— Давай, — кашлянув, я поднялся. — Если кишка не тонка, как у твоего отца, прятавшегося за спинами опричников. Неудивительно, что у него духу не хватило добить нас самому.

— Заткнись! — вскричал он, атакуя снова. Колонна огня смертоносным потоком излилась на меня, заставляя рвать жилы в безумном прыжке. На ходу проваливаясь в скачок, я перекатился по земле, а позади ревело адское пламя. Уши заложило от треска раскалывающихся от жара камней.

— Не путай жалость со слабостью, отброс! — крикнул Орлов, едва пламя стихло. — Если бы Суворовы и Долгорукие не задержали его, ты бы давно уже!..

Он осекся, и испуг на мгновение мелькнул в его взгляде.

— Ах да, — кашлянув, усмехнулся я. — Доблестный глава рода Орловых и пикнуть не посмел бы против приказа старших родов. Хорошо, что ты так хорошо языком молотишь. Куда лучше, чем сражаешься.

— Ты слишком дерзкий для полутрупа, — фыркнул он. Воздух за его спиной засиял сотнями огненных шаров. Я метнулся в сторону, закрываясь барьером, который задрожал от яростной бомбардировки.

— Беги, тварь!

От чудовищной атаки звенел воздух. Раскаленный ветер бил в лицо, спину обжигали удары разлетающихся камешков. Укрывшись за булыжником, я развернул щит на максимум: альвы в теле практически не оставалось, все мышцы сводило адской болью., а огненный шторм все не утихал.

Черт возьми, если так продолжится…

— Я не могу проиграть, — прошептал я, сжимая кулаки. — Не могу…

Щит с треском разлетелся от мощного натиска. Я зажмурился, но пламя стихло, оставив после себя дымящуюся землю.

— Вылезай, предательская крыса, — донеслось из-за укрытия. Орлов шел ко мне, вливая силы в горящие альвой кулаки.

— Странно слышать это от тебя, идиот, — сцепив зубы, я поднялся. — Долгорукие будут рады узнать, что ты их сдал.

— Никто не узнает, — осклабился он, но я заметил, как его губы кривятся от досады. — Думаешь, это что-то изменит? Если бы не я, ты никогда бы и не узнал!

Он негромко рассмеялся.

— Бедный, бедный Вайнер! Ты даже не видишь, как тебе в лицо улыбаются те же люди, что казнили твоих мать и отца! Как твой друг, как там его… Кирсанов?

Я стиснул челюсти, не дрогнув ни единым мускулом. Он провоцирует меня. Лжёт в лицо.

— Или может, рассказать, кто сдал шведам твою милую подружку Аракчееву? — осклабился он и поманил меня ладонью.- Иди сюда, крыса. Я скажу тебе имя, прежде чем ты отправишься к ней.

По спине прокатилась дрожь. Скрипнув песком на зубах, я вперил полный ненависти взгляд в светловолосого ублюдка с пылающими алым пламенем глазами.

Бессмертный Феникс, чудовище рода Орловых. Он уже знал, что победит.

Словно подслушав мои мысли, Орлов развел руки в стороны — и его аура взметнулась к вершине купола ярким столбом света.

— Иди сюда, Вайнер! Сожми зубки и не смей реветь, как твоя сучка-сестра, когда я бил ее этими самыми руками!..

— Ублюдок, ты!.. — я метнулся к нему, уходя в скачок. Феникс рефлекторно занес кулак, готовясь обрушить на меня всю мощь своей магии. Один удар, я успею!..

Рука машинально коснулась Бездны, наполняясь ее силой, и в ладони сверкнул ослепительный клинок.

Полутьма квантового мира озарилась нестерпимой вспышкой. Луч света протянулся ко мне, грозя выжечь дыру в теле. Наплевав на боль, я нырнул под мощнейший поток огня и вонзил меч в грудь Орлова. Клинок с хрустом прошел сквозь плоть и кости, выходя из брюшины.

Меня вышвырнуло из кванта, пламя его атаки стремительно гасло, а тело Феникса вспыхнуло голубыми языками огня.

— Это больно, идиот, — засмеялся он, кашляя кровавыми пузырями. — И это — твоя последняя ошибка!

Он до хруста сжал мою ладонь с мечом, занося кулак второй руки. Я рванулся, но сил больше не хватало на сопротивление.

Обжигающая боль затопила тело. Удар за ударом, подонок выбивал из меня жизнь.

— Сдохни, Вайнер! Я убью все, что тебе дорого! О-о, как же я хочу посмотреть в глаза твоей сестры, когда я швырну к её ногам твою голову!

