— Идём, — шепнула Карина. — Не забудь, говорю я.

Она отпустила руку Есени и, сжав кулачок, выпрямила спину. Наспех пригладила растрепанную чёлку, одернула изорванную жилетку и шагнула внутрь просторной палатки.

В неярком свете четырёх светильников она заметила силуэты пяти мужчин. Один из них вышел навстречу. Рослый, жилистый мужик с угрюмым лицом и непокорными жёсткими волосами, обильно тронутыми сединой. На его небритом, колючем подбородке виднелся длинный шрам, а на поясе армейских штанов поблескивала черным рукоять пистолета в кобуре.

Она шагнула к нему, как почувствовала движение сзади — и несильный удар под колени свалил её на землю.

Зашипев от негодования, Карина поднялась на колени, как над ней навис здоровяк с пистолетом.

— Ну что, парни, — он похотливо осклабился, глядя на девушку. — Кто трахнет мелкую первым?

По телу пробежал противный холодок, ноги предательски задрожали.

Карина стиснула кулаки и поднялась, как тяжёлая рука главаря сжала её плечо. Девушка посмотрела ему в лицо, и в её глазах сверкнул бледный свет альвы.

— Только посмей, — прошипел тот, и его рука опустилась на кобуру

— Отпустите её! — к ним подскочила Есеня, и главарь отшатнулся, убрав руку. Девушка встала между ними, закрывая собой спутницу.

Главарь оглянулся — и мужики за его спиной захохотали.

— Ишь какая смелая, сопля! А по виду и не скажешь! — засмеялся он и вытащил пистолет. — А ну-ка брысь, не с тобой разговариваю.

— Не уйду! — крикнула она, как на её плечо легла узкая ладошка Карины.

— Есеня, я сама.

— А… — девушка опешила, но послушно отошла назад.

— Славно, — кивнул главарь, наставляя пистолет. — Не усложняй нам жизнь.

— Что тебе нужно? — Карина вышла вперёд. — На бандита ты не похож. хоть и ведешь себя как чернь.

Мужик шагнул к ней и вскинул руку для пощечины.

— Постой, — выпалила Карина. — Ты ведь знаешь, кто я? И знаешь, чем известен мой род.

Мужик замер с занесенной для удара рукой. Его взгляд, колючий и неприязненный, красноречивее слов говорил — он знал.

Правильно. Нельзя показывать слабость и отдавать ему инициативу, позволяя себя бить. Этот подонок, кем бы он ни был, и рядом не стоял с главами великих родов. А с ними она быстро усвоила — нужно вести себя жестко. Такие люди уважают только силу.

Та, кто дает себя бить и валяется в ногах, силу не внушает.

— Альвитин, — видя, что собравшиеся повстанцы слушают её, она ухмыльнулась. — Всю свою жизнь я занималась альвитином и много чего повидала. Я не знаю, зачем вы здесь, но вижу, что ты и твои люди уже на второй стадии заражения альвой. И ты скрываешь следы порчи.

Она с улыбкой кивнула на его опущенные рукава, перемотанные бинтами.

Главарь сощурился, в его взгляде мелькнула искра. Люди позади него переглянулись.

— С чего ты взяла? — криво усмехнулся он. — Успела взять анализы у каждого, пока валялась в отключке?

— У твоих людей на руках и шее увеличены лимфоузлы, — ядовито улыбнулась она в ответ. — А на кистях и локтевых сгибах уже видны ровные черные полосы. Это первые признаки альва-порчи. Такие же, как были у тебя, только в твоем случае всё куда хуже.

Она шагнула к нему, скрестив руки на груди.

— Альва уже глубоко въелась в твое тело. Под этими бинтами ты прячешь черные полосы, такие же, как на твоей шее.

Главарь замер, остановив дернувшуюся к шее руку. Намотанный на неё шарф съехал вниз. Только сейчас Есеня пригляделась и заметила, как под густой щетиной поступали ровные чёрные полосы.

Так Карина увидела их с самого начала?..

— Альве требуется время на такое глубокое заражение. В среднем, от недели до двух, при концентрации выше сотни на миллион, — заключила девушка. — И давно ты скрываешь это от своих людей? Они в том же положении. Не веришь — посмотри сам, пусть покажут тебе свои руки и шею.

Повстанцы позади него взволнованно зашептались, один из них попятился назад. спешно одергивая закатанные рукава.

