Однако этого оказалось мало и ни я, ни Анастасия не смогли дать ей достаточно тепла и заботы, чтобы она осталась с нами.

Это были не единственные мои проблемы. Ведь кроме семьи, было ещё и герцогство.

Сразу после окончания войны, я на прощальной церемонии в главном соборе устроил скандал одному из рыцарей, который прибыл чтобы доставить вещи, принадлежавшие как Владиславу, так и отправившимся за ним в портал воинов. Я просто подошёл к нему и спросил — зачем?

Зачем император Алекс отправился в Шио, ведь видел, что портал за ним закрывается? Зачем повёл туда моего отца и остальных герцогов, ведь он должен был понимать, что это путь в один конец?! Зачем он ради своей жажды славы повёл на смерть тридцать тысяч лучших мужей Священной Империи Грифона, оставив тысячи женщин вдовами, а детей сиротами?

В обычных условиях мои слова, громко сказанные рядом с главной кафедрой храма, а значит прекрасно слышимые по всему собору, посчитали лишь простой детской истерикой, даже если капризничающий ребёнок — герцог. Мальчик потерял отца, который верно служил своему господину и от недостатка ума решил спросить об этом простого посланника.

Вот только в тот день весь главный собор и центральная площадь перед ним была заполнена людьми, которые тоже потеряли в войне Серого Альянса своих родных и близких. Это были не только лорды и пэры, чьи сыновья навсегда сложили головы и души в пылающих пустошах Шио, но и простые люди, которых привлекли в столицу обещания Бориса о том, что всем семьям, потерявшим на той войне своих кормильцев, герцогство выделит достаточно денег, чтобы, не особо тратясь, можно было прожить десять-пятнадцать лет.

Идея изначально принадлежала мне и сначала была странно принята Василием и мамой, для которых гибель на войне простых солдат была чем-то естественным и поэтому они не видели в этом ничего страшного. Ведь какими бы благородными не были местные рыцари, но дворянство есть дворянство. На простых людей им разумеется было не плевать, но и отношение у них к ним было не столь уж гуманное. Не скотина чёрноногая бесправная, но и человеком до конца не является. Однако мне повезло и в душе дяди, по закону ставшего после гибели отца моим регентом, эта идея нашла живейший отклик.

Ведь тот был опытным боевиком, постоянно сражавшимся с орками на северо-восточном фронтире. Поэтому жизни простых солдат, не раз и не два спасавших его шею от орочьего топора, он ценил и на моё предложение дал согласие. Да, это подкосило благосостояние герцогской казны, зато репутация нашего дома, после такого поступка, взлетела на порядок, как со стороны простых людей, так и со стороны рыцарей и паладинов, большинство из которых были ярыми последователями Эльрата, для которых наш поступок был очень богоугодным.

Про монахов и церковников я вообще молчу. Те от такого поступка, а также крупных пожертвований на строительство нескольких новых монастырей и реконструкцию старых, были в восторге.

Но всё это было сделано для другого.

Ради тех самых слов, сказанных под крышей главного городского собора.

Прозвучавшие от трёхлетнего ребёнка они не просто запали в сердце всем присутствовавшим. Они реально вызвали вопрос, а на кой чёрт император Алекс повёл их отцов, сыновей и братьев на верную смерть?

Посланник, тогда не сразу узнавший меня (для это я специально не показывался к нему на глаза и всё время находился за крыльями Киранеля), попытался отругать глупого мальчишку, который позорил имя великой династии Грифонов, и сказал, что для герцога Владислава и его воинов было честью умереть сражаясь с отребьями Ургаша.

Вот только его слова имели полностью противоположный эффект. Дворяне не стерпели неуважения к своему законному герцогу, осудив слова посла и с позором выгнав того из храма, о чём стало вскоре известно всему городу, а после и герцогству.

Простые люди, услышавшие гневные речи вернувшихся из столицы соседей, начали всерьёз обсуждать поступок императора, спрашивать о нём у местных священников и проезжих рыцарей, на что те, тоже наслушавшись о произошедшем в Пике от своих товарищей по ремеслу, говорили — да. Атака Алекса изначально была обречена на провал.

