Бойцы этого рубаки считались лучшими, из существующих поныне, имперских пехотных соединений и гордо величалось их подразделение — «Королём поля боя». Сквозь огонь, воду и медные трубы, его латники часто не имели другого выбора, кроме как последовать за своим командиром и сломать об колено морду супротивника.

Два прекрасных полководца, которые по личной силе и умениям уступали лишь Годрику, Рутгеру, главнокомандующему войск герцогства Волка, и Акселю, великому магистру ордена Черного Жеребца, в который входили почти все рыцари герцогства Быка, были подвергнуты остракизму всем высшим светом Империи Грифона.

Не знаю, что они чувствовали в тот момент, когда люди, которых они защищали и которые раньше пытались с ними подружиться или просто фальшиво улыбались при встрече, начали хулить их на чём свет стоит, за трусость и нарушение всех рыцарских обетов, что для дворянина Империи было страшнейшим оскорблением, но точно не благодарность. На то, что они просто исполняли приказ своего господина, всем было наплевать.

Самое поганое — Годрик, на которого Ласло с Дугалом наверняка возлагали надежды, просто забыл о двух генералах, сходу углубившись в политику и успокоение своей сестры-истерички, которая со смертью мужа начала вытворять такие фортели, что даже Маркел иногда объединялся с Единорогом, чтобы нивелировать их последствия.

В итоге Ласло, сослали на границу с Иролланом, где он начал безжалостно вырезать лесных бандитов и остатки армии демонов, а Дугал отбыл домой, к семье, налаживать хозяйство и отдыхать после войны.

Правда, надолго его не хватило и почти три года назад он отправился в Лесное Королевство, которое в годовщину окончания войны объявило большой праздник, на который пригласило всех героев недавнего кровавого конфликта. Среди приглашённых был и Дугал, который решил принять участие в турнире лучников. Ведь, в первую очередь, он был военным человеком, а мирная жизнь тяготила его, а состязание с лучшими лучниками Асхана, могло бы слегка скрасить его тоскливую житуху.

— Так, что же случилось в Ироллане? — поинтересовался я, оперившись локтём на столешницу. — Простите за моё праздное любопытство, но историю я хотел был услышать из первых уст, если вы позволите конечно…

— Это долгий рассказ, Ваша Светлость… — устало и протянуто вздохнул Дугал, поставив свой кубок в сторону.

При этом, в его глазах было настолько яркое нежелание рассказывать эту историю, что этого не заметил бы только слепой. Но, я герцог. Я имею полное право, игнорировать подобные намеки, потому что хочу. Но, стоило немного подсластить пилюлю.

— Я понимаю, что вы не раз рассказывали эту историю, сир. Повторять одни и те же слова, от которых пересыхает горло, тяжело даже лучшим иерархам церкви, не то, что благородному рыцарю Империи, — начал я, пару раз незатейливо постучав по подлокотнику стула, будто постукивая какой-то ритм, а на самом деле, давал заранее обговоренный знак одному из своих оруженосцев. — но, думаю хорошее вино сможет решить эту проблему.

Подошедший к нашему столу пятнадцатилетний парень, Виталий кажется, держал в руках большую пузатую бутылку, от взгляда на которую, у сидевших напротив рыцарей, натурально выпучились глаза.

— Золотая Гончая, девятьсот двадцать четвёртого года, — со знанием дела, восхищенно продекламировал люксовый напиток, Аларик, в то время как Дугал едва-едва сдержал себя от того, чтобы присвистнуть. Всё же, большую часть жизни он провёл в военном лагере, а не при дворе Императора с иными придворными, так что, манеры не были его сильной стороной, — думаю, за таким вином рассказ получится достойным, Ваша Светлость.

— Не сомневаюсь. — добро хмыкнул я, кивнув оруженосцу, который в своих руках держал бутылку, на цену содержимого которой, можно было вооружить целое рыцарское копьё.

