— Понимаю твои сомнения, — негромко проговорила Анна, — нелегко принимать такие решения. Я тут едва ли могу подсказать. Но могу кое-что предложить.

Клинок нахмурилась, смотря на Лиану и Анну. Не просто ведь так они последнюю неделю пропадали неизвестно где, а теперь пришли вместе и выглядят вполне довольными…

— Что именно?

— Визит в Запретный Город.

Клинок рвано выдохнула. За последний год в Картаене она старалась ничему не удивляться. Но получалось, судя по лицам собеседниц, так себе.

— Вы уверены, что это… своевременно?

— Нет, — просто отозвалась Анна, — но и другого времени тоже нет. Если проблема с резкой атакой в Завесе Света, даже в ее временном варианте, то уж где-где, а в Великой Библиотеке найдется, как ее решить. Как найдется и многое, многое другое, способное помочь Некросу.

— Щедрое предложение. Но почему сейчас и какая плата?

— Говоришь, как истинная Королева Ночи, — одобрительно кивнула Лиана. — Земли Султаната закрыты для чужаков. Но совсем недавно в Совит инкогнито, под видом искателей редкостей из пустыни, прибыл наследник Великого Султана, Повелителя Песков, с охраной. Судя по тому, что до меня дошло — йохры хотят понять, изменился ли Купол Отчаянья, и если да, то чем это грозит. Ищут союза с тем, что осталось от Некроса…

— Или повода для войны, — Агата вновь посмотрела на город.

— Или, — не стала скрывать Анна, — но, все же, в союз я верю больше. Султанат в прошлом противостоянии не внял посулам Совета. Йохры увели свои караваны глубже в пустыню, затерли все следы… И теперь их магия, наша магия, в Союзе запрещена и забыта. Но Библиотека полнится знаниями, как и раньше. Плата за доступ туда — союз между Некросом и Султанатом и протекторат над менталистами. Многим из них на родине приходится несладко, но бежать некуда, приходится ютиться в глубине пустыни… Но новый правитель Некроса способен это изменить. Если захочет, конечно.

Клинок задумалась. Предложение было соблазнительным. Невероятно. Но она кожей чувствовала — что-то здесь не так.

— Какой подвох?

Анна склонила голову. Переглянулась с Лианой и негромко проговорила:

— Я не знаю наследника Повелителя Песков и не знаю его самого. Но Бессменный Визирь, скажем так… не слишком любит других менталистов вроде меня, да и вообще других магов и чужаков. У него сложные отношения с правителем йохров. Если тебе удастся договориться с султаном, то, вполне возможно, придется… поспорить с Визирем. И его людьми, боюсь, тоже. Но, с другой стороны, если удастся избавиться от Визиря, то, уверена, после обретения всей полноты власти Повелитель Песков станет твоим верным союзником.

Агата прищурилась.

— Вы были там? В Султанате?

— Не в этой жизни. Но уверена, что караван молодого Баши-Али проводит нас к его отцу, а вот дальше мы найдем дорогу и сами. Пустыня коварна, но не для ее детей.

Агата покосилась на город внизу. Город, ждавший ее решения… Впрочем, советы проходили уже несколько месяцев — и ничего существенным образом не менялось.

— Сколько это займет?

Анна повела плечом.

— Думаю — два или три месяца. Может даже быстрее. В том случае, если мне удастся кое-что раздобыть в Шеки-сарае. Впрочем, насколько я знаю, по всем выкладкам уничтожение малых Завес Света займет по самым скромным подсчетам те же три месяца.

— Великая Библиотека, она же Хранилище Всех Знаний, может дать многое, — негромко проговорила Лиана, — как и союз с Султанатом. В прошлой войне наши соседи не помогли магам Света, но это не значит, что они поступят так и теперь. По крайней мере, если мы ничего не сделаем. Возможно, удастся что-то понять насчет того, как очистить зараженные дикой магией земли. И, в любом случае, если Султанат объединиться с Союзом, а они могут сделать это, то мы потеряем шанс попасть в Запретный Город. Возможно навсегда.

