— Почему? Отец говорил, кодексы сами выбирают себе хозяев. Ты должна была выбрать меня.

— И я выбрала.

— Ты ошиблась! — впервые он позволил эмоциям просочиться в голос. — Если бы Вайнер не влез тогда…

— Ты не понял, — перебила она, открывая глаза. — Это же сразу было очевидно. Я выбрала сильнейшего.

— Что?..

Внутри вспыхнуло негодование. Эта чертовка издевалась? И что за высокомерный, уничтожающий взгляд?

— Сильнейшего? — Роман подошел ближе и посмотрел ей в лицо. — Я — наследник престола, один из самых могущественных магов Империи! Сын повелителя Императорского кодекса Сирин! Я!..

— И чего из этого добился ты? Я в курсе заслуг твоего отца, но а сам-то ты что из себя представляешь?

Он застыл, не сводя с неё глаз. Его лицо горело от возмущения, будто кипятком окатили. Он пытался подобрать слова, но на ум не шло ничего, что поставило бы на место наглый кодекс.

А она добавила.

— Я бы не стала заключать контракт с человеком, который не готов отдать жизнь ради кодекса. А на что готов ты?

— Скоро узнаешь, — процедил он сквозь зубы и бросил взгляд на часы: оставалось меньше двух минут, впритык чтобы вернуться незамеченным. Голос Анастасии в наушнике стал напряженнее, она отвлекала охранника, и становилось понятно — его терпение на исходе.

Бросив полный гнева взгляд на кодекс, он вышел из камеры. Роман закрыл дверь и бросился обратно, бесшумно ступая по громадным каменным плитам, а в голове раз за разом звучал её насмешливый голос.

Тварь… если она посмела сказать ему такое в лицо, то и Ярослав наверняка думает так же.

Он поднялся на лифте и проскочил мимо поста охраны ровно за пару секунд до включения камер. Стоило ему выйти из охраняемой зоны, как часы просигналили — время вышло.

Привалившись к стене, он задышал, пытаясь успокоить разошедшееся сердце. Чертов Вайнер, да как он вообще допустил такое? Всё это время он был у него перед носом! Чёрт!

Роман саданул кулаком по стене, рука тут же откликнулась болью.

— Ваше величество, вы успели? — к нему вышла Анастасия, и уже вдвоем они пошли к выходу из хранилища.

— Успел, — от досады он пинком открыл дверь перед ними. — Да всё без толку. Этот ублюдок Вайнер водил меня за нос. И его кодекс такая же, наглая надменная тварь.

— Что вы предпримете?

Он поймал её внимательный взгляд и усмехнулся. С такой преданной и послушной помощницей получится провернуть что угодно.

— Я протянул Вайнеру руку, а он в неё плюнул. Пора преподать ему урок на всю жизнь.

— Да чёрт!..

Я сел на кровати, сдерживая порыв ощупать оторванную руку. Спокойно, Яр, всё на месте, ты цел и жив. Это было во сне.

Убедить себя в этом стоило усилий: сердце колотилось так, что было слышно сквозь одеяло, прилипшее к мокрому телу. Меня снова трясло. За сегодняшнюю ночь было тридцать смертей… или тридцать две? Я думал, что уж за неделю-то адаптируюсь к тренировкам Лили. Но к этому невозможно было привыкнуть.

— Сударь, вы уже проснулись? — в палату вошла невысокая худенькая медсестра и учтиво поклонилась. — Солнце едва встало, вам бы ещё поспать. Кошмары замучили, да?

— А, так сегодня твоя очередь, — подметил я, вытирая лицо полотенцем со столика. — Нет уж, обойдусь.

Медсёстры сменялись каждый день, и разок я даже услышал, как они спорили и тянули жребий под дверью в мою палату, чтобы ухаживать за мной завтра. Выходит, она победила. Какая умничка.

В кои-то веки досталась не озабоченная, а вполне нормальная работница. Даже симпатичная.

— Я принесла вам чистую одежду, — она положила новый комплект у столика и забрала мокрое полотенце. — Потерпите минутку, я сниму показания со сканера.

Она села рядышком и, положив на колени мою руку с датчиком, занялась делом. Мне же хотелось скорее забраться в душ, смыть с себя липкий пот и ужасы прожитой ночи.

— Готово, — медсестра улыбнулась, вставая с места. — Вам принести завтрак? А, и ещё к вам гости.

