— Извини, что разбудил. Уж очень хотелось пить, да и гости чего-то расшумелись.

— Не иначе перепились и затеяли драку.

— Так оно и есть.

— Стража разберётся без тебя. Давай ложись, хватит уже бродить.

— Подожди, мне нужно отлучиться по надобности.

Клермон поставил подсвечник и, держа меч, бесшумно направился к кровати, но Цейм не стал дожидаться, когда он нанесёт удар. Скатившись на пол, он зайцем сиганул прочь.

ГЛАВА 12. Прощение блудного княжича. Альянсы — основа политики

Перепуганный североводский княжич, мечущийся по комнате, да ещё со спущенными штанами — ему приходилось поддерживать их руками — представлял собой забавное зрелище, и Татьяна рассмеялась, несмотря на трагичность происходящего. Увидев, что тот и другой с негодованием посматривают на неё, она состроила было серьёзную мину, но не выдержала и снова засмеялась.

— Не-не-не! — она замахала руками. — Продолжайте, не обращайте на меня внимания! Только не поубивайте друг друга. Клермон, хватит злиться! Не забывай, что ему кто-то помогал. Если верить слухам, буйрасы далеко не дешёвое удовольствие, тем более целый отряд. Если убьёшь этого дурака, то не узнаешь, кто твой настоящий враг.

— Вот именно! — поддакнул Цейм и юркнул за гобелен, намереваясь скрыться от чересчур быстрого противника, который, как он чуял, вот-вот достанет его мечом.

Клермон рубанул по ветхой ткани и обнаружил в нише не только княжича, но и старую княгиню. Шагнув вперёд, она стиснула ладони, держа их перед собой.

— Князь! Умоляю вас, пощадите моего внука! — с расстройства она даже перестала ему тыкать, как обычно делала на правах старшей.

— Это вы снабжали его деньгами? — резко спросил Клермон.

Старуха бросила на него надменный взгляд.

— Хотела бы я сказать, что это так, но у меня их нет, и вы это знаете.

— Тогда что насчёт ваших родственников?

— Они удавятся, но без залога не дадут даже ломаного гроша: ни мне, ни внуку, хоть умри мы от голода и холода.

— Бабушка! — Цейм с мольбой посмотрел на неё. — Не унижайся, родная! Он всё равно убьёт меня! — воскликнул он полным трагизма голосом.

— Твоя правда, — Клермон взмахнул мечом, и старая княгиня рухнула на колени.

— Нет! — выкрикнула она с мукой в голосе, но он не обратил на неё внимания и надавил остриём на горло княжича.

— Говори, кто дал тебе денег и надоумил нанять буйрасов? Считаю до трёх. Один, три!

— Микес Лесногорский! — плачущим голосом выкрикнул Цейм.

— Глупый мальчишка! Нашёл кого слушать! — воскликнула старая княгиня. На удивление быстро она поднялась и, отведя клинок от горла внука, поспешила заслонить его собой.

— Князь, сжальтесь! Этот мальчик единственное, что у меня осталось. Клянусь памятью сына, мы уйдём, и вы о нас больше не услышите.

Клермон смерил её жёстким взглядом.

— Нет, вы останетесь и поутру явитесь в зал заседаний. Княжич предстанет перед судом, а вы выступите его защитницей. Если родственники погибших прислушаются к вашим словам и решат его пощадить, я не стану этому препятствовать.

Старая княгиня с горестной гримасой посмотрела на него.

— Вы же обрекаете его на верную смерть, — проговорила она с безнадёжным выражением и, помолчав, твёрдо добавила: — В таком случае убейте его прямо сейчас. Всё меньше позора.

Она перевела взгляд на внука и выражение её лица смягчилось.

— Прощай, мой мальчик! Увидимся в царстве Чернокрылого Мора. Не поминай меня лихом. Я бы с радостью обменяла свою жизнь на твою, да только князю она не нужна. Прости, но твоя вина слишком велика, и я при всём желании не могу тебе помочь.

Цейм заметно побледнел. Такого отступничества с её стороны он не ожидал.

— Бабушка, сделай что-нибудь! Я хочу жить! Клянусь, я не виноват, меня обманули! — с отчаянием выкрикнул он.

