Лорды и бароны, едва услышав слово «вино», разом ломанулись на выход из зала, стремясь побыстрее добраться до предложенного мной угощения. Всё же, событие произошедшее сегодня, было не из рядовых и как герцог, я должен был раскошелиться, дабы накрыть поляну для благодарных гостей.

Не самое «благородное» поведение, демонстрирующее одновременную простоту нрава большинства из присутствующих, а также неумение держать себя в руках. Что было неудивительно, ведь во время моего десятилетнего правления, почти все аристократы герцогства успели побывать на войне с орками, а сражаясь с кем-то, ты невольно перенимаешь часть его привычек и взглядов.

«Главное, чтобы они не стали как Борис» — промелькнула у меня мысль, пока последний лорд покинул тронный зал, ненадолго оставив меня наедине. Условно.

— Как же я от этого устал… — занудно простонал я, подойдя к обратно трону и откинувшись на мягкую спинку.

— Ты был великолепен, Андре. — услышал я девичий голос из-за спины, на плечи упали две белые ладошки, которые начали разминать затекшие во время церемонии плечи.

— И что толку, Айрис? Ты сама видела — им жаренный кабан ценнее любых моих слов. — не скрывая своего раздражения ответил я, жестом отдав слугам приказ прикрыть двери. Вымуштрованные понимать приказы по одному взгляду и жесту, они молча выполняли свою работу, постоянно держа рот на замке. Знание, что случилось с теми, кто меня разочаровал, висело над всеми обитателями замка словно Дамоклов меч.

Жёстко, но по другому я не мог. Живя в постоянном напряжении и работе, я стал очень требователен к окружающим меня людям. И если Фёдор и Киранель этому лишь радовались, каждый по своим причинам, то Мельхиор, как мой церковник, не мог понять моих стремлений. Моего изматывания себя учебой, тренировками и работой на благо герцогства на грани фола.

Он не знал.

Не понимал всего того ужаса, который обрушится на Империю через считанные годы, именно поэтому он всеми силами пытался заставить меня отдохнуть, замедлиться, почувствовать на себе любовь Эльрата, но я не мог. Я просто был не в состоянии это сделать.

Из-за этого у нас постоянно происходили конфликты, что негативно сказывалось на моих успехах в магии Света, но даже так, я не собирался искать себе нового учителя и рвать связи с Мельхиором. Слишком многим, я был обязан епископу и понимал, что лучше него, человека, знающего мой уровень, привычки и особенности, никто не сможет научить меня магии.

— Не преувеличивай, Андре, — тем временем ответила мне Айрис, выйдя из-за трона и начав массировать область у правого плеча, по которой я вчера получил мечом на тренировке. От неё же. — народ тебя любит. Как благородные, так и простые люди.

— Они меня любят, пока благодаря мне у них есть еда и кров над головой, а в их кошельках звенят серебряные и золотые монеты. — фыркнул я в ответ, чувствуя как тепло от нежных, но твердых пальцев волнами расходится по телу. — Стоит им потерять их, как меня поднимут на пику или вилы. Одно из двух.

Хлоп…

— Да-а-а-а… — задумчиво протянула Айрис, резко взяв мои щеки в свои ладони и внимательно посмотрев в мои глаза. — Ты сегодня точно не в духе. Что с тобой, Андре?

«Как же она красива» — невольная мысль промелькнула в моей бестолковке, пока я мягко убирал её руки со своих щёк.

Айрис была единственной, кто мог со мной так общаться. Даже моя сестра — Анастасия, в один момент покинула Пик, ничего мне не сказав., лишь оставив коротенькую записку.

Я найду маму и вернусь.

Коротко и не ясно.

Нет, ее желание найти Жанну, мне было понятно — как любой ребенок она тянулась к единственному оставшемуся родителю, а у меня просто не хватило сил сообщить ей, что нас с ней цинично бросили, испугавшись ответственности и Стефана.

Я пытался ей помочь — проводил с ней все свободное время, гулял в саду, читал книжки, дарил игрушки, помогал со Стефаном, но всё было бесполезно. Сколько бы любви я ей не давал этого было недостаточно — Анастасия не могла, да и не хотела отпускать тот прекрасный образ матери, который у неё остался с малых лет. Это тяготило её, иссушало на глазах, делало её тенью самой себя. И мне, всё это было прекрасно видно.

