Когда карлик начал отползать от неё, Владычица ночи вспомнила, что находится в демонической форме.

— Ой, прости! — спохватилась она и снова превратилась в Тессу Таден.

Карлик замер, по-прежнему глядя на неё испуганными глазами.

— Сестричка? — тем не менее спросил он.

— Ричард, только не бойся! — девушка осторожными шажками приблизилась к нему и, присев на корточки, как можно доброжелательнее улыбнулась. — Братец, это же я, Тесса. Честное слово!

Тонкие пальчики боязливо коснулись её руки.

— Сестричка… Кажется, я умираю, — прошептал он и обмяк, закрыв глаза.

— Нет! Не смей! Ведь я только что тебя оживила! — с отчаянием выкрикнула Владычица ночи.

— Ну так, дай ему поесть, и он снова оживёт, — посоветовал Даджи, с любопытством глядя на маленького уродца.

Мощнейшие удары молний не нанесли демону-лису сколь-нибудь видимого ущерба, но всё же заставили его ретироваться. Девушка была в такой ярости, что рано или поздно она пробила бы его защиту.

ГЛАВА 4. Фривольные разговоры. Дружеская попойка с ведьмой

Из тучи, висящей над Священным озером, ударило такое множество молний, что стал виден защитный силовой купол, который закрывал храм солнцепоклонников.

— Ого! — Кар-до-Рис оторвался от любимого блюда и включил круговой обзор. — Вот это бомбардировка! — восхитился он, глядя на грозную стихию, бушующую за пределами купола.

— Нашёл чему радоваться, — холодно заметила смуглая черноволосая красавица, сидящая по левую руку от него. Это была Делия-до-Вад в первичной биологической форме, правда, не своего вида.

— Вот именно, — поддержал жену многоликий Кат Ворон и заговорщицки ей подмигнул. — Рис, понимаю, что лезу не в своё дело, но я бы на твоём месте прикрутил девчонке фитиль, пока она не разнесла нам щит.

— Не велика потеря, пусть разносит, — последовал благодушный ответ. — Ведь твоей благоверной ничего не стоит восстановить его заново.

— Что ж, тебе видней.

— Вот именно.

Кар-до-Рис прошёлся придирчивым взглядом по застольному изобилию, после чего ткнул вилкой в местный деликатес, и Кат Ворон, не удержавшись, хрюкнул в тарелку с борщом. Почившая животина имела синюю пупырчатую кожу и выпученные глаза, отчего выглядела как насмерть перепуганная лягушка. Да и соус, в котором она плавала, сильно смахивал на тёмную болотную водицу, густо поросшую мелкой бледно-зелёной ряской.

Делия тяжко вздохнула и, убрав на рукаве свекольные брызги, смерила Ката укоризненным взглядом.

— Извини, дорогая! Никак не могу привыкнуть к виду стулонов, которых вы оба столь преданно любите, что готовы лопать их каждый божий день.

— Если хочешь знать, я тоже не в восторге от той дряни, что ты запиваешь хмельной бурдой, как их?.. — Кар-до-Рис с сосредоточенным видом пощёлкал пальцами. — Ну, такие насекомые с клешнями.

— Ты имеешь в виду раков или омаров? — воззрился Кат на него.

— Гадость и то и другое, — Кар-до-Рис покосился на его тарелку. — Да и твой так называемый суп ничем не лучше. Не понимаю, как можно есть такое. Это же дичайшее месиво из белковой и растительной пищи.

— У землян извращённый вкус, — поддакнула Делия бывшему мужу, чем вызвала недовольство нынешнего.

— Кто бы говорил! — возмутился Кат Ворон.

Он ткнул пальцем в ближайшее блюдо, имеющее вид подошедшего теста, после чего оно выпустило множество ложноножек, а затем стало медленно отползать от него.

— По-вашему, это еда?

Кар-до-Рис смерил его недоумённым взглядом.

— Естественно.

В порыве негодования Кат Ворон воздел руки кверху, в результате чего платье Делии украсила очередная порция борща, выпорхнувшая из его ложки.

— Нет, мой инопланетный друг! Это естественно только с вашей точки зрения. Ни одному нормальному землянину даже в голову не придёт, что это съедобно. Он решит, что этот непрожаренный пончик — какой-то вид жизни, причём с зачатками интеллекта.

— Глупости! — фыркнул Кар-до-Рис. — Фуйчироза относится к морским губкам, а у них нет разума, не говоря уж о зачатках интеллекта. Впрочем, ярко выраженного вкуса у фуйчирозы тоже нет. Лишь лучшие сорта имеют слабо выраженный цитрусовый привкус. Зато она чрезвычайно богата полезными минералами и веществами. Да, фуйчироза является одним из немногих естественных продуктов, которые способствуют повышению регенерационной способности организма.

