Проснулась Альба от того, что кто тихо позвал ее по имени. Шея затекла, как и все тело.

На деле спать вот так сидя было не лучшей идеей. Да и Хамл во сне весить стал как маленький слоненок.

Посветлело, пусть из-за дождя не было толком видно неба, одни ровные серые тучи. Огонь горел довольно ярко и, — Альба почувствовала некоторую долю смущения, — рядом ставил на огонь чайник магистр Теор. То ли он был жаворонком, то ли просто здесь, в лесу, просыпался рано. Альба точно не могла сказать, что любила ранние подъемы, но на природе без труда вставала на рассвете, чего никогда не происходило в городе. Магия, не иначе.

Но сейчас пробуждение было, определенно, не из приятных. Хотя бы потому что на деле дерево под спиной было ну очень не ровным.

Альба спихнула в сторону не проснувшегося даже Хамла и потянулась, стараясь размять затекшие мышцы. Ну и на бревно забралась, а то выглядит неизвестно как кто и сидит тут на земле…

— Извини, я тебя разбудил. Но спать в такой позе — не самое лучшее решение, — дипломатично заметил менталист.

Альба чувствовала в его взгляде явное внимание и настороженность. Магии Пришедшая не видела — но это вовсе не значило, что ее не было.

— Это не было запланировано, — Альба налила себе еще чая.

Она успела порядком замерзнуть.

— Что-то вынудило тебя прийти сюда? — Теор не давил, и Альба задумалась над тем, что и как ответить.

Дурацкий сон был всего лишь дурацким сном, не более. Да, вообще ей кошмары снились довольно редко. По крайней мере с тех пор как менталист помог справиться с воспоминаниями о Переходе. Но и ей вроде как не три года, что бы сонных видений бояться.

— Ерунда, — Альба начала искать глазами оставшийся со вчера хлеб и сахар.

Теор с любопытством следил за ее манипуляциями. Простыми манипуляциями: отрезать белого хлеба, посыпать сахаром, потереть. Местные буханки вполне подходили для такой вот просто сладости.

— У вас так едят?

Альба кивнула. И сделала еще один кусок хлеба с сахаром.

Преподаватель к «сладости» отнесся со сдержанным любопытством, заметив что сам ел нечто подобное в глубоком детстве. А вот прокушенным пальцем заинтересовался:

— Это кто тебя так? Крыс тут нет.

Альба бросила взгляд на Хамла, который с явным вожделением пялился на хлеб.

— Вот этот вот милый зверек.

По лицу менталиста пробежало удивление.

— Вислы никогда не причинят вреда связанному магу, даже в самом начале установление связи. Если привязка прошла правильно.

Хамл тут же подвинулся еще ближе к Альбе, заходя за ее ногу.

Не отдавай!

— Это не вред, — заступилась за разнервничавшегося кота Альба. — Он меня так разбудил. Сон дурацкий приснился.

— И поэтому ты спишь у костра, — не спрашивал, а утверждал менталист.

— Сижу. Спать — это случайно.

— Альба, сны могут быть важны. Я это, кстати, рассказывал на парах по магической безопасности. Особенно в свете того что вчера в том числе и ты контактировала с неизвестно как работающей аномалией сиятского, между прочим, авторства.

— Этот круг — нелюдей?

— Именно.

Альба поежилась. Теперь сон предстал в несколько ином свете.

— Я не знаю, насколько это важно…

Судя по виду, менталист явно не без труда удержался от того чтобы закатить глаза.

— Рассказывай. Сам решу — важно или нет.

На удивление, сон легко вспомнился от первого до последнего момента. Не как поток смутных образов, а как что-то больше всего похожее, например, на вчерашний ужин: в целом мелочи может и подзабыты, но все остальное предстает перед глазами с легкостью.

Теор слушал ее, не перебивая, смотря все с большим вниманием. Под конец Альба почувствовала даже некоторое облегчение — разделенный страх окончательно исчез из разума.

А вот менталист казался чем-то ощутимо встревоженным.

