— А нельзя было просто открыть портал и уйти, а? — возмутилась она, вытаскивая из растрепавшихся волос веточки и кусочки прошлогодних листьев.

— По периметру всё истыкано датчиками альвы, — пояснил я. — Такой всплеск сразу бы заметили. Поэтому я и запретил тебе использовать свою магию, и полёт тоже. Нас патрули в два счёта найдут.

— Ну и пусть найдут, — фыркнула она и сверкнула глазами. — Мы с ними в два счета разберёмся.

— Лили, — я обернулся к замершей девушке. — Мы НЕ будем ни с кем разбираться.

Она посмотрела на меня с непониманием, взметнув красиво изогнутые брови.

— Если убьём патрульных, их тела найдут и начнут искать нас.

— Нас? Или повстанцев, или может, альва-монстров? — Лили упрямо скрестила руки. — Какая разница, кто их убил? Ну не хочешь так, не буду убивать, просто вырубим их и…

— Сделаем ещё хуже, — я подошел к ней и положил руки на плечи. — Лили, пойми уже. Сейчас для всей Империи я мёртв, нас с тобой для них не существует. Нас нет. И это — наше с тобой главное преимущество.

— Да почему?..

— Потому что Роман не знает о нас, — пояснил я. — А раз так, мы можем нанести свой удар скрытно, из тени. Одним хирургическим надрезом убрать эту опухоль, пока она не превратила в ад всю Империю. Пока он не поддался своему кодексу и не привёл весь мир к катастрофе покруче пробуждения Владыки.

— И всё равно…

— Лили, — я положил палец ей на губы. — Пусть лучше так. Пока для него я мёртв, он не может достать ни Есеню, ни Карину, ни моих друзей. И если придётся потерпеть неудобства ради этого, я готов.

Убрав руку, я развернулся и пошел дальше. Из глубины леса послышался отдаленный звук железной дороги, гудок локомотива и стук рельс.

— Хех, — хмыкнула Лили, идя следом. — Не ты ли говорил, что сестра оказалась для тебя чужачкой?

— Мы может и не связаны кровью, но она всё ещё моя семья.

— Ты даже не знаешь, живы ли они все.

— Живы, — кивнул я. — И чтобы они оставались живы, для них я должен быть мёртв.

На миг я ощутил, как в груди шевельнулось ядро владыки. Мощь его альвы давила на меня изнутри, как перегретый пар — на крышку закипевшей кастрюли. Только вот спустить его я не мог, такой выброс энергии скрыть не получится.

— Ну предположим, тебе удастся скрываться от всех и ты доберёшься до Романа, — предположила она, еле поспевая за моим размашистым шагом. — Где гарантии, что он всё равно не доберётся до них? Или что он не возглавит их? Я знаю Альву, Слава. Её излюбленный приём — бросить против тебя тех, кто тебе дорог больше всего. Сестру, Карину, тех троих ребят. Заставить колебаться, выбирать между ними. Даже если ты подберёшься к ней, всё равно придётся выбирать.

Я молча шёл вперёд, а в голове крутились слова, которые Лили не сказала, но я всеми фибрами почувствовал их. «Роман ведь тоже твоя семья».

Она была права. Если Роман запудрит мозги Есене и остальным, я не знал, что делать. Поднять оружие против них?..

На душе становилось дерьмово от таких мыслей.

— Решу, когда придёт время, — сухо бросил я. — Идём скорее, дорога уже близко.

Мы пересекли узенькую просеку. За холмом впереди уже слышался перестук недавно прошедшего поезда, а ветер донёс слабый терпковатый запах, какой бывает только у железной дороги.

— Так значит, ты снова хочешь сделать всё один, — Лили догнала меня и, перекинув волосы через плечо, начала сплетать их в косу. — Как тогда, в доме жирного подонка, который держал в подвале твою сестру. Честно говоря, вышло так себе.

— А я и не один, — улыбнулся я ей. — Ты ведь со мной, Лилит.

— С-само собой, — довольно ухмыльнулась она, но тут же поправилась. — Я не о том.

— А о чём тогда? — я обернулся к ней.

Кодекс строго посмотрела на меня.

— Нельзя сражаться против всего мира в одиночку, Слава. Ты ведь сам меня этому научил, а теперь…

— Тихо! — я посмотрел вперёд, вслушиваясь в звуки из леса. — Слышишь поезд?

Лили навострила уши и коротко кивнула.

— И что? Они же тут постоянно ходят.

