Раздраженно и подавленно.

Из-за этого я посчитал странным, что Дункан и Педро, после моего возвращения из Замка Святой Розы, выбрали именно меня в качестве командующего в осаде столицы.

— По моему этим должен был заняться ты, Дункан. — Сказал я, повернувшись к своему старому другу. — Ты официальный лидер нашего Союза. Именно под твоим командованием наши силы будут действовать наиболее сплоченно.

Про его харизму и умение руководить людьми я умолчал. Да, я умею шевелить мозгами и давать на чужие слабости, но поднять моральный дух и направить его в нужную сторону… Я могу, но не так хорошо как мой друг.

Все же я слишком циничный для этого общества. Не верящий в половину слов, которые нужно произносить, а люди это подсознательно чувствуют и эффет от моих слов выходит немного смазанный.

Это понимал каждый из нас, троих, но произносить не стал. Ведь одно дело понимать, а другое — говорить такое вслух.

— Не спорю, Андрей, вот только есть одно НО. — Возразил Дункан, достав из-за пазухи вскрытое письмо, с сохранившейся восковой печатью.

— Неужели… — Спросил я, как только смог разглядеть, КОМУ она принадлежала.

— Да. — Ответил Олень, победно улыбнувшись. — Переговоры, которые я вел последние две недели оказались успешными. Колдуэлл ответил согласием. Гленхейм перейдет на нашу сторону.

— Да!!! Слава Эльрату! — Выдохнул я, победно махнув перед собой кулаком. — Наконец-то! Наконец-то хоть у одного крупного лорда включились мозги и он решил оставить Изабель!

— Согласен. — Кивнул довольный дядя, поднимая бокал, на что я сразу ответил.

Звяк…

Стаканы звонко столкнулись и были мгновенно осушены в честь такого памятного и важного события.

Почему памятного?

Все просто — переход на нашу сторону лорда Колдуэлла, это не только присоединение двух тысяч хорошо обученных и вооруженных воинов и стратегически важной области на севере герцога Единорога, но прецедент.

Прецедент, когда сторонник Изабель перешел на нашу сторону.

При этом какой…

Сам Колдуэлл Гленхейм, воплощение благородства, Копье Севера, правая рука и зять самого Годрика. Переметнись на нашу сторону какой-нибудь мелкий барон из центральных земель, чьи земли уже давно были заняты и находились под угрозой разорения, это не вызвало бы особой реакции, но теперь…

— Как бы я хотел увидеть лица Изабель и Годрика, когда они об этом узнают. — Сказал я и, после небольшой паузы, шатер заполнил громкий, раскатистый смех, из-за которого внутрь заглянуло несколько стражников, желая понять, что так рассмешило их лордов. Ведь мы себя не сдерживали, на полную используя воображение.

Искривленная гримаса на холодном, холеном личике Изабель…

Подергивающийся глаз у всегда спокойного и чопорного Годрика, сжавшего зубы так, что мог бы стальную рельсу перекусить…

— Пха-ха-ха-ха… — От одного представления такого, меня вновь разбил откровенный ржач, заставляя хвататься за живот и стол, дабы не свалиться со стула.

В общем — благородных три герцога на несколько минут уподобились коням, таким образом отводя душу, наслаждаясь будущими муками своих врагов. Не по рыцарски, но иногда можно было позволить себе небольшую слабость.

— Хорошо. — Сказал я, как только приступ смеха прошел и в шатер вернулась былая рабочая атмосфера. — С тобой все понятно, Дункан. Зная Колдуэлла он наверняка потребовал встречи с тобой и принцем Андрасом, дабы удостовериться в искренности наших намерений. Но ты, дядя? Разве для тебя осада не будет хорошим поводов исправить то «недоразумение», возникшее после взятия Штормдейла.

Каждый из присутствующих понимал, о чем я говорил, от чего на лице Педро отчетливо проскочила тень. Большие потери и безнаказанное дезертирство двух лордов не прошли для него даром.

— К сожалению не могу, Андрей. — Ответил он, сцепив руки в замок. — Я бы и рад сокрушить считающиеся неприступными стены Когтя, но мне нужно как можно быстрее увести свою армию на юг, на границу с Лигой.