— И вдобавок это афродизиак, — не преминула вставить Делия и, положив ладонь на руку Ката Ворона, мило улыбнулась. — Дорогой, имей в виду, я освобожусь ещё не скоро, так что советую не увлекаться фуйчирозой. Разве что ты решишь помочь нашему несравненному Сыну Неба… — она выразительно глянула на Кар-до-Риса, — в его нелёгком деле по осеменению жриц. О, не смущайся, дорогой! Сексуальное разнообразие, на мой взгляд, залог крепкой семьи. Я даже рекомендую тебе воспользоваться любезностью Кара, если таковое приглашение поступало. Благодаря дрессуре Даджи, жрицы умеют задеть за живое даже нашего многоопытного Сына Неба, а он успел перетрахать чудовищное количество местных девиц и угодить ему не так-то просто.

Вздохнув, Кар-до-Рис положил вилку.

— Мы уже полвека в разводе, но отчего-то я по-прежнему вынужден слушать твои сварливые сентенции. Не находишь, что это неприлично, тем более в присутствии твоего нынешнего мужа?

— Ну и что? Здесь нет посторонних, — парировала Делия.

На мгновение черты Ката Ворона окаменели, а затем на его лицо легла печать отстранённо-безразличного выражения.

— Думаю, что есть, — холодно сказал он и встал из-за стола. — Извините, мне пора. Не хочу, чтобы моё истинное «я» билось в истерике, обнаружив себя в вашей компании.

Когда Кат Ворон исчез, хранители переглянулись, а затем снова взялись за еду.

— Вот зачем ты так? — не выдержал Кар-до-Рис. — Я же вижу, ты нарочно его провоцируешь.

Делия пожала плечами.

— Сама не знаю… — на её лице появилось раздумчивое выражение. — Может, потому что мне никак не удаётся его приручить? Кат — чудесный парень, но он как был дикарём, так им и остался. Многое из того, что для нас в порядке вещей, ему кажется диким извращением. И со временем это не меняется, или меняется слишком медленно. В общем, у меня не хватает терпения на все его причуды.

— Понимаю, — кивнул хранитель. — Экзотика необычайно привлекательна, но в каждодневной жизни она раздражает.

— Вот именно, — Делия придвинула к нему блюдо с крупными голубыми яйцами. — Попробуй, не морщись. Я знаю, ты не любишь свежие яйца, но это редкий деликатес. Имерхийские ящеры чрезвычайно опасны и редко находятся смельчаки, способные забраться в их гнёзда, тем более унести оттуда ноги, да ещё с добычей.

— Ладно, только ради тебя, — Кар-до-Рис прижал её узкую ладонь к сердцу. — Дорогая, ты же знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен. Если хочешь, то я прямо сейчас разгоню всех жриц… Нет! Я всех их уничтожу! Так ты окажешь мне честь? — выдохнул он с волнением.

Делия слегка улыбнулась и поднесла к губам его ладонь, такую же шестипалую, как у неё. Разгорающаяся страсть привела к тому, что тёмные локоны, обрамляющие их лица, начали извиваться как змеи на голове Медузы Горгоны.

Возобновлению прежнего романа помешал всепроникающий вой сирены и резкие голоса встревоженной стражи.

Во всеоружии демонской власти Владычица ночи методично долбила защитный купол и наконец сумела его пробить. Силовое поле полыхнуло радужным сиянием и погасло. Время было дорого, и она немедля проникла внутрь резиденции хранителей. Зачем это нужно, она не знала, но так хотела демоница, которая снова дала о себе знать и как коршун наблюдала за каждым её шагом.

***

Перехватив управление общим с симбионтом сознанием, ИЭФ медленно спланировала вниз, к невидимому мостику, висящему над звёздной бездной, и её душа наполнилась печалью. В той невообразимой толще времени, что разделяла её с прошлым, она когда-то тоже была молода и норовиста, как та девчонка, что теперь примеряла её личину, и величайший из мастеров, чтобы успокоить боль в её сердце, вызванную потерей их общего ребёнка, создал аттракцион под названием «Звёздный мост», который, по своей сути, был рукотворной вселенной. Ведь её муж был гений среди гениев. Она и подумать не могла, что «Звёздный мост» сохранился до настоящего времени, но вот он перед ней и, судя по высветившемуся приветствию, по-прежнему ждёт её прихода.