Град ударов остановился. Выдохшись, он с усталой усмешкой приблизился к моему лицу.

— Назови… кто сдал Анну… — прошипел я.

— Спроси у не сам на том свете, — осклабился Орлов и выдохнул мне в лицо. — Она сама отказалась стать шлюхой главы генштаба.

Глава… генштаб мог возглавить только глава великого рода. Орловы, Долгорукие, Суворовы и…

— … Морозов, — сипло выдохнул я.

Орлов помрачнел, улыбка стерлась с его лица.

— Плевать. Передай Аракчеевой, что ты сдох как слабак.

Его кулак поднялся и вспыхнул яростным пламенем. Я отчетливо видел, как волны огня разбегались по сжатым, побелевшим костяшкам… как над его рукой пролетела маленькая золотисто-алая бабочка.

Крошечное существо казалось совершенно чужим в этом царстве смерти и боли. Я скосил глаза на кроваво-алый шар альва-портала, покачивающийся вдали. Вокруг него, словно привлеченные его светом, кружились крошечные огоньки, взмахивая светящимися альвой крыльями.

«Слава, а ты знал, что бабочки могут выжить в центре альва-прорыва? Я видела их, собственными глазами».

Аня…

— Вот как, — прошептал я, сжимая в ладони ядро доминатора. — Я отомщу.

Моя ладонь стиснула до хруста сжатый кулак Феникса. В его глазах мелькнуло непонимание, перерастающее в легкий страх.

— Как…

— Больше нет нужды тебе поддаваться, — я поднес зажатый в руке кристалл к лицу, сквозь пальцы пробивался яркий багровый свет. — Довольно игр.

Разжав пальцы, я проглотил сияющий кристалл. Внутренности вспыхнули болью, нестерпимый жар растекся по телу, наполняя каждую клеточку мощью первозданной альвы.

— Ты же чертов трупоед!.. — воскликнул Феникс и рванулся из железной хватки, застрявший в капкане зверь.

— Ты сказал, что я заперт здесь с тобой, — я поднялся, сжимая окровавленный кулак. — Ты ошибся. Это ты заперт со мной.

Кривясь от злости, он ударил меня огненным кулаком. Пламя растеклось по окутавшему тело барьеру. Я отшвырнул Орлова в сторону — парень неуклюже перекатился и вскочил на ноги,. Его правая рука кровоточила и не двигалась.

— Идиот, — нервно засмеялся он. — Ты ничего не забыл? Меня нельзя убить! Ты все равно проиграешь!

Он с криком сжал ладони, ослепительный луч энергии танковым снарядом ударил по моему барьеру. Облака осветились оранжевыми всполохами, а земля вздыбилась от бешеного шторма излившейся энергии.

Я развернул щит, одной мощью альвы отбрасывая назад воющий поток пламени. Колонна огня взвилась в небу, отбрасывая жуткие тени.

Феникс покачнулся, опешив. В его глазах читалось смятение.

— Ублюдок!

Ещё одна атака. Столб чистейшего пламени выстрелил в меня, сметая и оплавляя все на своем пути.

Я поднял ладонь, и черный зев портала поглотил атаку, тут же выбрасывая её слева от Феникса. Колонна света ударила в породившего её мага, на глазах превращая его в пылающую головешку.

Тело рухнуло на землю, окутываясь синим пламенем. Рыча от боли, возрождающийся Орлов медленно поднялся на ноги и попятился от меня.

— Мне плевать, сколько раз ты воскреснешь, урод, — я шёл к нему, чеканя каждое слово. — Ты пожалеешь о своем даре.

— Чертов!.. — воскликнул он и обрушил на меня новую волну атаки. Я раскрыл ладонь. Два спиральных копья влетели из порталов над его головой и пронзили мага, пригвождая к земле. Он истошно заорал, окутываясь синим пламенем возрождения.

— Ты все равно проиграешь!.. — выплюнул он, корчась от боли.

— Плевать. Я буду убивать тебя раз аз разом. Десять раз, сто, тысячу, если придется. Давай проверим, кто из нас сдастся раньше.

Он поднял на меня полные ярости и страха глаза. Земля вспыхнула подо мной, и в тот же миг десяток копий одно за другим просвистели в воздухе, разрывая тело мага на кровавые ошметки.

И снова пламя возрождения вспыхнуло, собирая воедино дрожащего от боли мага. Он вскочил и набросился на меня, гвоздя кулаками в неистовой молниеносной атаке.

— Давай, Феникс!

И снова копья осыпали залитую кровью землю, с влажным хрустом пронзая Орлова. Я подошел и, прижав ботинком его пылающую голову к камням, выдернул из земли одно из копий.