— Зачем? — Поинтересовался я, перебирая в уме последние донесения, которые, очевидно, устарели. Все-таки из-за визита в крепость Инквизиции я выпал из жизни на целых 4 дня, что в мире, где существует телепортация и заклинание Связи — очень много.

— Тебе еще не донесли? — Удивился Дункан, вздернув правую бровь.

— Нет. — Покачал головой я, сложив руки на груди. — Я прибыл сюда, как только разобрался со срочными делами в герцогстве. Даже с Мельхиором поговорить не смог.

— Тогда все ясно. — Сказал Олень, подойдя к столу и легким движением раскрыв один из свитков, до этого лежавших на краю. Им оказалась карта Лиги и юго-западных границ Империи, с обозначением всех городов, лесов, гор, оврагов и прочих объектов, способных повлиять на передвижение армии. — Ты же помнишь про последнюю попытку Гончей штурмовать Аль-Импрал?

— Конечно. — Кивнул я, переводя взгляд на одинокий кружок, находившийся всего в половине дневного перехода от границы Империи. — Первое серьезное поражение нашей самоуверенной императрицы.

— И надеюсь не последнее. — Заметил Дункан, продолжая постукивать пальцем по значку города. — Вот только просто так сдаваться она отказалась. Город был взят в осаду, а из Аль-Берила, где сидит Годрик, были вызваны новые подкрепления. Изабель намерилась всерьез взяться за этот город.

— Расскажи мне то, что я не знаю. — Сказал я, оперев голову на руку. — Об ослином упрямстве бывшей невесты императора не слышал только глухой.

— Три дня назад армия Маркела, почти подошедшая к Сикхаму резко развернулась и направилась на север, в сторону Аль-Рубита. — Вступил в разговор Педро, показав сначала на крепость, являвшуюся главным бастионом столицы Лиги, а затем на главный город дома Химеры. — Все ожидали немедленного штурма, дабы пополнить число нежити за счет рабов-зверолюдей, но вместо этого пустомант пошел дальше. К Аль-Импралу.

— На помощь своей союзнице. — Понимающей покивал я, понимая задумку Маркела. — Только вдвоем у них будет шанс захватить главный город дома Материи.

— Да. — Кивнул Дункан, соглашаясь со мной. — Насколько бы не был силен Раззак, но отбиться от имперской армии и воинства нежити у него не выйдет. Город будет взят. Рано или поздно.

— А что последует за этим неизвестно. — Продолжил я, понимая зачем дядя решил отправиться на границу. — С одной стороны Маркел что-то определенно ищет в Лиге, поэтому после победы они наверняка развернуться и отправятся к Аль-Рубиту, восстанавливать численность за счет химер и бить Нархиза. Но с другой, если Изабель выйдет из себя из-за предательства Колдуэлла или решит воспользоваться возможностью разорить земли Быков, нам может стать не до смеха.

— Все верно. — Кивнул Педро, подтверждая мои слова. — Я не могу рисковать своими землями. Добавим к этому возможность "проведать" взбрыкнувших вассалов и захватить часть западных земель Гончих, то получим весьма неплохую перспективу. К тому же, в случае нападения я смогу их достаточно задержать, дабы вы смогли прийти на помощь.

— Не сомневайся. — Серьезно сказал Дункан, положив руку ему на плечо. — Мы придем на помощь так быстро, как сможем.

Я лишь кивнул, будучи полностью согласным с этими словами. Предавать близкого родича и союзника я не собирался.

— Вот и получается, что именно тебе придется развенчать миф о неприступности Когтя. — Обратился ко мне Олень, ободряюще улыбнувшись. — Мы оставим тебе большую часть латников, арбалетчиков, жрецов и грифонов, а остальных возьмем себе. Всадники и ополченцы мало чем смогут помочь при штурме стен.

— Хорошо. — Кивнул я, вставая и становясь напротив Дункана. — Постараюсь не подвести.

— До этого получалось неплохо. — Заметил он, протягивая руку для рукопожатия.

— Так будет и впредь. — Ответил я, отвечая ему, крепко сжимая ладонь. Шершавую, с отчетливыми мозолями от клинка, образовавшимися даже не смотря на постоянное использование исцеления. Доказательство того, что стоящий передо мной мужчина, как и я, — воин, тративший много времени на оттачивание своего мастерства.