— Это может быть просто игрой воображения. А может и не быть. Я хочу проверить это, Альба, — менталист отставил чай в сторону. — Контакт буду вести сам, старайся не отрывать взгляд и не мешать, если ощутишь магию. Это не будет неприятно. Не должно быть, по крайней мере.

Альбу уточнение нисколько не обрадовало.

Висл потерся о ногу и, спокойно использовав все четыре конечности, словно и не хромал вчера, запрыгнул на руки, замурчав, как трактор.

— Может и от тебя есть какая-то польза, — пробормотала Альба и, вздохнув про себя, встретилась с изучающим взглядом менталиста.

За прошедший год она в некотором роде уже привыкла и к самому ощущению контакта, и к связи с разумом преподавателя, с которым этот самый контакт строила чаще, чем со всеми остальными. Альба не знала, как это объяснить, но она могла легко отличать сознание Теора от остальных. Как и сознание Драйх, кстати. Не то что бы у нее был обширный опыт контакт, но например с четверокурсниками с факультатива все было несколько иначе, хотя работали они с Драйх с ними вместе. Возможно конечно, что были еще какие-то еще факторы, может зрелость какая-то энергетической системы или что-то вроде того… Ну или просто то, что с Теором и Драйх Альба общалась не только на занятиях.

Сейчас контакт действительно ощущался иначе чем обычно. Не сказать чтобы неприятно, но у Альбы было четкое ощущение, что ее менталист рассматривал, словно энтомолог жука под микроскопом.

Умом Альба понимала, что это необходимость, но чувства требовали немедленно прекратить это беспардонное «изучение». Она словно бы стояла перед камерой и кучей софитов в нелепом наряде с немытой головой, и за ней следили, следили…

Хамл мурчал на руках, словно бы желая отвлечь.

В какой-то момент Альба почувствовала, что больше просто не может ощущать все это. Первым порывом было отвернуться, но это могло бы навредить контактному разуму, и она попробовала слово бы отодвинуться прочь — ментально. Не удалось — но почти сразу ощущение пристального, проедающего череп на куски, внимания начало ослабевать, и через несколько секунд просто исчезло.

Альба моргнула, несколько секунд борясь с ощущением песка в глазах. Потом осторожно посмотрела на менталиста, разом и ожидая его вердикта и опасаясь того что этот вердикт мог значить. Вот за это она и не любила всякие походы к врачам — скажет еще что…

Теор, хотя и выглядел, определенно, еще более задумчивым, чем раньше, на ее взгляд ответил довольно мягко:

— Все в порядке с тобой, насколько я могу судить.

Альба нутром чувствовала, что было тут «но», хотя преподаватель мог и не поделиться выводами.

— Это был не сон, так?

— Сложный вопрос. Я не смог взять полную копию воспоминаний, и уже по одному этому как минимум — это был не только сон, — Теор налил чая себе и Альбе, не спрашивая ее желания, и протянул кружку. И продолжил мягче: — выпей. И постарайся успокоиться. Да, это в некоторой степени было магическим воздействием не до конца понятной природы. Ненаправленным, скорее всего.

Альба отпила глоток. Чай казался чуть более приятным на вкус — ну или и тут была какая-то магия.

— Ненаправленным?

Теор кивнул. И пояснил:

— Все, что связанно со снами, видениями, голосами в голове или вообще хоть чем-то подобным — ментальная магия. И ее направляет чье-то сознание. В данном случае я этого не вижу, поэтому, думаю, дело в вашей находке.

Альба осторожно посмотрела на менталиста. Тот казался задумчивым — и только. Может, не все так и плохо?

Теор неожиданно улыбнулся.

— Расслабься. Чтобы не случилось — это не конец света. Сегодня с вами вместо занятия сходим к аномалии и выясним, что это и на кого кроме тебя подействовало. А потом будем разбираться, как снимать воздействие и нужно ли вообще это делать.

Раздался шорох, и из палатки вышла сонная Амири.

Висл резко вскочил с колен Альбы и понесся к новоприбывшей, мяукая в голос.

Начинался новый день.

Как показал небольшой, но довольно емкий опрос, прекрасный «сон» достался только Альбе. Пришедшая была уверена, что менталист и так предполагал именно такую возможность, но все же решил подтвердить свои выводы.