— Вона чо, — расплылась Варвара в улыбке. — Даже не майор, мм…

Её взгляд стал мягче и снисходительнее. Сергей ощутил, как уши начали краснеть. Да какого черта она так смотрит?

— Три дня назад вы помогли сбежать преступнику Ярославу Вайнеру, объявленному в имперский розыск, — продолжил он. — Я напомню, что за содействие в побеге вас могут посадить на десять лет.

Мужчина покосился на зеркало, за которым в соседней комнате сидела Ксения. Старательная девчонка записывала каждое слово на видео и вела протокол. Она и сейчас записывает, и её пальцы дрожат от напряжения. Они всегда дрожали, на каждом допросе, когда он наблюдал за ней.

— Это для тебя он преступник, а для меня — мой княжич, — усмехнулась женщина. — Я ж его с вот таких махоньких лет ростила, и уж точно знаю, никакой он не преступник.

— Он убил и ранил больше двадцати наших сотрудников! — возмутился тот.

— А чего они в наш дом без спросу полезли? — возразила Варвара. — Мне их пирогами встречать надо было что ли?

Он сощурился, подмечая, как напряглись скулы на её лице, а виски заблестели от пота.

Волнуется. Хорошо. Надо надавить сильнее.

— Сопротивление власти карается смертью, — напомнил Сергей. — А вы покрываете преступника, уже находившегося под подозрением!

— Карается? Ну вот они и получили, — пожала плечами Варвара. — На землях князя — его законы. И давай тут не это. Если не слышал, княжича моего сам Император оправдал, личным указом. За защиту Империи в бою, между прочим! Он младше тебя, а за Империю уже своей крови пролил столько, что захлебнёшься. Герой шведской войны, между прочим!

Сергея бросило в жар. Он, конечно, знал о Вайнере в общих чертах. Но вот такое слышал впервые.

— Всё-то вы о нём знаете, — съязвил он. — Наверняка и в делах его замешаны не меньше.

— А то, — хохотнула она. — И стирка на мне, и уборка на мне, и готовила ему каждый день, чего ж думаешь, я о нем ничего не знаю? Никак двадцать лет на Вайнеров отпахала. У служанок работа такая, тёмный ты человек!

— Тогда выкладывай, с кем и когда он замышлял заговор против Императора, повлекший гибель наших сотрудников? — начал закипать Сергей.

— Так, а мне почём знать-то? — та пожала плечами. — Говорю же, служанка я! Да и княжич наш не из тех, кто козни строить будет. Да и когда ему? Он же вот только женился, даже невестки своей распробовать поди как следует не успел, а тут уже вы нарисовалися! Вы лучше у этой вертихвостки Ленды спросите. Да только вы к ней на хромой кобыле не подъедете, она вас сама как хош скрутит. Вот вы и лезете к простой служанке, ироды.

Следователь невольно стиснул кулаки. Что за непробиваемая баба! И ведь врёт, что ничерта не знает! Ну и как из неё выскрести информацию?

— Хватит юлить! — рявкнул он, старательно подражая Темникову. — Какая еще служанка? Вы десяток человек в больницу отправили! Вас с поличным поймали! Откуда такие навыки, чтоб простая баба вырубила десяток обученных бойцов каким-то тупым предметом!

— Сковородкой я их вырубила! Сказала же, я все двадцать лет у Вайнеров на кухне работала, дурной! — прогрохотала она так, что по комнате прокатилось эхо.

— Не ври мне! — вскричал он и грохнул кулаком по столу, чтоб припугнуть. Но тут же скривился от боли, прострелившей руку. От обиды на глаза навернулись слёзы.

— Ну что, напугал, балда? — беззлобно улыбнулась Варвара. — Теперь шишка будет. И во-оттакенный синяк.

— Да знаю я… — прошипел он, потирая ладонь. Но боль от ушиба меркла перед досадой. Сорвался, еще и выставил себя как идиот.

— Вот что… — начал он, но преступница его перебила. — Иди-ка и сунь руку под холодную воду, а еще лучше лёд приложи.

— Нету льда, — с ноткой обиды буркнул он и покосился на зеркало у стены, за которым стояла Ксения. И увидел себя с горящими ушами. От злости хотелось еще раз грохнуть кулаком, но одного раза хватило.

— Аптечку возьми, дуралей! — сказал она так, будто отчитывала собственного ребёнка. — Хладпакет там есть точно, вот его и…

Её прервало раскатистое, утробное урчание в животе.

