самое.

— Мы с тобой, получается, самые молодые герцоги, — добро хмыкнул он, плюхнувшись на своё кресло, пока пришедший с ним рыцарь, лица которого не было видно из-за шлема, стилизованного под голову оленя, занял место у стены, недалеко от Василия. — Двое других — старые, вечно ворчащие пни.

— … — я не стал отвечать, не собираясь себя компрометировать. Это Дункану, с его репутацией вечного раздолбая и защитника простых людей такое позволялось, но у меня был совсем другой имидж.

— Хотя, император тоже нашего возраста. — но Оленю мой ответ, видать, был не нужен. — Интересно он и вправду такой тихоня, каким его описывают слухи? Или ещё хуже? От обитателей местного гадюшника, ведь ничего не добьёшься — они лучше знали Маркела, чем своего монарха.

В этом, была доля истины. Когда случилась война Пятого затмения, Николасу было всего шесть лет, поэтому страной официально начала управлять его мать в качестве регента, во всём слушаясь своего любимого некроманта-астролога (за которым после возвращения в Пик Ворона, следует послать парочку ликвидаторов). С тех пор, минуло десять с лишним лет, мальчик превратился в мужчину, которому в этом году стукнуло семнадцать годиков и он официально начал править империей вместо слишком своевременно почившей матери.

Однако, на протяжении десяти лет, пока у власти был Маркел, он никак себя не проявлял. Почти не покидал столицы, не ездил на богомолье в монастыри, не пытался наладить контакт с другими герцогами, не совершал ратных подвигов (коих даже у меня была парочка), не устраивал громких пирушек и крупных охот. Даже о его мастерстве как воина почти ничего не было известно.

Человек-тень, следовавший всем приказам астрологической гниды, подписываясь под любой его бумажкой или указом. Человек-загадка, даже для меня, знающего будущее этого мира.

И это беспокоило. Ведь об остальных герцогах, я имел хоть какое-нибудь представление (даже о деде, благодаря отцу), но император — правитель этой страны — оставался для меня полной загадкой.

—… А я ведь только нашёл пиво, способное поспорить с гномьим и доказать этому гаду Вульфстену, что люди тоже могут гнать хороший хмель, как этот вызов испортил все мои пла… Ты меня слушаешь, Андрей? — вырвал меня из задумчивости голос Дункана, который, вообще не соблюдая даже толики этикета, удобно развалился на своем кресле. Хорошо, что хоть ноги на стол не закинул.

— Да, конечно, — рассеяно кивнул я, вынырнув из своих мыслей. — вы же рассказывали о своем друге из клана Северного Ветра?