У одного из дальних вагонов завязалась драка. Судя по выкрикам, что-то не поделили подвыпившие ожидающие. То ли поезд перепутали, то ли день. Ничего нового. Вот только за драчунами у самого вагона стояла крохотная, почти детская фигурка. Аккуратненькая, ладненькая такая. В дорожном костюме, сидящем точно по фигурке, с прической, где каждый волосок к волоску, с саквояжем в тоненьких ручках.

Она нервно крутила головой и явно думала, как обойти драку, но стоило ей двинуться в одну сторону, как разошедшиеся драчуны сразу же перекрывали дорогу. И дамочка отступала. Нервничала. Хмурила бровки. Зашибут же, если под руку попадет.

Вильгельм не стал ждать развития событий, перехватил удачно споткнувшегося мужика, ловко развернул к себе лицом, встряхнул и с одного удара отправил в глубокий нокаут. Второй рванулся было за дружком, но сам налетел на подставленный кулак и остался лежать там, где упал. Вилли перешагнул тело и остановился возле столичной фифы.

— Фройляйн Ланге, полагаю?

По описанию Кенига перепутать ее с кем-либо еще было невозможно.

Фифа запрокинула голову — ему она доставала только до плеча — и подняла на него взгляд. Глаза оказались светло-зелеными, как молодая листва. Вблизи столичная гостья выглядела старше. Совершеннолетняя, но все равно еще молоденькая. И понесло же в такую даль… Чего дома не сиделось?

— Герр Адлер? — она дождалась его кивка, улыбнулась и протянула ладошку, которую Вилли аккуратно пожал, боясь ненароком сломать хрупкие косточки. — Очень приятно. Покажете мне местную гостиницу?

Отставной капитан улыбнулся в ответ. Покажет. Он ей все здесь покажет, а потом, когда с милого личика сползет улыбка, посадит на обратный поезд. Таким фифам дома сидеть надо, в столице, а ему пора на фронт…

До гостиницы шли не торопясь. Исполняя приказ, Вилли продемонстрировал местный госпиталь, к которому как раз притащили новую порцию раненных, и те ждали распределения прямо на улице, благо погода была хороша. Блондиночка от них не отвернулась, наоборот смотрела, будто пыталась запомнить или узнать кого-то. А когда прошли мимо, спросила:

— Много привозят?

— Каждую неделю по составу, иногда чаще. Война гремит не так уж далеко отсюда.

И если войну с Ференцией можно назвать скорее недоразумением, имеющим весьма вяло текущий характер, то с бергами Империя схватилась всерьез.

Фифу однако упоминание близости границы не впечатлило.

— Есть среди раненных неопознанные?

— Насколько знаю — нет, маги сидят на сортировке, у нас здесь даже свой местный появился. Раньше не было.

Странные вопросы, и ответы новую знакомую совсем не удивили. Как и голодные, грязные мальчишки, вылетевшие из переулка. Вилли успел перехватить столичную штучку за локоть и дернуть назад, пока толпа не закружила и не обворовала. При необходимости можно будет подговорить местных на кражу, но это уже тяжелая артиллерия. Пока он надеялся обойтись демонстрацией достопримечательностей.

Однако фройляйн пугаться не спешила, послушно шагнула назад и проводила детей взглядом, затем заметила вывеску забегаловки, у которой они остановились, и поинтересовалась:

— «Цыпленок и яйцо», она тут одна такая?

— Других не встречал, — сдержанно отметил капитан. Заведение было небольшим и со стороны приличным, вот только имелся у него один нюанс…

— Здесь можно позавтракать? Я совсем ничего не ела со вчерашнего вечера. В поезде нет вагона-ресторана, а я не подумала взять что-то с собой. Пришлось покупать на станции пирожки, но они быстро кончились…

И, не дожидаясь ответа, фифа двинулась к дверям, ловко выдернув у него локоть. Пришлось идти следом. Нет, поесть в «Цыпленке» можно и даже вполне пристойно, вот только…

Они прошли в общий зал, где хозяйка заведения, фрау Зорге, обслуживала компанию за центральным столом. Военные, из тех, что могут ходить, но для службы негодны. Перебинтованные или отсутствующие руки, замотанные головы, бледные лица, а у некоторых рубцы на коже — следы залеченных заражений тьмой.

