Скачок. Ревущая тварь замедлилась. Я в три прыжка домчался до нее и, запрыгнув на массивную лапу, забрался ей на загривок, к глубоко посаженной голове без намека на шею. Вцепился одной рукой в торчащие костяные пластины, закрывавшие череп, и замолотил кулаком по глазнице.

Скачок прервался, откликнувшись острой болью в груди. Монстр взвыл и рванулся в сторону, сбрасывая меня загривка.

Я сорвался с твари и, пролетев несколько метров, грохнулся на жесткий песок. От удара, кажется, переломались все кости в теле, но на одном адреналине я перекатился в сторону. Вскочил и развернулся к монстру… как заметил взметнувшуюся тень его огромной лапы.

Свистнули, приближаясь, длинные, как ножи, когти твари. Через миг они разорвут меня. Скачок? Не успею! Всеотец, будь у меня хоть что-нибудь, подобное умениям Егора!..

Раздался грохот разрядов- и оглушительный скрежет когтей. На песок полетели снопы искр, а монстр разочарованно взрывкнул, отстраняясь.

Я обернулся: из земли между мной и тварью торчало массивное копьё, словно скрученное из серой кости с ярко-алыми прожилками.

Такое же, как в вечер моего побега из дворца Инициации. Оно мерцало зловещим ало-золотым светом.

— Лили, — прошептал я, поднимаясь.

А монстр снова бросился в атаку, замахиваясь обеими лапами. Воздух над головой снова вспыхнул черными сферами порталов, из которых одно за другим вылетели несколько сверкающих копий. Они вгрызлись в монстра, разнося и проламывая его толстую броню.

Боль в груди запульсировала. Лили тратила остатки своих сил, свою последнюю энергию, давая мне шанс выжить.

— Спасибо, Лили, — прошептал я и обхватил скрученное спиралью древко копья. — Дальше я сам!

Вырвав его из земли, я бросился к твари, в которую одно за другим из порталов летели копья.

Отмахиваясь громадными лапами, тварь ревела и крушила все вокруг. Я метнулся к её задним лапам, машинально проваливаясь в квантовый скачок.

Всё её тело подсветилось потоками альвы. Алые прожилки пронизывали тело твари, собираясь в груди и голове. Копья Лили, похожие на сияющие золотые стрелы чистейшей энергии, пронзали передние лапы. Оббежав вокруг монстра, я вонзил копьё в заднюю лапу. Острие с хрустом утонуло в плоти, словно само вкручивалось глубже в тело. Рывком вытащив его, я взбежал по округлой гладкой спине и прыгнул, размахиваясь оружием.

Миг — и я вонзил копьё точно между его головой и спиной, в толстенный узел альвы. Копьё с хрустом ввинтилось в тело. Монстр взревел так, что даже в квантовом пространстве его полный боли вопль заставил воздух дрожать.

Вцепившись в древко, я выпал из скачка. Тварь заметалась по арене, подпрыгивая как разъяренный бык. Улучив момент, когда она припала к земле, я спрыгнул вниз и перекатился в сторону.

А копья, гвоздившие монстра, перестали появляться из порталов. Я подобрал еще одно спиральное копьё и с размаху метнул в монстра.а за ним — еще одно. Раненая тварь начала менять цвет, из серой превращаясь в антрацитово-черную. Жуткие алые прожилки прорезали её кожу, и лишь в местах, где копья пробили броню, виднелась текущая багровая жижа.

Встав на дыбы, Ракшаса раскрыла пасть — и исторгла ослепительный столб света чистейшей энергии. Арена содрогнулась, колонна света дугой прошлась передо мной, испепеляя с десяток копий. В лицо пахнуло нестерпимым жаром, я едва успел закрыться, чтобы не ослепнуть.

Едва энергетический столб растаял, монстр отпрянул и снова стал собирать энергию для нового выстрела. Я прокашлялся: раскаленный воздух разил жженым камнем, вонь выедала глаза. Но главное, на песке осталось лишь два торчащих копья Лили. Боль в груди медленно проходила, оставляя странное чувство опустошенности.

Гад почти лишил меня оружия. Еще один выстрел — и я снова стану беспомощен перед ним. Надо добить его сейчас, пока он не сделал второй выстрел… и пока во мне есть еще хоть толика альвы.

Сглотнув горькую слюну, я подхватил одно из копий и бросился к твари. Словно дожидаясь, монстр рванулся ко мне, занося для удара передние лапы. Да хрен тебе!..

