Возвращаясь к теме по настоящему благородных людей. Одно их существование вызывало у меня восторг, ведь в моих глазах они были лучшими представителями человечества, а с другой чёрную зависть.

Напомню, это были не фанатики, живущие в своём маленьком манямирке и за его пределам ничего не видящие, а то, что не понимали, уничтожающие. Это были такие же люди как я, думающие и размышляющие, со всеми присущими им пороками и страстями. И тот факт, что когда жизнь ставила перед ними вопрос — совесть или выгода, они без раздумий выбирали первое, был для меня удивителен.

Ведь легко говорить о том, что в жизни нужно жить, не выбирая самый лёгкий путь, решать сердцем, а не разумом, и тому подобное. В реальности такие решения требуют немалой силы воли и выдержки.

Которых, как я сам себе признавался, у меня нет. Я слишком эгоистичен и малодушен, чтобы по-настоящему стать такими как они, а значит стать идеальным последователем Эльрата, который будет получать максимум от веры в него.

Но это не значило, что я свешу лапки и буду плыть по течению. Да, идеала мне никогда не достичь, но к нему можно стремиться. Может быть ни за что не сравниться с тем же архиепископом Петром, про которого слуги в открытую говорили, что святее него только ангелы, но это не значит, что я перестану пытаться.

В конце концов сдаться и признать свою ничтожность можно всегда, а вот не попытавшись, я лишь лишу себя возможности, хоть на шаг приблизиться к идеалу и буду жалеть об до конца жизни, пока вновь не встречусь с тем светящимся шаром.

«Что-то меня понесло. Философ, блин, доморощенный», — внутренне фыркнул я, подходя к покоям матери, куда мне уже открывали двери двое стоявших на страже латников. — «В прошлом, такие размышления проявлялись у меня только после пары стопок или на уютных посиделках с друзьями, а сейчас почти на пустом месте. Стресс, наверно».

— Андрей, вот ты где, — услышал я голос матери, которая сейчас лежала на кровати и поглаживала свой круглый живот. Священники говорили о том, что вероятней всего родится мальчик, поэтому они с отцом уже выбрали ему имя. Стефан. Простое и древнее имя, известное ещё со времени основания империи Сокола. — Анастасия ещё не спит, можешь пока поиграть с ней.

— Хорошо, мама, — кивнул я, направившись в другой конец комнаты, где в окружении нескольких фрейлин сидела малышка, одетая в простенькое, но очень красивое беленькое платьице.

Анастасия Ворон.

Моя младшая сестра, родившаяся спустя всего полтора года после меня. Зеленоглазый маленький ангелочек, названный так в честь сестры основателя нашего рода Сандора — Анастасии Грифон. Великой и благородной леди, воевавшей четыреста лет назад во время Второго Затмения и разбившая бесчисленные орды демонов на территории герцогства Гончей и Быка.

Я когда понял в честь кого назвали мою сестрёнку, чуть не заржал. Уж не знаю, толи четыре века истории так исказили оригинал, толи писари специально многое опустили в происходившем, но факт оставался фактом.

Анастасию Грифон, дочь Владислава Грифона, иерофанта Культа Паука, правительницу Нар-Эриша, одного из крупнейших городов страны мертвых, ту кто помогал Ивану Грифону захватить трон империи и, наверно, самого могучего некроманта, после будущего Арантира и её тети, Светланы, местные считали героиней давно прошедших дней, просто помогавшей своему брату Антону с войной против демонов и началом захвата Грифонами трона империи.

«Представляю, какой шок будет у окружающих если раскроется правда о Кирилле», — улыбнулся я, подходя к сестрёнке и приветствуя её, взлохматив её волосы на голове.

— Ба! — недовольно пробурчала она, сбросив мою ладонь и посмотрев на меня обиженным взглядом. Вкупе с её большими глазищами и по-детски пухлыми щёчками, это выглядело невероятно мило. Вон как фрейлины умиляются.

