Агата тяжело вздохнула и мягче признала:

— Пожалуй.

Некоторое время они оба молчали. Потом Вэл повторил вопрос:

— Так зачем звала? Просто так?

Агата покачала головой.

— Появилась Елена, валькирья из Коллегии. Говорит, что есть срочный разговор, и…

«Он пришел!»

— И мы можем пойти и узнать, о чем.

Валентин кивнул, и, прежде чем подняться, тихо проговорил:

— Можешь звать и просто так. Я не против. Если не спасаю чужую жизнь, конечно.

Агата не сдержала смешка.

— Я запомню.

В просторный зал собраний правления банка, находившийся на втором этаже, они зашли в разгар спора. На рутенском.

— Вот демон… — ругнулась не понимавшая ни слова Агата. Нашарила взглядом мрачного Василия, не участвовавшего в перебранке Владимира и Елены, и спросила: — В чем дело?

Деспот скривился.

— Елена по просьбе Андрея наблюдала за северными путями к Карьеру. Это такое место на севере от Союграта, соседнего города на побережье. Там рядом множество объектов Гильдии Алхимиков, а в самом карьере один из их больших цехов. Там варят, если по-простому, компоненты для активных нейтрализаторов, без которых невозможны адаптации и трудна жизнь ускоренно адаптированных, и… неважно. В общем, это важные предприятия. Гильдия сейчас пытается торговаться и с отцом, и с поедрами — алхимики быстренько объявили о нейтралитете и том, что важны для безопасности страны, так что никто их не должен трогать. И оно понятно: если какой-нибудь голем туда вломится, то реакции могут вразнос пойти, а без очищения компоненты опасны, выжжет землю вокруг, отрава пойдет по воздуху, без быстрой детоксикации от нее умрешь очень и очень быстро… Опасно это, в общем.

— Расклад понятен, — Валентин явно потерял терпение, — а в чем суть конфликта? Владимир намерен атаковать мануфактуру? Это безумие.

Василий закатил глаза.

— Мой отец может показаться слишком жестоким, но он — не глупец. Разумеется, он не будет атаковать гильдейские цеха — иначе поедры подсуетятся, что-то сломают и потом выставят нас виноватыми. С Гильдией никто не захочет ссориться, мы из-за «своих» методов лишимся поддержки… В общем, Елена поймала одного из соглядатаев Атласина и выяснила, что люди этого… нехорошего человека как раз планируют сделать именно это.

— Напасть на завод? — не сдержалась Агата. — Но зачем? Разве тогда ваша Гильдия не скажет, что они — глупцы, а василевс — прав?

— Они собираются использовать наши символы, — с горечью проговорил Василий. — Дать своим наши знаки, прийти туда, показательно выдворить всех гильдейских и все сломать. Думаю, в процессе «захватчики» погибнут, а потом Михаил и поедры вместе с гильдейцами и будут говорить, что это мы решили завладеть собственностью Гильдии.

— Надо их остановить!

— Да. Но, — Василий кивнул на спорщиков, — отец хочет как можно быстрее атаковать войска Атласина, чтобы тот не занимался такой ерундой, а Елена считает, что это не поможет, и что пока мы будем собирать свои силы, Атласин исполнит свой план и уберется подальше, оставив нам разоренные земли.

Агата нахмурилась. Она почти кожей чувствовала, что у молодого деспота было свое мнение.

— А ты что думаешь?

— Я?.. Мне кажется, стоит дать понять Гильдии, что задумал Михаил. Но Атласин наверняка знает, что до его человека добралась Елена и план раскрыт, а, значит, он или будет действовать быстро или сейчас вообще не станет ничего делать, а уже позже исполнит угрозу. Но, так или иначе, нам нужно охранять мануфактуру. Проблема в том, что если там будут наши люди, а потом что-то сломается, то все все равно свалят на нас. Идеальным было бы поставить там совершенно незаметную охрану, чтобы она дождалась появления диверсантов, схватила их — и заставила бы во всем признаться. Тогда Гильдия сама отвернется от поедров.

Агата хмыкнула.

— И ты совершенно случайно рассказываешь это некромантам.

