Я улыбнулся Карине: рядом со мной девушка казалась ещё миниатюрнее.

Выдержав несколько секунд под сотнями взглядов, мы пошли вперёд — и дворяне расступились перед нами, образуя неширокий круг. Прожекторы окружили нас ярким световым пятном, а в тишине заиграла медленная музыка.

Мы закружились в плавном танце. Осторожно держа её узкую ладонь, я аккуратно вёл девушку, придерживая за узкую талию, и она безукоризненно шагала за мной, плетя замысловатый и красивый танец. Вокруг нас закружились другие пары, и вскоре весь зал наполнился ими.

— Вижу, ты впечатлен, Вайнер, — шепнула Карина. — Нравится, когда дворяне склоняются перед тобой?

— Даже не заметил, — честно ответил я. — Они все смотрели на тебя. Сегодня ты явно решила себя превзойти, богатенькая девочка. Сколько все это стоило, целое состояние?

— Ну так не каждый день я выхожу замуж, — ехидно ответила она. — Пока всё идёт по плану?

— Разумеется, — с приклеенной холодной улыбкой ответил я. — Приглашенные гости все здесь, как и ключевые главы родов, и чертовы репортеры тоже.

— Прекрасно. Неплохое получилось начало, продолжаем в том же духе, — кивнула она и, встав на цыпочки, приблизилась почти вплотную. — А теперь пойдем развлекать этих мерзких заносчивых стариков. Нам нужно набрать как можно больше очков в их глазах, когда они будут голосовать за передачу престола. Улыбнись пошире, Вайнер, я вижу, ты прекрасно справляешься. Вот и делаем это дальше.

Первый танец закончился. Карина с грацией, достойной богини, поклонилась мне, вызвав очередную волну восхищенных взглядов и возгласов среди дворян. Я даже поймал взгляд Есени: сестра разве что на месте не прыгала от восторга.

— Дорогой, — Карина протянула мне ладонь, намекая взять её под руку. — Пойдём поприветствуем гостей.

Следующий час наглая девчонка таскала меня от одной компании к другой, словно свою ручную собачку. В основном это были её давние партнёры и покупатели продукции её альвитинных фабрик, подрядчики, главы корпораций, тесно сотрудничавших с «ЛендаФарм», и просто известные и влиятельные рода Империи.

Она приветствовала и завязывала разговоры и с молодыми наследниками, и с убелёнными сединами главами родов, всякий раз находя и нужные слова, и нужный подход к каждому из них. Я невольно восхитился: Карина умела и надавить, и польстить когда нужно, остроумно отвечала на колкие вопросы и неизменно излучала ауру превосходства. Настоящая глава рода, одна из высшей знати и элиты Империи.

Мне же оставалось лишь кивать и улыбаться. Как украшение, ей-богу. И это невероятно выматывало.

— Дорогой, смотри, это же генерал Ливантьев, — она снова потянула меня к следующей жертве. — Его поддержка в министерстве обороны нам не помешает. Пойдем скорее…

— Погоди, дорогая, — я придержал её за талию, гася очередной порыв энергичной девушки. — Я отойду на минутку, а ты побеседуй с Ливантьевым одна.

Она смерила меня пронизывающим взглядом — и улыбнулась.

— Только не оставляй меня слишком надолго одну, милый, — её голос сочился ехидством. — Без тебя мне страшно одной в такой толпе. А вдруг кто-то похитит твою драгоценную невесту?

— Не похитит, — буркнул я себе под нос, торопливо продвигаясь сквозь толпу к боковому коридору. — Только самоубийца или мазохист решится стащить такую язву.

Покинув зал через боковые двери, я прошел по длинному коридору, непривычно пустынному для такого мероприятия. Нашел уборную и, включив холодную воду, несколько раз плеснул себе в лицо.

Всё внутри сводило от отвращения, сердце бешено колотилось, отдаваясь в голове. Парад лицемерия и лизоблюдства коробил душу, а смотреть на расплывающиеся, самодовольные лица и лживые улыбки дворян было уже невозможно. Хотелось сбежать, подальше, да хоть на поле боя, — там куда больше искренности.

Даже компания Егора и Софьи теперь тяготила. Эти двое ведь знали, что нравятся друг другу, так какого хрена они исполняли? Что дурак Кирсанов, вцепившийся в Морозову, что Софья…

— Спокойно, Ярослав, — прошептал я, зачерпывая новую порцию воды. — Это всего лишь мандраж, у тебя сегодня свадьба. Выдохни, соберись — этот день скоро закончится.