— Этот замедляется! — я хищно сверкнул глазами. — За мной, быстро!

Я бросился через чащу, на ходу перепрыгивая кочки и торчащие из земли острые камни. Звук поезда приближался, и я отчетливо слышал скрежет тормозящих колёс. Бог знает, почему машинист решил остановиться в этой глуши, но если он хотя бы замедлится!..

Не щадя сил, я взлетел по поросшему кустарником и соснами склону холма. Впереди, за узкой полосой деревьев, виднелась пробитая в чаще просека, посреди которой вилась широкая серая лента двухпутной железной дороги. А на ней, истошно гудя и осыпая промасленные шпалы снопами искр, виднелся мчащийся электропоезд.

И похоже, он отчаянно пытался затормозить перед каким-то препятствием.

Увидев вереницу вагонов с множеством окон, я невольно выдохнул: пассажирский! Лучше не придумаешь.

— Скорее сюда! — я помог Лили забраться и мы бросились к краю лесополосы. Под жуткий скрежет и грохот сотен тонн металла поезд пронесся мимо нас, сбрасывая скорость. Я посмотрел вперёд, куда летел локомотив — и по спине прошлись мурашки.

По обе стороны железной дороги стояли, поблескивая серой бронёй, имперские бронемашины. Черные дула орудий хищно смотрели в сторону леса, а навстречу поезду шли солдаты в тяжелой штурмовой броне.

— Тише!.. — Я моментально нырнул в кусты, утягивая за собой ойкнувшую Лили.

— Что там?.. — возмущенно фыркнула она.

— Армейский кордон, — я кивнул на солдат. Поезд, окончательно сбросив скорость, с протяжным гулом стальных сочленений остановился, издав усталый стон вагонов, упершихся в локомотив.

— Сидим тихо, — шепнул я девушке. — Если они досматривают поезд и ищут повстанцев, нам лучше пока не лезть внутрь. А если впереди какая-то угроза…

Мы переглянулись.

— Альва-прорыв, — шепнула Лили, кивая в сторону солдат. — Там очень мощная аура, хозяин.

Я кивнул. Надо быть полным идиотом, чтобы вести состав, полный людей, наперерез орде рвущихся из прорыва альва-монстров. Только если армия не подавит первую волну, выиграв людям время.

— Шесть, семь… — Лили шепотом считала вагоны, щурясь. — Двенадцать.

До последнего вагона было метров пятьдесят по открытой местности. При дневном свете дорога просматривалась на несколько километров в обе стороны, так что бежать к вагону сейчас — считай, сразу выдать себя.

— Ждём, — я стиснул прохладную ладонь Лили.

Мы напряженно смотрели, как у головного вагона кто-то из патруля говорил с машинистом. Несколько солдат поднялись в первый вагон. Я ощутил, как по спине скатились ледяные капельки пота. Если это досмотр…

И тут же напряженную тишину разорвала вереница сухих отдаленных хлопков.

— Автопушка! — шепнул я, вжимая голову в плечи.

Две бронемашины тут же взревели моторами и, развернувшись, рванули к дальней лесополосе, на ходу вращая башнями. А к хлопкам пушки добавилась трескотня автоматных очередей, гулко заухали пулеметы. А следом раздался гул и взрывы магии.

— Они сражаются с монстрами! — прошептала Лили. — Я чувствую их ауры!..

Кивнув ей, я вгляделся в сизый дымок, оставшийся за бронемашинами. Над лесом вдали подрагивали рваные ауры альвы, то затухая, то вновь проявляясь. Похоже, армия отражала волну рвущихся из прорыва чудовищ, и им приходилось несладко.

— Они уходят, — я тронул Лили за плечо. — Готовься!

Солдаты быстро погрузились в машины. Тяжелые броневики перекатились через рельсы и, окружив поезд с двух сторон, поехали вдоль путей. А локомотив, издав протяжный сигнал, с лязгом тронулся с места.

— Чёрт, поезд! — я дернулся с места. — Лили, садимся сейчас!

— Погоди, ты же говорил… — она растерянно поморгала, но я перебил её.

— Армейцы будут охранять его, пока поезд не выйдет из опасной зоны! Или сядем сейчас, или никогда!

Лилит с готовностью кивнула. Вагоны тронулись с места и, ускоряясь, покатились по рельсам. Была-не была!

— Бежим!

Я выскочил из кустов и рванул к путям, всеми силами уповая, чтобы никто из армейцев не догадался посмотреть назад.