— Да, спасибо, принеси, — я пошел к душевой, на ходу скидывая мокрую пижаму, и обернулся. — Какие гости?

Девушка с интересом рассматривала мой торс, прижав к груди смятое полотенце. Куснув губу, она моргнула.

— А?.. Ой, мне не сказали, но кто-то важный. Даже госпожа Ленда придёт. Я узнаю, хорошо?

— Договорились.

Она вскользнула из палаты, а я пошел в душ. И какого чёрта Карине снова понадобилось? Если ей нужны от меня сведения о моих делах с Императором, то она лучше других понимает — мне нечего ей сказать. За неделю я отсюда даже не вышел, нам просто не о чем говорить.

Значит, дело в другом: она ощущает угрозу своему плану.

Похоже, меня ждёт очень непростой гость.

Опасения подтвердились буквально через полчаса. Я вышел из душа и, переодевшись в чистое, спокойно завтракал, как в палату, хлопнув дверью влетела Карина Ленда.

— … не имеете права. Я не давала разрешение!

Я аж поперхнулся фрикаделькой с соусом. Пигалица явно была недовольна, на бледном лице пылали пятна гнева. Бросив на меня такой взгляд, будто это я виноват во всех бедах, она фыркнула.

— Цк. Ну, Вайнер…

— Разрешение дал лично великий князь Пожарский, по поручению Императора, — следом за ней вошёл Темников, сверкнув лысиной. — Я лишь выполняю его приказ. Хотите разбираться — разбирайтесь с ним, ваше высочество.

В коридоре показались еще трое опричников, но Карина звонко хлопнула дверью прямо у них перед носом. Рослый и мрачный, Темников посмотрел на меня.

Мерзкий тип вызывал мурашки. Оно и понятно, почему Карина от него не в восторге.

— Ты издеваешься? — её высокий голос резанул по ушам. — И какого чёрта я должна потакать твоему великому князю? Покажи мне это поручение или выметайся!

Криво усмехнувшись, Темников выудил из сумки, с которой вошел, документ с имперскими гербами и сунул в руки Карине. Та пробежалась взглядом по строчкам, на глазах багровея.

— Да что он вообще себе позволяет… «должна обеспечить доступ»? «Имперская безопасность»? В каком месте этот… мой пациент стал носителем гостайны, а?

Темников сделал каменное лицо.

— Не имею права ответить на ваш вопрос.

— Права он не имеет, — фыркнула она, сминая документ. — Что ж, допрашивай! Но, согласно законам Империи, я имею право присутствовать при допросе своего пациента на территории своего заведения.

— Как угодно, — он пожал плечами.

— Вы закончили? — поинтересовался я, отложив тарелку. — Я хотел бы знать, ради чего вам понадобилось заявиться сюда и даже отвлечь от важных дел госпожу Ленду.

Карина обожгла взглядом лысого, словно говорила — «Вот именно!».

— Для допроса, конечно, — он по-хозяйски подвинул стул к моей кровати и сел. — Вы ведь не думали, что сможете бегать от меня вечно?

— Ещё один допрос? Я всё уже сказал лично Императору. Мне нечего добавить. Если вам так хочется, можете спросить лично у него, но я бы на вашем месте дважды подумал.

Темников равнодушно посмотрел на меня, барабаня пальцами в перчатках по своей сумке.

Я отлично помнил его лицо ещё с того дня, когда он с остальными опричниками ворвался в наш особняк и убил моих родителей. Помнил, и ненавидел всей душой. Чёрта с два я тебе что-то расскажу, упырь.

— Это касается твоего кодекса, — он покосился на замершую Карину. — И это разговор между нами двумя.

Я нахмурился. Лили опять что-то наворотила? В моем сне она была в порядке, ну, может, ухмылялась больше обычного. Но внутри шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Я никуда не уйду, — фыркнула Карина и, скрестив руки, плюхнулась на кресло у входа. — Я знаю твои методы, упырь. Посмеешь залезть в голову моему пациенту, и я велю вышвырнуть тебя из моего госпиталя.

— Не влезу, — Темников мерзко ухмыльнулся. — Давай, Вайнер, вели ей уйти, пока ещё не поздно. Предложение Императора не даётся дважды.

Он выудил из сумки книгу и положил на столик. Я глянул на обложку с полуголой девицей, сжимавшей в руках свою здоровенную грудь. Мужской журнал, как тот, из массажного салона…