Компания сдержанно гудела, но в целом вела себя вполне прилично. Вот только зрелище на неподготовленный взгляд представляла собой то еще…

— Какие люди, — хозяйка расплылась в улыбке и уперла массивные руки в не менее внушительные бока. — Голодный?

— Нам нужны два ваших чудесных завтрака, фрау. Это моя кузина, — он фривольно приобнял гостью за талию, — приехала навестить и рассказать новости о нашей родне.

Фрау Зорге окинула блондиночку долгим взглядом и хмыкнула, явно не торопясь верить в придуманную на ходу историю. Он и сам бы не поверил, что у него имеются подобные родственники. Хотя кто там отметился со стороны папаши так секретом и осталось. Иногда казалось, что и мать-то не знала, от кого родила.

— Садитесь к окну, сейчас все принесу.

Она направилась в сторону кухни, Адлер отодвинул стул для спутницы и сел напротив так, чтобы видеть весь зал, отдыхающую компанию и вход. Бдительность он терять не собирался.

— Здесь хорошо кормят? — как ни в чем не бывало поинтересовалась фифа, обводя помещение заинтересованным взглядом. Будто никогда такие не посещала. А может и на самом деле никогда не была. Все же вид у нее уж больно чистенький. Из благородных. Тех, что привыкли к ресторанам при дорогих отелях и кондитерским с двадцатью сортами тортов. Только такие дамочки при виде увечий носики морщат и отвернуться спешат, а эта ничего, смотрит.

— Не жаловался.

Со стороны военных донесся хохот, у одного из комиссованных быстро сменившийся кашлем. Судя по виду, жить бедняге оставалось не так уж и долго, и он явно решил провести последние дни, гуляя на всю катушку.

Фройляйн вздрогнула и покосилась на компанию, но ничего не сказала. А вскоре появилась и фрау Зорге с нагруженным подносом. Перед ними на стол выставили две тарелки с яичницей, поджаренными колбасками, хлебом и маленькими, зелеными помидорками. По центру был поставлен пузатый чайник с ароматным чаем и две кружки. Чай в Зельце предпочитала пить большими порциями.

— Приятного аппетита, — щекастое лицо хозяйки расплылось в улыбке, — если что-то понадобится, зовите.

— Мне говорили, — неожиданно вступила в разговор его ходячая головная боль, — что у вас здесь можно попробовать яванский корень, копченый на золе.

Вилли, едва успевший отрезать кусочек колбаски, порадовался, что не сунул ее в рот и поднял взгляд на фрау Зорге. Та перестала улыбаться, подобралась, мигом превращаясь из добродушной тетушки во взявшую след гончую.

— Яванский корень, говорите… Точно нужен? — она прищурилась, будто пытаясь увидеть его спутницу насквозь. И капитан от такой возможности тоже не отказался бы. Уж больно необычной она оказалась.

— Мне говорили, что друзья друзей не отказывают друзьям, — безмятежно откликнулась блондиночка, задумчиво покручивая на пальце кольцо с крупным сапфиром.

Блеск камня привлек внимание хозяйки, и та скупо кивнула.

— Ждите.

Проводив ее взглядом, Вилли подался вперед и с улыбкой прошипел, стараясь не привлекать внимание:

— Вы что творите?

— Хочу договориться о проезде в Ференцию. Наш дядюшка разве не предупреждал вас о цели моего приезда, дорогой кузен?

Она улыбнулась и начала аккуратно есть, а ему теперь кусок в горло не лез. Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Кениг действительно не предупреждал, что столичная штучка окажется с сюрпризом. Откуда она могла узнать, в какой именно таверне собираются контрабандисты? Вилли сам эти места вычислял неделями, тратя драгоценное время и деньги, разыгрывая убитого горем и побитого жизнью неудачника.

— Вы понимаете, с кем связываетесь? У этих людей стандартная схема поставки грузов. Они не занимаются людьми.

— Поэтому я готова заплатить им больше. И ждать я не собираюсь. Мне дорого время.

— Наш дядюшка сказал, чтобы я уладил для вас это дельце.

Чего он конечно же делать не собирался ни при каких обстоятельствах, но ей подробности знать не стоит.