В герцогстве мгновенно вспыхнуло пламя недоверия к императорской фамилии, ещё сильнее усилившееся, когда спустя месяц из столицы пришли вести.

Из Шио вернулись души погибших ангелов.

Тут нужно сделать небольшое отступление.

Дело в том, что местным, с помощью магии, были подвластны просто невероятные манипуляции с душами. Так, любой ребёнок из земель Быка знал, что любимым наказанием у некромантов была привязка душ их врагов к разлагающемуся трупу, превращая его в вечную тюрьму для недруга и получая себе войско преданного зомби. Демоны тоже были большими любителями ловить и пленять души своих противников, запирая тех в кровавый янтарь и пытая до тех пор, пока они не сломаются и не согласятся переродиться, став бесами и заготовками под будущих демонов или дьяволов.

Страшная участь, которая настигла всех воинов, отправившихся в Шио, за исключением Алекса и ангелов. Про первого я знал из игры, ведь по канону маг Тиеру, один из легендарных Рыцарей Дракона, смог спасти душу императора и создать из неё уникальный артефакт — Сердце Грифона, способное изгонять детей Ургаша обратно в Шио. А вот с ангелами было поинтереснее.

Всё дело в том, что души представителей народов, созданных Изначальными Драконами, всегда отправлялись к их создателям после смерти. Наги к Шалассе, гномы к Аркату, эльфы к Силанне, безликие к Малассе, а ангелы к Эльрату. Все их души, даже после смети в Шио, сразу отправлялись на суд драконов, в Мир Духов, где драконы-покровители решали, достойны ли те отдыха в их Рае или должны отправиться на перерождение, ради ещё одной попытки. Исключения составляли лишь тёмные эльфы, которые, по словам рассказавшего мне это Киранеля, отреклись от своей богини и лишившись её милости и покровительства, и, как не удивительно, люди.

Почему люди оказались лишены такой привилегии и защиты?

Всё мулька в прародителе нашей расы.

Илате, драконе воздуха и свободы. Этот ящер, когда создавал моих здешних сородичей, вручил нам свой величайший дар.

Свободу выбора.

Только человечество может совершать со своей душой, всё что только заблагорассудится, и спокойно менять драконов-покровителей, не рискуя нарваться на гнев брата или сестры и навсегда лишиться его благосклонности, как это было с тёмными эльфами. Именно отсюда растут корни того, почему ангелы, после Огненных Войн, пришли именно к людям, а не эльфам или гномам, обращая их в веру Эльрата, и почему именно магам Серебряных Городов и некромантам Эриша так легко даются манипуляции с душами, в основе которой лежит вся магия школы Духа и Химеры, хотя у других рас времени и возможностей на отработку этого мистического искусства зачастую больше в силу своего долголетия. Однако были у этого дара и противоположный эффект, из-за которого на Илата давным-давно ополчилась родня. Дав людям свободу, он сделал их уязвимыми перед отродьями Ургаша, поэтому большая часть инкубов и суккубов, в прошлом являлась людьми.

Конечно возникает вопрос, что происходит с орками после их гибели, но на него Киранель и сам не знал ответа.

Так вот, души ангелов, без специальных артефактов и заранее проведённой подготовки, не способен пленить даже сам Кха-Белех. Из-за этого, потеряв много сил и времени, на прорыв сквозь защиту Сар-Илама, они оказались во владениях Эльрата в мире духов, о чём вскоре узнали сильнейшие священники церкви и архангелы.

Дождавшись когда они хоть немного восстановятся после недолгого плена, и поговорив с ними, с разрешения Дракона Света, они узнали, что Алекс попал в хорошо расставленную ловушку Повелителя Демонов, который в этом вторжении не использовал и половины доступных ему сил.

Эта информация была отправлена Церковью (которая и продавила это решение) и императорским двором каждому герцогу, с просьбой молчать об услышанном, ведь это сильно подорвало бы репутацию императорской семьи.