Аспид сел — цепи больше его не держали — и коснулся губ Царицы вампиров.

— Прости! Твои уста оскверняют чистоту молитвы. Я снова вынужден запретить тебе произносить святые слова.

— Вот как? — с яростью воскликнула Царица вампиров. — Почему ты преследуешь меня? Что тебе нужно?

— Твой голос, — честно признался Аспид.

Ярость испарилась, и на лицо Царицы вампиров легла тень безысходности. Она будто погасла изнутри. Осталась лишь скорбная оболочка, утомлённой жизнью древней старухи.

— Похоже, ты не лжёшь. Ещё до побега я слышала о твоём театре. Так и знала, что голос — это моё проклятие.

— Голос далеко не всё, гораздо важней сам инструмент, — заметил бог.

— Выходит, я не оправдала твоих надежд, — проскрипела Царица вампиров совсем не музыкальным голосом. — Что теперь меня ждёт? — забеспокоилась она.

— Почему ты спрашиваешь?

— Судя по твоим словам, ты по-прежнему мой хозяин, а быть бесправной рабой то ещё удовольствие.

— Хочешь свободы? Пожалуйста.

К Царице вампиров поплыла золотая руна и, коснувшись её руки, исчезла вместе с браслетом из волос Аспида.

— Отныне ты свободна.

— Сейчас проверим, — Царица вампиров прислушалась к себе. — Верно, привязки больше нет. Что ж, спасибо за столь щедрый подарок. Уж лучше поздно, чем никогда. Кстати, почему запаздывает обещанный Армагеддон?

— К счастью, даже для нас, богов, в мире случаются чудеса, — усмехнулся Аспид.

— Жаль. А я уж было вознамерилась умереть в компании бога, — язвительно отозвалась Царица вампиров и поднялась с плиты. — Ладно, ты продолжай валяться, а у меня дел по горло. Нужно пользоваться моментом, пока ведьмы не опомнились.

— Барьер! — спохватился Аспид.

— Ага! Был и сплыл. Не суетись, божок! Мои передовые отряды уже хозяйничают в Эдайне. Так что поздно пить боржоми.

— Гемма! — окликнул Аспид Царицу вампиров, и она застыла на месте, ожидая, что он скажет.

— Я буду ждать. Для тебя всегда открыты двери моего храма.

Царица вампиров не выдержала и обернулась.

— Странные вы существа боги, — сказала она, пристально глядя на Аспида. — Ведь вы не менее жестоки и себялюбивы, чем я, но почему-то я у вас числюсь исчадием ада, а себя вы к ним не причисляете. Ответь, божок, чем ты лучше меня?

Аспид припомнил, какие реки крови льются на аренах Сияющего двора, прежде чем соискатели обретут вожделенную божественность, и внутренне усмехнулся. «Нет, дорогуша, мы значительно хуже, чем ты. Тем не менее наша человечность не умерла, и мы чётко разделяем, что есть добро и зло. Именно поэтому мы боги, а не сумасшедшие убийцы, как ты».

— Ничем, — ответил он со смиренным вздохом.

— Тогда кто дал тебе право судить меня? Ведь я даже не принадлежу к твоей вселенной! — возмутилась Царица вампиров.

— Твой создатель продал тебя мне, и пока договор в силе, ты по-прежнему моё имущество, — хищно улыбнулся Аспид.

— Я так и думала, что есть подвох, — понимающе кивнула Царица вампиров и на её лице появилось вопросительное выражение. — Но ты же не возьмёшь свои слова обратно?

— Нет. Ты свободна, таково моё желание.

— Вот и замечательно.

— Постой! – сказал Аспид, видя, что она собирается уйти. — Пойми, ничто не даётся даром. Прежде чем обрести божественный статус, каждый из нас проходит через такие испытания, перед которыми твои беды кажутся детскими забавами. Грань между добром и злом тонка, и лишь тот безошибочно её находит, кто потерял надежду увидеть свет. Ты понимаешь?

— Возможно, — пожала плечами Царица вампиров. — К сожалению, у каждого свой предел душевной прочности. Я свой лимит уже исчерпала.

— Гемма, у души нет предела.

— Пустые слова. Во всяком случае, для меня.

