По истечении двух недель Вифания появилась в зале Императорского Совета и объявила во всеуслышание, что отказывается от каких-либо притязаний на корону и возвращается в своё имение на Фандоре. В заключение она добавила, что на время отсутствия Золотого императора его брат — лучшая кандидатура на роль регента.

Поддержка императрицы, за которой закрепилась слава благоразумной женщины, заметно укрепила позиции Кецалькоатля. Зная, что она любит мужа, и просто так не будет бросать слов на ветер, преданные сторонники Золотого императора заняли выжидательную позицию. Во всяком случае, главы Небесных домов резко снизили градус неприязни к регенту и во время совещаний уже не принимали в штыки любое его предложение.

***

Стихи и пламенные взгляды Кецалькоатля не подкупили Вифанию; она надеялась отыскать Золотого императора до того, как регент займёт его место.

По возвращении домой она взяла Вещее Око и ещё раз попыталась отправить посланника на поиски мужа, но тот по-прежнему кружил по поместью, не выходя за его пределы. Карты Судьбы тоже не сказали ей ничего вразумительного, и тогда Вифания пошла на отчаянный шаг, она переместилась к Вишну.

Первое, что её встретило в Вайкунтхе[1], это мощный хор творений индийского бога. «Тот, чья форма похожа на цветущую зелёную гору, чьи губы как красные кораллы и глаза, как лотос… Ачьюта, божественный Ачьюта, жемчужина Ядавов… есть ли кто-то подобный во всей Индралоке… Тот, кто величайший правитель высшего царства… нет никого, похожего на тебя, нет никого, кто сильнее… обнажи свои лотосные стопы…О, Господь, Высший образ всего…»[2] — выводили в унисон множество ликующих голосов.

На этот раз Всеобъемлющий[157] был в божественном облике, приданном ему людской фантазией. Синекожий и четверорукий, с лотосом, растущим из его собственного пупка, он возлежал на гигантском змее Ана́нта-ше́ше, который, в свою очередь, плавал посреди Молочного океана, при этом змей вместе с остальными тварями пел осанну своему создателю. Правда, стоило появиться незваной гостье, и многочисленные змеиные головы повернулись к ней и дружно зашипели. Вифания переместилась подальше от мостра и, не спускаясь вниз, поклонилась хозяину Вайкунтхи.

— Приветствую вас, бхагаван Вишну, — сказала она, несколько раздосадованная тем, что индийский бог не один, а с женой. Лакшми занималась тем, что сидела у его ног и усердно разминала ему ступни, умащивая их благовониями. Судя по тому, что её божественный супруг, как сытый кот, жмурился от удовольствия, Вифания пришла к выводу, что Лакшми занимается этим не в первый раз, и фыркнула про себя. Она, конечно, любила мужа, но не представляла себя на месте Лакшми, которая вдобавок оказалась не ревнивой и одарила её благожелательной улыбкой.

— О, ишвари[158] Вифания! Какой приятный сюрприз! — в тот же миг Вишну оказался рядом с Вифанией и, взяв её за руки, с улыбкой заглянул в лицо. — Не ожидал, что прекраснейшая шакти снова посетит меня, — пропел он, глядя на неё с такой страстью, что она невольно покраснела.

— Прошу прощения за неожиданный визит, — проговорила гостья с натянутой улыбкой.

— Не нужно извиняться, я вас ждал, — сказал Вишну и потянул её за собой.

— Спускайтесь, не бойтесь! Ананта-шеша вас не тронет, — снисходительно добавил он, видя, что Вифания с некоторой опаской посматривает на гигантского змея.

Догадливая Лакшми исчезла и Вифания, оказавшись на её месте, с недоумением посмотрела на ноги Вишну, который снова разлёгся на спине змея. Поколебавшись, она провела пальцем по голубой пятке, которая оказалась мягкой и нежной, как у младенца. «Ой, щекотно!» — хихикнул Вишну, и отдёрнул было ногу, но Вифания положила её себе на колени и, смочив пальцы в кувшинчике с ароматным маслом, со всей серьёзностью взялась за дело. Когда индийский бог застонал от удовольствия, она решила, что достаточно его ублажила и тщательно вытерла руки.