Чпоньк…

Вдох…

«Потрясающий аромат». — невероятный букет состоявший, из: нот карамели, фруктов, некоторых видов местных сладких трав и забродившего морского винограда ударил в нос лишь на мгновение позже звука откупорившейся пробки. — «Не зря этот напиток называют божественным»

Культура виноделия, как бы это странно не звучало, появилась в Империи благодаря ангелам. Те были не только прекрасными воинами, кузнецами и магами, но и виноделами. Как бы удивительно это не было, но у Изначальных Драконов с древних времен были свои напитки, которые их последователи употребляли, чтобы восславить их.

Шаласса — простая родниковая вода.

Аркат — крепкое гномье пиво.

Силанна — сидр, сваренный из диких яблок и груш.

Илат — свежее молоко, лучше всего от дикой кобылицы.

И, наконец, Эльрат с его старшей сестрой Малассой. Их последователи пили вино, только в случае с Драконом Света, оно было белое или золотое, а в случае Драконицы Тьмы — красное, как самая яркая или темная кровь.

Забавно, что на мой вопрос Мельхиору, как темные эльфы добывают под землей виноград, из которого нужно делать вино, он лишь развёл руки, признаваясь что сам никогда не задавался таким вопросом.

— Ну что ж, пожалуй, я начну. — хмыкнул подобревший Дугал, сцедив небольшой глоток драгоценного вина и покатав его по небу и медленно проглотил. — Началось всё три года назад, когда ко мне в поместье пришло приглашение от эльфийского короля Аларона. Он приглашал меня, на северо-западную границу, в город Винлад, где должен был пройти Фестиваль Гармонии, посвященный победе в недавней войне, а также принять участие в состязании лучников, где призом был бы лук из рога единорога.

— Из рога единорога? — неподдельно удивился я, оттолкнувшись от спинки кресла и положив голову на ладони, локтями упершись в колени. — Разве их рога имеют ценность в этом деле? Я слышал, что после их смерти, они теряют все свои магические свойства и превращаются в обычную хрупкую кость.

— Вы несомненно правы, Ваша Светлость, но есть нюанс, — ответил мне Дугал, на лице которого я заметил замешательство, от наличия таких знаний. Знал бы он, что одним из моих учителей является представитель расы, в чьих библиотеках есть работы времём правления Шантири, то не был бы так удивлён. — Очень редко, даже по меркам эльфов, бывает такое, что единорог приносит кому-то свой рог в дар. Это может быть любая причина — начиная от спасения его жизни, заканчивая цветком, на которой человек не стал наступать. Но, точного ответа, почему так происходит, нет даже у самых мудрых друидов.

— Интересно, — невольно вырвалось у меня, ведь такого, мне Киранель не рассказывал.

— Такой рог настоящее сокровище, Ваша Светлость, — объяснил, до этого молчавший и просто наслаждавшийся вином Аларик. — из него делают лекарства, способные и мертвого с того света вернуть, а костный мозг, находящийся внутри рога, может продлить жизнь на половину столетия. Весомый срок, даже для эльфа.

— Согласен. — не стал спорить с таким заявлением. Жить долго хотят многие, особенно люди, чей век в Асхане до преступного короток.

— Но, самый лучший результат получается, если сделать из него оружие, — продолжил Дугал, правой рукой доставая из-за спины гигантский сайдак, из которого торчал белоснежный лук, который всё это время оставался натянутым.

— Лук из рога Единорога хоть и не уникальный артефакт, но по словам короля Аларона, в мире таких наберётся всего шесть штук.

— И что же он делает, если не секрет? — поинтересовался я, не отрывая взгляда от представшего передо мной шедевра.

Артефакты были вершиной магического искусства Асхана, когда магия, недоступная не одному смертному, воплощалась в предмет и давала силы, за гранью возможностей простых людей, эльфов, гномов, ангелов и прочих народов.

Например, прямо сейчас на мне был артефакт под названием «Кольчуга Просвещённости». Эта мантия, созданная из десятков тысяч мелких кольчужных колец век назад, принадлежала какому-то магу-отступнику из Серебряной Лиги, но мой прадед во время одного из военных походов, убил его и завладел артефактом. Сама она настолько тонкая и лёгкая, что не защитит даже от не зачарованного кинжала, но зато вложенные в неё заклинания школы Разума, позволяют существенно быстрее обучаться, что дает мне преимущество перед другими детьми лордов и пэров.