Царица вампиров легко взбежала по лестнице, и люк крипты с грохотом упал на место. Тем не менее пленник не спешил покинуть место своего заключения. Пребывая в глубоком раздумье о случившемся, он снова улёгся на плите.

Цепи зашевелились и, немного поколебавшись, заняли привычное место.

Оказавшись вновь прикованным к плите, Аспид не обратил на это внимания, — ведь боги вездесущие существа и их нельзя запереть в каком-нибудь одном месте. «Однако кое-кому это удалось!» — расстроенно подумал он и осторожно потянулся к могущественному гостю.

«Почему?» — спросил он и замер в ожидании ответа.

«Сложная ситуация. Твоё вмешательство окончательно бы всё запутало».

«Понятно. Ну а Гемма тебе зачем?»

«Акт благодеяния. Не бери в голову».

«Ясно. В каждом из нас живёт рыцарское начало…»

«Атримен, не советую строить предположения!»

«Извини! — улыбнулся Аспид, зная, что его собеседник очень молод и самолюбив. — Спасибо, что остановил процесс распада».

«Да ладно! Я сам виноват. Кто же знал, что у мальчишки хватит силёнок разнести твою вселенную. Пока, атримен! Мы ещё встретимся».

«Тогда до скорой встречи!»

«Я бы на твоём месте не торопил события», — последовал насмешливый ответ.

Аспид прислушался. Возникшая пустота красноречиво свидетельствовала, что его крайне интересный собеседник снова скрылся в своей неприступной раковине. «Проклятье! Похоже, расплаты не избежать», — подумал он, но не слишком расстроился. Творец Ойкумены знал во что ввязывается и был готов к такому развитию событий.

_________________________________

ГЛАВА 17

Заочное знакомство с родителями

Безгранично белое пространство без конца и края. Из-за потери каких-либо ориентиров, оно оказалось нелёгким испытанием для психики. Юлиан закрыл глаза, но от этого стало только хуже. На него сразу навалилась такая мешанина из психоделических образов, что он почти потерял сознание, но окончательно отключиться ему не дали знакомые голоса.

«Господин, процесс до сих пор не затух! Временной коллапс принимает необратимый характер!..»

«Я знаю, вионет! Будь добр, заткнись и дай мне подумать!»

«Слушаюсь!.. Господин, осмелюсь напомнить, счёт идёт уже на этароны…»

«Я сказал, заткнись!.. Фу! Эврика! Ну-ка, срочно гони стадо отлоков и высади их на окраине эпсилон-пространства».

«Но эти твари выжрут алиоде и перепутают сети бэта-журавлей…»

«Не медли!»

«Господин! Это усилит разброс параметров…»

«Молчать! Делай, что приказано!»

В цветных сполохах заплясали странные колючие тени. В их сумасшедшем танце была удивительная гармония, несмотря на тошнотворность образов.

«Какой-то бред, — заворожённо подумал Юлиан и вдруг спохватился. — Как же так? Я сплю или умер?.. Не важно! Я мыслю, значит, я существую». Но тут снова зазвучали голоса, не давая ему сосредоточиться на собственных переживаниях.

«Чёрт знает что! Вионет, почему ты сразу не остановил этого дурака? Ещё немного и он свёл бы на нет все мои усилия, включая вселенную атримена».

«Господин, я не виноват! Кто же знал, что произойдет наложение стольких пси-факторов? Если бы не они, то процесс протекал бы гладко».

«Если бы, да кабы, то во рту росли б грибы, — сказал уже знакомый Юлиану его недавно приобретённый мужской alter ego и сердито добавил: — Старик, ты в своём уме? Как ты мог предоставить несмышлёнышу неограниченный доступ к магическим ресурсам?»

«Господин, мальчик был в беде и звал на помощь».

«Чушь! Ты слишком много нянчишься с мальчишкой, так он никогда не научится самостоятельности».

«Господин, речь шла о жизни и смерти Юлиана, я не мог не вмешаться».

«Ну и что в результате? Толку-то от твоей спасательной миссии, если на этот раз из задницы пришлось вытаскивать вас обоих».

«Простите, господин! Клянусь, это больше не повторится».

«Очень на то надеюсь…»

Внезапно до Юлиана дошло, кто такой Финист. Связь между ними сразу окрепла, и он ощутил, что вионет чувствует себя как преданный пёс, которым недоволен его хозяин.