— Почему же случайно? Я слышал, что в былые времена ваши конструкты и под землей могли жать, и на потолке, и где угодно. Или сказки?

— Пытаешься взять на «слабо»? — усмехнулась Агата. — Мы же вроде не юнцы на ристалище.

Василий смутился.

— Просто подмечаю лучший выход из ситуации.

— Мы подумаем, — пообещала Агата. Заметила многозначительный взгляд мужа и кивнула одними веками.

Это действительно было неплохим вариантом. Еще и, глядишь, избавят местных от страха перед нежитью. Оставалась малость: договориться с этой самой Гильдией на таких вот охранников. Что-то подсказывало, что это будет очень и очень непросто.

Как показало путешествие в Султанат, Агате не особо удавались официальные визиты. Тогда она добилась чего хотела, вот только попутно погиб один правитель и неизвестно сколько обычных людей, случилась одна осада, потеряли свои воспоминания и лишились жизни два древних менталиста… Так себе вышло мирное посольство.

Сейчас, восседая на самодвижущейся тележке, без прикрывавших тело доспехов, Клинок чувствовала себя голой. Больше этого ее волновало только то, что рядом с ней сидел совершенно безоружный Валентин, а сбоку от него устроилась беспечная Доминика, крутившая головой во все стороны.

Странный артефакт, напоминавший телегу без коня и использовавшийся, как поняла Агата, для перевозки грузов, обзавелся неудобной лавкой, установленной прямо на ящики с конструктами, и не поддавался никакому контролю некромантов — ускорял и останавливал его возница, обосновавшийся позади них. Рутен, пожилой и лояльный Комнину, не имел совершенно никакого сродства к магии, но тележкой правил. Агата предпочла бы лошадь, но в итоге уступила Владимиру, который напирал на то, что так она покажет большее расположение к рутенам и их достижениям.

Валентин, вроде как спокойно сидевший рядом, был напряжен. Агата это напряжение ощущала физически, и не только измененными чувствами, но и вполне человеческими. Как она догадывалась, муж в местной расшитой рубахе, к которой Владимир быстренько нашел и куртку без рукавов, и новые, почти-обтягивающие штаны, и высокие скрипящие кожаные сапоги, чувствовал себя не в своей тарелке.

Что ж, ему по крайней мере не пришлось обряжаться в платье. Агату радовало только то, что на юге Рутении все еще носили популярные у бедных девушек Союза платья, походившие на длинные рубахи, порой надевая на них «сарафан», странный гибрид из еще одного такого же платья и рубахи без рукавов. С этим еще можно было смириться. В Союзе же знатные дамы одевались в наряды еще более сложные и еще более стесняющие движения, чего стоила недавно появившаяся мода делать одежду со шнуровкой на спине, стягивающейся так, что мешала дышать.

Новым нарядам и вообще всей этой поездке радовалась только вертевшая головой по сторонам Доминика. Агата даже немного ей завидовала. Девочка наверняка видела вокруг одни чудеса: идеально ровная дорога, самодвижущаяся тележка, разодетый Василий на мощной лошади рядом… Да и свита деспота впечатляла: десяток знатных рутенов и один из людей Варнэ, поехавший с ними на всякий случай.

План переговоров особой элегантностью не отличался: упирать на то, что Некрос не хочет войны и готов сотрудничать в сфере «улучшения жизни наших народов», и, под шумок, убедить алхимиков согласиться на охрану. Если не выйдет, то оставить им конструктов «для изучения», а если этот вариант не пройдет, то просто прикопать костяков подальше, да и все. Может быть соглядатаям лоялистов хватит одного этого визита, чтобы отстать, но возможен был и прямо противоположный вариант — нападут быстрее, чтобы еще и некромантов подставить. Оба варианта всех устраивали… Если, разумеется, цеха останутся целыми.

Потому и ехали без оружия, в красивых парадных одеждах. Василий намекнул, что «любопытство алхимиков наверняка сделает возможным как минимум короткий разговор, а дальше все зависит от вас». Агате «зависит от вас» не нравилось, но ничего с этим поделать она не могла. Поля сражений бывают разными, теперь вот придется вступать в битву на таком.