— Чего? — невозмутимо сказала она. — Этот лысый охламон меня пять часов в своей машине продержал, я ж не железная. И вообще…

Бурчание умирающего бородавочника снова прокатилось по комнате.

Он с сомнением хмыкнул. Варвара выглядела и вела себя как деревенская простофиля, но упёртую, как танк, женщину он явно недооценил.

— Вот что… — начал он под голодный аккомпанемент уже собственного желудка, — Возьмем перерыв. Ксения, накорми подозреваемую!

А ведь это идея. Всем известно, что сытый человек охотнее идёт на контакт. Сперва он на неё надавил, а после еды, когда она выдохнет и почувствует себя в безопасности, он вытащит из неё всё, что нужно. Отличный план! Да и самому бы поесть, с утра у них с Ксенией во рту не было ни крошки.

В комнату вошла девушка в очках и со стандартным сухпайком опричников. Он знал, что внутри. Безвкусные галеты и каша с говядиной, сухая настолько, что приходилось размачивать брикет водой полчаса.

— Вот, поешьте, — напарница поставила поднос с пайком перед Варварой и вручила ей пластиковую ложку. — Может, он и не очень на вкус, но есть можно.

Обернувшись к Сергею, она протянула ему второй и порозовела. — А это вот тебе. Я сама приготовила!

На подносе красовался… нет, не паёк. Там была коробка с домашним обедом, ещё тёплым. Было заметно, девушка собирала его сама — овощи были кривовато нарезаны, а в мутном бульоне плавал большой кусок мяса.

— Спасибо, — буркнул он и, взяв поднос, вышел из комнаты.

— Подожди меня! — девушка поспешила за ним, как ее окликнула Варвара.

— Постой-ка, рыженькая, — она подняла скованные наручниками руки. — Может хоть от стола отцепишь? Я так низко не нагнусь, а мордой в миску есть не стану, я ж не собака какая.

— А… — девушка моргнула. — Точно, сейчас…

Она быстро отцепила наручники от кольца в столешнице и подвинула поднос к Варваре. Та взяла ложку, как дверь снова открылась. Внутрь влетел Сергей, с почти нетронутым обедом и с выражением вселенского негодования на бледном лице.

Смерив Варю таким взглядом, словно она виновата во всех его страданиях, мужчина забрал её паёк и, поставив перед ней свой, грозно затопал обратно.

— Серёжа.

— Да это есть невозможно! Я лучше эту бурду жрать буду, чем!.. — выпалил он и, не договорив, выскочил из комнаты.

Девушка сникла. Сняв очки, она протёрла линзы платочком и понуро вздохнула.

— Нравится он тебе, да? — Варя с улыбкой подмигнула ей.

— Совсем нет! — она покраснела. — С чего вы это взяли?

— А то я не вижу, — заулыбалась та. — Ты это брось, лапшу-то мне не вешай. Если не любишь, чего ж тогда обед ему сготовила? Женщина готовит по своей воле только тому, кого любит. А вы, конопатенькие, в этом все похожи.

— Да толку-то, — вздохнула она. — Все равно он его не съел.

Варя сноровисто подтянула к себе поднос и заработала ложкой. Сделав пару глотков, она вздохнула.

— Сама делала?

— Угу.

— Соли мало, — Варя облизнула губы. — Говядину варить надо дольше, хотя бы часа два, и на среднем огне. И бери не филе, а лопатку, шоб с костями, от них бульон наваристее будет. Он же мужик, а не дитя, ему подушистее суп нужен.

— А… — Ксения посмотрела на неё большими глазами.

— Чего акаешь? Пиши давай, — Варя кивнула на забытый Сергеем блокнот. — Я говяжий борщ ещё батюшке нашего княжича варила, поделюсь уж рецептом…

Пару минут Ксения напряженно скрипела карандашом, записывая за Варей каждое слово.

— … и в конце зелени добавь, — кивнула она. — Всё записала?

— Угу, — она убрала блокнот. — Спасибо.

— Спасибо на хлеб не намажешь, — осклабилась женщина. — А непутёвому этому скажи, чтоб он крюк-то в следующий раз проверил, а то болтается.

Она пошатала пальцами расшатавшийся крюк, за который держалась цепь между наручниками. Ксения застыла: им сто раз говорили, что преступники могут вырвать крюк и использовать обломок как оружие. Несколько опричников так и погибли, причем последний случай был недавно…