Еще пару раз окатив лицо холодной водой. я вытерся платочком и поспешил обратно: мало ли, чего там ещё могла натворить Карина в моё отсутствие. А с неё станется.

Сунув платочек в карман, я поспешил обратно по длинному пустому коридору. Издали доносился еле слышный шум сотен людей и музыка. Но уже на полпути я услышал голос, донесшийся из бокового коридора впереди.

— … проследи, чтобы наши ушли из зала до того, как всё начнётся. Подарки уже на месте.

— Хорошо, я предупрежу старшего, чтобы он увёл ребят. Они уже закончили разгрузку…

Я прибавил шагу и прошел мимо бокового коридора. Там стояли две официантки, одна из которых сразу же замолчала, едва я появился.

На их лицах застыла смесь замешательства и страха. Торопливо поклонившись мне, обе поспешили сбежать в подсобное помещение.

Странные. Впрочем, сейчас были вещи поважнее шепчущихся служанок. Я быстро вернулся в зал и застал Карину танцующей с Петром Кирсановым в окружении других пар. Когда танец закончился, они поклонились друг другу и я быстро подошел к своей невесте.

— Смотрю, ты тут развлекалась вовсю, — шепнул я ей.

— Я же предупреждала не оставлять меня надолго, — хихикнула она. — Смотри-ка, а твои друзья тоже времени даром не теряют.

Я обернулся: к нам шел Егор, держа под руку Есеню. При этом его довольная рожа едва не светилась, а Есеня, краснея, прятала взгляд и глупенько так улыбалась.

— Этого только мне еще не хватало… — зашипел я. — Кирсанов!

— Так, дорогой, я на секунду, — Карина отпустила мою руку: к нам на полном ходу шла Анастасия с трезвонящим альвафоном в руках.

— Госпожа, господин Вайнер, — девушка коротко поклонилась нам, и протянула ей альвафон. — Карина Михайловна, это срочно…

Она выхватила протянутый альвафон и отошла в сторону.

— Егор, будь другом, отпусти мою сестру, — я с ледяной улыбкой посмотрел на Кирсанова.

— Да чего ты бесишься, Яр? Мы же просто потанцевали.

— Вот именно, брат! — возмутилась Есеня. — Мне уже восемнадцать, не надо делать вид, что ты до сих пор меня опекаешь!

— Но я всё ещё отвечаю за тебя, — парировал я. — И на твоём месте относился бы осторожнее к этому щёголю. Знала бы ты, скольких девчонок он вот так уже охмурил, держалась бы подальше.

— Вот именно, — покивала подошедшая к нам Софья. — Что, Кирсанов, Екатерина тебя отбрила и ты решил подкатить к сестре жениха? Где твоя честь дворянина? Вот уж правда, снаружи весь из себя благородный, а внутри — обычный кобель!

— И ты туда же? — оскалился он. — Раз тебя это так бесит, чего ж ты сама не танцевала?

— Похоже, так и придётся! — в её глазах вспыхнуло пламя. — А ну иди сюда, Кирсанов! Давай, бери под руку, идём танцевать, сейчас же! И только посмей мне на ногу наступить!..

— Сама лучше следи за собой!..

Отвлекшись на миг от сцепившихся в любовной драке друзей, я заметил помрачневшую Карину, стоявшую в стороне. Её дежурная улыбка теперь казалась леденящей.

— Так, я отойду, — шепнул я Есене. — Не волнуйся, для них это норма, просто проследи, чтобы они не перешил границ.

Обогнув несколько дворян, я подошел к невесте и взял ее под руку.

— Что случилось? — шепнул я, нагнувшись к ней. — На тебе лица нет.

— На альвитинной фабрике в Усть-Солонцах произошел взрыв, — зашептала она. — Очень сильный. Практически все производство разрушено. Там делали двадцать процентов всего моего альвитина для дворян.

— Плохо, — хмыкнул я.

— И очень невовремя, — кивнула девушка. — Что за досадная случайность…

Я обвел взглядом зал: несколько обеспокоенных дворян также разговаривали, держа в руках альвафоны. На моих глазах двое из них убрали устройства и поспешно покинули зал.

— Это не случайность, — я кивнул на толстяка в роскошном зеленом смокинге, спешившего к выходу. — Похоже, ты не одна такая. И вот что ещё… давай-ка отойдем.