— Бхагаван Вишну, я всего лишь слабая женщина, а вы всесильны и мудры, поэтому я хочу попросить вас помочь мне в поисках мужа, — сказала Вифания, и по непреклонному выражению на её лице Вишну понял, что пришла пора платить по счетам. Вздохнув, он сел и обхватил колени нижней парой рук.

— Спасибо, ишвари! Всё больше прихожу к выводу, что вы великолепны во всём… Нет-нет! Это не то, что вы подумали. Я веду речи советчика, а не мужчины.

— И что же вы мне посоветуете? — последовал сдержанный вопрос.

— Ничего не предпринимать по поиску мужа.

Вифания нахмурилась.

— И это весь ваш совет?

— Да, — ответил Вишну, которого не смутил её ледяной взгляд. — Не сердитесь, ишвари! Я уверен, что Золотой император выберется из ловушки без вашего участия, — добавил он и укоризненно покачал головой. — Нет, вы не правы! Тримурти не всё равно, что будет с Золотым императором, ведь он — сердце всей Фандоры.

— Вы можете прямо сказать, а не ходить вокруг да около?! — нетерпеливо воскликнула Вифания.

— Дело в том, что ишвара[159] нашего мира нарушил им же созданную дхарму[6], отсюда все его бедствия. Чтобы всё вернулось на круги своя, он должен завершить начатое, и ваш долг помочь ему в этом, — сказал индийский бог и сочувственно улыбнулся, когда Вифания изменилась в лице, поняв, о чём он ведёт речь.

_________________________________

[1] Вайку́нтха (санскр. वैकुंठ, vaikuṇṭha IAST) – духовный мир в вайшнавской традиции индуизма, вечная обитель Вишну и его бесчисленных аватар и эманаций. Место вечного блаженства, в котором Вишну обитает вместе со своей вечной супругой Лакшми и бесчисленным множеством богинь процветания, возлежа на змее Шеша.

[2]Песнопение «Pachai Ma Malai Pol Meni» (сборник «Naalayira Divya Prabhandham»)

— Если вы имеете в виду завершение обета, данного Золотым императором, то это невозможно, — твёрдо сказала она и встала, собираясь уходить, но Вишну преградил ей дорогу.

— Ишвари, вдовья доля — горькая доля, даже для богинь, — мягко предостерёг он, держа её за руки. — Поймите, это плохо кончится не только для Золотого императора, это плохо кончится для всей Фандоры.

— Всё равно нет. Я не убийца собственной дочери.

— Даже если я скажу, что Сирин вскоре умрёт, и не важно будет она на Земле или на Фандоре?

— Она не умрёт. Я этого не допущу! — Вифания нетерпеливо глянула на Вишну. — Если вам больше нечего сказать, то я пойду…

— Хорошо! — сдался индийский бог. — Так и быть, я вам помогу… — он вопросительно посмотрел на Вифанию, и она согласно кивнула:

— Да, я знаю, что за услугу нужно платить.

— Хорошо, — улыбнулся Вишну. — Цену я назову потом. Не бойтесь! Это не так дорого, как за исполнение желания. Клянусь, вам не придётся расплачиваться жизнями своих близких.

— Слава Небесам! И всё же будьте милосердны, назначая плату.

— Я постараюсь, — пообещал Вишну, глядя на прекрасную гостью всё с той же ласковой усмешкой.

Намерения божественного ловеласа были ясны, как божий день, но Вифания сделала вид, что не понимает к чему он ведёт, и ответила ему нетерпеливым взглядом. Индийский бог картинно вздохнул и перешёл к делу. Она внимательно выслушала его указания и даже больше, она запомнила от слова до слова всё, что он сказал.

На прощание Вишну преподнёс ей бесценный подарок, она получила от него кувшинчик с амритой,[160]волшебным напитком, дарующим бессмертие.

Вернувшись домой, Вифания тщательно обдумала предложение Вишну и, решившись, через Волшебное Око вызвала дочь-богиню. Когда Алконост появилась, она пересказала ей подробности своего визита к Вишну, умолчав лишь о том, как она познакомилась с индийским богом.

— То же мне проблема — убить смертную! — фыркнула Алконост после рассказа матери.