Может стоило ее отпустить? Позволить отправиться в вольное плаванье? Не знаю... В любом случае свершившегося не изменить. Анастасия сбежала от нас, полностью повторив историю своей матери.

В тот день, год назад, стоя на стене Пика и держа за руку младшего брата, который даже в лице не изменился, когда узнал, что его старшая сестра сбежался, я равнодушно смотрел вдаль, на бескрайние просторы Империи Грифона, чтобы через пару часов начать с трудом глотать текущие слезы у себя в комнате, вдали от чужих взглядов. Ведь после попадания сюда, я так надеялся обрести то, чего был в прошлой жизни лишён — семьи. Отца, матери, брата, сестры. Того, о чём любой сирота мечтает больше, чем о всех богатствах целого мира. Сказать заветное «мама» или «папа» и услышать в ответ заветное «сынок», полное любви и ласки.

Но судьба, бессердечная сука, будто издеваясь, дала мне надежду и затем, таким же легким движением, забрала назад. Новый отец — погиб из-за идиотского приказа отданного дебилом, мать — засвистела флягой и сбежала, дядя — замкнулся на мести, никогда не делился своими переживаниями из-за положения и переполняющих его эмоций, а после сгинул, сестра — того же поля ягода, что и мать, а брат вообще — психопат. И ведь, всего этого можно было избежать, предупреди я Владислава о грядущих событиях.

Или же нет? Ведь, он бы в любом случае поскакал за Алексом в портал, следуя за своим любимым императором.

Или да? Ведь, он мог прислушаться к сыну, который уже тогда был благословлен Эльратом, и не идти на верную смерть.

Или нет?

Или да?

Не знаю!

Я уже откровенно еду кукухой. Как же меня всё бесит, сил моих нет…

В тот день, неопределённость и обида разрывали меня и, если бы не пришедшая ко мне тайно Айрис, то не знаю чем это могло закончится. Её душевная и искренняя поддержка и простое человеческое отношение, помогло мне тогда успокоиться, взять себя в руки и прийти в себя.

«Забавно, ведь мне даже показалось, что это было похоже на магию». — подумал я, продолжая смотреть в эти голубые омуты и медленно отводить ладони от моего лица, не разрывая зрительного контакта. — «Даже тайно попросил Мельхора её проверить, с применением магии Света высшего круга, от чего даже самому сильному демону или демонопоклоннику станет не по себе. Но нет, пронесло. Оказалось, что просто очень хороший человек».

— Всё нормально, Айрис. — через минуту молчания ответил я, положив её ладони на мои колени. — Не знаю, что на меня нашло.

— Такое бывает, когда ты постоянно в делах. — c улыбкой ответила девушка, пожав плечами. — Его Преосвященство, Мельхиор постоянно тебе об этом говорит.

— У-у-у-у… — страдальчески провыл я, невольно вспомния последнюю нотацию этого надоедливого блондина. — Только ты не начинай, а?

— И не буду. — мило фыркнула она, отстранившись от меня и, заложив руки за спину, направилась в сторону выхода из зала. Одетая в простые черные кожаные штаны, сапоги для верховой езды, и белую плотную рубашку, она, на удивление, не сильно выделялась среди моей свиты.

В том же Большом зале, сейчас пировали пара десятков женщин-рыцарей, на телах которых было не меньше шрамов и ожогов, чем на других воинах.

— Но, тебе стоит хоть ненадолго перестать везде искать подвох и пытаться предсказать появляющиеся проблемы. Хотя бы сегодня обернись, посмотри на всё, чего ты достиг за последние годы и отдохнуть.

После этого, не дожидаясь моих слов, она дёрнула меня с трона и повела к выходу из зала.

В её словах были буквы и разумеется и доля истины. Постоянно работая, по системе «надейся на лучшее, но готовься к худшему», которая, к сожалению, не раз спасала меня от фееричных провалов, я привык смотреть на мир мрачным и подозрительным взглядом держа булки в напряжённом состоянии. Всё же, реальность часто хотела макнуть меня лицом в одну примечательную пахучую субстанцию, но пессимизм и знание закона «что если говно попадёт в включённый вентилятор, то оно обязательно попадёт», позволяло вовремя выпрыгивать из выше описанных ситуаций. Но, оно же и мешало обернуться и оценить собственные успехи, коих за последние три года оказалось немало.