— Не заговаривай нам зубы, мразь, — фыркнул главарь, косясь на товарищей. — Ты сейчас болтаешься на волоске, и петь будешь что угодно, чтоб спасти свою тощую задницу. Вы с подружкой сейчас живы только потому, что я так решил. Церемониться с вами я не собираюсь, и прикончить двух знатных девок для меня не проблема.

— Может и так, — осклабилась она. — Но подумай вот о чём. Сколько вы уже в красной зоне? День, два? Здесь такой сильный фон, что вы все уже заражены, и половина из вас мутирует ещё до выхода из зоны. Вам нужен альвитин, и вам его явно не хватает.

— Откуда ты знаешь? — раздраженно рявкнул он. Карина торжествующе сверкнула глазами, на её губах проявилась улыбка.

Кровь будоражило от торжества, и стоило немалых усилий сдержаться, не давая им заметить это.

— Если бы хватало, ты бы принял его первым, — пояснила она. — Простолюдины должны принимать по одной дозе раз в неделю, при сильном воздействии — раз в три дня. А судя по твоему заражению, ты не принимал его куда больше недели. Уверена, даже свою порцию ты отдавал товарищам.

— Босс, так это…

— Тихо, — он поднял руку, останавливая бойца позади него. — Давай предположим, что возможно, ты права. И что же дальше? Ты бы не стала говорить это всё просто так.

— Конечно, нет, — ухмыльнулась она, уперев руки в бока. — Очевидно, ты хотел допросить меня, но здесь каждый знает, кто такая Карина Ленда, верно? Убивать меня невыгодно, слишком глупо тратить такой дорогой актив, ничего не получив взамен. А значит, ты собирался обменять нас, — она сделала акцент на последнем слове. — На что-то ценное. Альвитин, лекарства, деньги. И у тебя мало времени. Так что давай не будем больше устраивать цирк и поговорим как серьёзные люди. Как лидер с лидером.

— Что ж, — хмыкнул он, ухмыльнувшись в усы. — Не буду скрывать, тут ты права. Поначалу мы хотели просто добить раненых магов, уцелевших после той бойни, которую вы устроили. Но с тобой в наших руках планы поменялись. За такую заложницу многие захотят отвалить кругленькую сумму.

— Хоо, всего-то, — усмехнулась она. — Думаешь, ваши семьи смогут долго и безбедно жить на выкуп за мою голову? Жаль, что большинство из вас этого уже не увидит. Но это поправимо — если мы заключим сделку.

— Какую? — главарь убрал пистолет в кобуру и скрестил руки на груди. — Только учти, Ленда, я знаю все ваши дворянские хитрости. Вздумаешь меня нагреть, я пристрелю тебя быстрее, чем ты сколдуешь какую-нибудь подлость.

— Люди моего уровня не размениваются по мелочам, — улыбнулась она. — Всё просто — безопасность в обмен на альвитин и лекарства для тебя и твоих людей. Мои госпитали примут любого члена ваших семей бесплатно, стоит мне сказать лишь слово. Две жизни — в обмен на многие. Это выгодная сделка, и главное, тебе она ничего не стоит.

Повстанцы переглянулись, в палатке послышался одобрительный шепот.

Карина едва сдерживала улыбку. Она как никто другой знала, за что держатся простолюдины. Сподвигнуть их уйти в повстанцы могли только веские причины, кто-то из них потерял близких, а кто-то наёмничал, чтобы прокормить семью.

— Гладко стелешь, Ленда, — недоверчиво нахмурился главарь и подошел ближе, нависнув над ней снова. — Да только верится с трудом.

— Что ж, я понимаю, — согласно кивнула она. — Я и сама бы насторожилась, да и с чего бы доверять кому-то из знати? А раз между нами нет доверия, я сделаю шаг навстречу. Как только мы окажемся в Западноуральске, я скажу, где вы можете забрать первую партию альвитина и лекарств, в качестве жеста доброй воли. Взамен ничего не нужно, можешь и дальше держать нас в наручниках под стражей. Мы останемся твоими пленниками. Под полным твоим контролем. Если передумаешь, лекарства останутся у тебя.

Мужчина сдвинул косматые брови. Судя по складкам, собравшимся на лбу, он крепко задумался над предложением Карины. И теперь она ощущала подлинное торжество. Оставался последний шаг.

— Слишком щедро… — с сомнением хмыкнул он.