Скачок. Мир подернулся голубой дымкой. Не сбавляя скорости, я прыгнул на летящую ко мне когтистую лапу. Пробежал по растрескавшейся броне до плеча и, прицелившись, вонзил копьё в глазницу монстра.

Альва всколыхнулась, выбивая меня из скачка. Ракшаса, ослепленный и разъяренный, клацнул зубами — и, зацепив мой рукав, рванул вниз. Меня приложило об жесткий песок, я развернулся к твари, как тяжеленная когтистая лапа придавила меня сверху.

Чудовище нависло надо мной. рассматривая одним уцелевшим глазом. По ребристой пластинчатой морде стекала багровая жижа из раны. Хрипло втянув воздух, оно оскалилось — и раскрыло пасть, готовясь оторвать мне голову.

Я обернулся, лихорадочно ища взглядом копьё. Оно лежало в десяти шагах, слишком далеко! Я протянул руку, напрягая всю альву в теле — ну же, ко мне, сюда!..

Грудь снова сдавило нетерпимой болью — и скрученное копьё метнулось в мою протянутую руку, крепко влетая в ладонь. Машинально сжав древко, я вонзил его в приближающуюся пасть чудовища.

Монстр замер, словно подавился костью. Копьё засияло и ввинтилось в рану, на ходу рассыпаясь золотыми хлопьями света. Тварь же задрожала и замерла, её единственный глаз закатился и потух.

Я застыл, не сводя глаз с чернеющей туши надо мной. Ракшаса медленно осыпался мириадами кристаллов, заваливаясь вбок. Перед глазами мелькнуло древко первого копья в его шее. Древко таяло в воздухе, распадаясь золотыми хлопьями света…

А когда оно растаяло, терзающая меня боль в груди исчезла.

Я поднялся на ноги. Горы черного песка вокруг меня медленно таяли, вскоре от монстра не останется и следа.

— Лили…

Собственный голос заставил меня встрепенуться: вся арена гудела, гремела сотнями звуков и воем тревожной сирены. Черное небо над нами разрезал шум лопастей вертолетов. Над ареной разнесся незнакомый голос.

— Внимание! Говорит служба имперских опричников! Всем оставаться на местах! повторяю!..

Я обернулся: балкон с вип-ложей опустел. Бойчин успел сбежать, пока я сражался с его монстром!

взгляд упал на горстку черного пепла, оставшуюся от ракшасы: на песке показался багровый альва-кристалл размером с небольшой орех. Я подхватил его и бросился к клетке, у которой сидел Егор.

— Цел, Кирсанов?

— Кое-как, — усмехнулся он сквозь боль. — Яр, да ты просто монстр…

Оставив Егора, я подлетел к двери в клетку и несколькими ударами расшатал прутья. Выбив их, влез внутрь. Немного повозившись с кандалами, отцепил пленницу и спустил на пол.

— Эй, Есеня, — я приобнял её и снял с головы капюшон. На меня мутным взглядом смотрела вовсе не моя сестра.

— Ярослав…

— Жанна?

Плахина, бледная и еле живая, тихо всхлипнула. По её щекам потекли слёзы.

Я заскрипел зубами от досады. Ну конечно, Бойчин не мог сыграть честно! В последний момент, перед финалом, он подменил мою сестру на Жанну! И о нашем договоре он наверняка знал, чего ему стоило запугать девчонку? Вот же тварь!

— Где моя сестра? — я легонько встряхнул её. — Куда они дели Есеню?

Снаружи раздались отрывистые хлопки выстрелов и крики людей. Я оглянулся: опричники высаживались с вертолетов прямиком на трибуны. Штурм начался, еще немного — и арена опять станет полем боя. Нужно уходить, у меня считанные минуты.

— Ну же! — я снова тряхнул девушку.

— Бойчин, он приказал увезти её, — пролепетала она. — Сказал, что знает, где искать…

— Искать что? Что, Жанна?

— Кодекс…

Ну разумеется!

Проклиная всё на свете, я осторожно вытащил девушку наружу.

— Егор, доверяю её тебе! — бросил я Кирсанову и метнулся к открытому выходу с арены.

Снаружи уже гремели автоматные очереди и разряды магии. Кажется, я даже слышал знакомые раскаты грома, как в тот день в массажном салоне. Но это волновало меня меньше всего.

Бойчин, этот ублюдок знал, что кодекс у меня дома! И клянусь всем, сейчас он едет туда. Моя семья в смертельной опасности!