— Думаешь, парни, убитые буйрасами, не хотели жить? — рявкнул Клермон и со всей силы рубанул по консольному столику, который подвернулся ему под руку. В результате всё, что там стояло, включая старинную фарфоровую вазу, со звоном рухнуло на пол.

Он злился на собственную нерешительность, заставляющую его медлить со справедливым возмездием. Впрочем, он без колебаний убил бы предателя, если бы не Татьяна и старуха, не спускающая с него молящих глаз, несмотря на только что сказанное ею. К тому же он помнил свои дурацкие поступки, совершённые в двадцать лет, и их печальные последствия.

«Не поддавайся на его штучки, — неожиданно раздался голос Ладмона в его голове. — Этот хитрый жук далеко не глуп, вдобавок он прирождённый актёр. Не убивай его, постарайся перетянуть на свою сторону. Он будет тебе полезен. Кстати, затея с буйрасами действительно принадлежит не ему».

Внимательно наблюдавший за ним Цейм воспрянул духом, поняв, что его расчёт оправдался. «Слава Матери-земле! Сейчас меня точно не убьют, а впоследствии пусть сначала поймают…»

— На колени! — приказал Клермон.

— Зачем? — искренне удивился Цейм и поморщился, снова ощутив острый клинок у горла. — Ладно, ладно! На колени, значит, на колени.

— У тебя одно из двух: либо клятва верности вассала, либо смерть. Выбирай.

Ища подсказку, княжич перевёл взгляд на старую княгиню, но её лицо отражало лишь одно: выживи любой ценой, а там будет видно.

— Кто бы мог подумать, что мечты сбываются, — пробормотал Цейм с грустной улыбкой. — Бабушка, ты согласна, чтобы я отказался от притязаний на отцовский престол? — спросил он с затаённым интересом.

— Да, — кивнула она, — согласна.

— Ты не пожалеешь?

— Нет. Главное, чтобы ты выжил, остальное не важно, — старая княгиня требовательно посмотрела на Клермона. — Поклянитесь, что вы оставите в живых моего внука, если он принесёт вам клятву верности вассала.

— Даю слово, — помедлив, ответил он.

— В таком случае я сейчас же напишу отказное письмо от всех притязаний нашего рода на княжеский престол земель Северной Воды, и мы с внуком его подпишем. Вас это устроит?

— Что ж, этого достаточно для регистрации вашего отказа в жреческой канцелярии. Бумагу и перо вы найдёте в моём кабинете. Тесса, проводи госпожу.

— Хорошо.

Завернувшись в одеяло, Татьяна выбралась из кровати и направилась к кабинету мужа. Старая княгиня последовала за ней.

Когда женщины скрылись за дверью, Клермон перевёл взгляд на княжича, который с отрешённым видом по-прежнему стоял на коленях. Он убрал меч и, зевнув, сел на диван.

— Вставай. Отказного письма будет достаточно, мне не нужны лукавые слуги. Подпишешь и вали на все четыре стороны.

На лице Цейма появилось недоверчивое выражение.

— Неужели отпустишь меня, а как же буйрасы?

Клермон смерил его взглядом.

— Я одного не понимаю, зачем ты берёшь на себя чужую вину. Ведь буйрасы — не твоя придумка.

— С чего ты так решил?

— Так сказал звёздный демон, а он, в отличие от тебя, не лжёт.

— Ага! — Цейм понимающе закивал. — Теперь ясно, как ты захватил престол отца.

Торжествующий тон отпрыска ненавистного князя Локса, погубившего его друзей и птичий отряд, вызвал у Клермона всплеск гнева.

— Убирайся! — приказал он.

— Не уйду! — неожиданно заупрямился Цейм. — Если я не подпишу отказное письмо, ты выгонишь бабушку, а ей некуда пойти.

— Раньше тебя не волновала её судьба, — заметил Клермон. Вспышка его гнева заметно поутихла. В этом свою роль сыграли слова Ладмона, к тому же он считал, что несправедливо вымещать злость на том, кто, по причине нежного возраста, не имел прямого отношения к тем давним счётам между ним и князем Локсом.

Цейм, исподволь наблюдающий за ним, облегчённо выдохнул: «Фу-ух! Кажется, пронесло. Что ж, слухи не лгут, с ним действительно можно иметь дело. Конечно, задевать его не стоило, да ещё в связке с упоминанием отца. Наверняка он вспомнил бойню, которую тот устроил ему руками тумбинов».