Агата тяжело вздохнула. Воплощенная лич права — надо действовать. Да, за год магии Клинок научилась по верхам, и не слишком хорошо усвоила и тайны, и обычный язык Некроса. Правительница из нее все равно так себе, только и успела, что подписать с десяток документов да выпустить указ о том, чтобы всех беженцев проводили через иллюзорную «Завесу» и без промедлений вели в столицу. Ну и согласилась с планом Анны по «агитации» магов Союза против церкви. Менталистка уверяла, что пергаменты с записями о том, что на южном континенте готовы принять тех, против кого «прелаты обратили Клинки» должны как-то помочь… Впрочем, Ой-Тере не жаловался на количество желающих покинуть северные воды, так что, может, придумка и правда сработает. Но это все, на самом деле, не имело большого значения.

Она — не маг, не житель Некроса, не правительница. Она — Клинок, а Клинок должен служить. Своему народу, а поиск союза с соседями — хорошая служба.

— К тому же, — негромко заметила Лиана, — возможно, в Библиотеке или при дворе Повелителя Песков найдется что-то, что облегчит возвращение власти Владимиру Комнину. Война с Союзом — неизбежность, и нам пригодятся все союзники.

Агата кивнула. Это она хорошо понимала. Бессмертные личи, способные часами спорить без всякого толка, могли сколько угодно делать вид, что справятся сами, но она не обманывалась — в одиночку Некросу не выстоять. Особенно теперь, когда ее усилиями Завеса Отчаянья превратилась в иллюзию самой себя.

Валентина Агата нашла на заднем дворе его скромного жилища. Раньше дом, пусть и находившийся недалеко от Палат Совета, использовался как помещение для слуг, теперь же тут разместился и сам маг, и его ученица. Лиана наотрез отказалась «забирать» себе Доминику. И потому, что «сменила тело, и теперь потоки идут иначе», и потому, что «хватит перекидывать ребенка словно мяч». Агате казалось, что лич попросту хотела, чтобы ее молодой ученик сам стал учителем. Хотя Лиану частенько можно было застать рассказывающей что-то Доминике, по крайней мере в те дни, когда воплощенная лич находилась в Картаене, а не на очередном своем задании. Нередко она объясняла что-то разом и Доминике, и Агате. Клинок терпеть не могла такие занятия. Успокаивало лишь то, что после можно было пойти на тренировочную площадку стражи и вдоволь погонять всех желающих, отводя душу.

Молодой маг сидел, скрестив ноги и прикрыв глаза, около какого-то сложного рисунка. Агата, моргнув, перешла на то, что Лиана назвала «виденьем цветов энергии мира». По сути лишь изменение восприятия, позволяющие видеть не только черноту, но и рваные вспышки других цветов. Иногда.

Сейчас Агате казалось, что Валентин просто отдыхал, хотя Клинок и видела краем глаза слабое мерцание черного. Мгновение она колебалась. Да, маг выглядел расслабленным, но энергия ведь в рисунке имелась. Не просто так он тут сидит… Но уже ведь пришла. Агата прокашлялась.

— Прости, что отвлекаю…

Валентин вздрогнул. Отпустил тьму, и, вскочив на ноги, поклонился.

— Фахашма, ати тай!

— Я ведь просила не говорить так.

— Как скажете, моя королева.

Клинок глубоко вздохнула. Она слишком устала за сегодня. От не дающейся толком магии, которой пыталась заниматься с утра, от бесконечных разговоров и препирательств.

— Прекрати, Валентин. С тех пор, как мы приехали сюда, я только и слышу это «фахашма», — с горечью проговорила она, — а ведь мы делили путь, еду и кров как два простых человека.

Как просто мужчина и просто женщина… Но этого Клинок говорить не стала. Хотела, но не стала.

Во время пути от Треугольника до побережья Валентин говорил мало, сказывалась полученное светлое проклятие. После они были слишком заняты тем, чтобы добраться до Картаена… Но все удалось. В столице Некроса после того, как стало известно о падении Купола, теперь являвшегося лишь иллюзией, все быстро поняли, что к чему. Агату приветствовали как Избранницу… И Валентин присоединился к общему хору прославляющих ее голосов. С тех пор он или был занят самыми разными делами, начиная от обустройства Доминики и заканчивая помощью в поддержании конструктов, или общался безукоризненно-вежливо. Как, в общем-то, и все остальные.