— Привет, мелочь, — произнёс я, сев позади неё и усадив себе на колени. Конечно из-за возраста разница у нас в росте была не особо большой, но достаточной, чтобы слегка наклонив сестру, положить ей на макушку свою голову. Не знаю почему, но такую позу она очень любила и никогда не вырывалась, а я просто кайфовал, обнимая и тиская эту прелесть.

— Бу… — выдохнула она и, откинувшись мне на грудь, продолжила вертеть в руках деревянную лошадку, искусно вырезанную замковым плотником. Настолько искусно, что я даже поинтересовался, почему он не делает их на продажу. Старый мастер на вопрос лишь посмеялся и сказал, что каждый второй деревенский мастер может сделать так же, были бы у него дерево и хорошие инструменты.

Я на его слова удивился, но вспомнил, что Асхан это в первую очередь средневековье, с отсутствием промышленного производства и многочисленными мастерами, которые поколениями оттачивали свои навыки, кивнул и забыл об этом.

— Что нового произошло за день, Адель? — поинтересовался я у фрейлины, которой доверили присмотр за моей сестрой. Именно она контролировала тот небольшой коллектив, из вчерашних селянок, ставших служанками, кормилицами, стражницами, поварихами и дегустаторшами, которые были приставлены к Анастасии.

— У юной госпожи прорезается ещё один зубик. Ей больно, но она как истинный Ворон, всё стойко переносит, — ответила она, слегка поклонившись, от чего несколько светлых прядей выпали из причёски прямо на её бледное лицо. Такая неряшливость, вкупе с заметными даже под макияжем, мешками под глазами у всех четырёх фрейлин, ответственных за Анастасию прекрасно давали понять, что всё не так радужно как хотела показать Адель.

— Я пришлю к вам Лизу и Еву. Они помогут, — произнёс я, решив выделись в помощь блондинке двух из пяти своих фрейлин, недавно приставленных ко мне.

Вообще, большинство фрейлин были старыми подружками моей матери из благородных семей герцогства Быка, последовавшие за ней на север. Вторые и третьи дочери баронов, пэров и лордов, которых их отцы сплавили в герцогский дом, желая, избавиться от необходимости искать им жениха и отдавать приданное.

В обычных обстоятельствах они должны были быть свитой моей матери, сопровождая её на торжественных и официальных мероприятиях, а также помогать с организацией досуга. Возня с детьми не входила в их обязанности.

Вот только всё изменилось после Затмения. В памяти людей всё ещё свежи события прошлого, когда пользуясь вторжением, демоны проникли вглубь империи, убили императрицу Мив и сожгли тогдашнюю столицу, Гнездо Сокола. Это послужило началом к падению Империи Сокола и дальнейшей десятилетней гражданской войне между герцогами, победителем из которой вышел Иван Грифон, ставший новым императором.

Поэтому сейчас все города в империи, не смотря на отдалённость от боевых действий, находились в осадном положении, а герцогские и императорские резиденции охранялись тщательней, чем когда-либо. Никому не хотелось гибели хотя бы одной из семи великих семей империи, ведь это могло привести к новой гражданской войне.

Фрейлин, вместо служанок, тоже перевели не просто так. Оказалось, что все благородные девицы империи в обязательном порядке обучались в семинариях Святого Света, разбросанным по всему государству. Этакие школы благородных девиц, где дворянок обучали всему, что нужно было знать леди, начиная от этикета, заканчивая основами магии Света.

Так что я не обманывался — та же Адель обладала достаточной силой чтобы в одиночку испепелить несколько закованных в броню латников, а вместе с другими фрейлинами, она могла наложить вокруг себя и сестры барьер, способный один раз выдержать удар четырёх паладинов на полном скаку. Сам видел, когда по приказу отца была проведена демонстрация.

— Благодарю, милорд, — согласно кивнула мне девушка, не став особо возражать. Всё же она была аристократкой и следить за детьми её просто не учили.

Что касается меня, то никто особо не волновался. Три или пять фрейлин, всё это пыль особенно если тебя охраняет настоящий ангел...