– Ноктис, пожалуйста, остановись, – девочка почти умоляла. – Если ты продолжишь, то погибнем не только мы, пострадает весь мир!

Наконец, мне удалось распутать клубок проклятий Нефритового доспеха. Безумная сила, которая управляла моим рассудком, исчезла, и я с ужасом уставился на плоды своих трудов: вокруг небольшого островка пространства, который я отделил для сражения с Пожирателем, клубилась тьма. Черный водоворот постепенно растворял то, что осталось от поселка Отступников и затягивал его остатки внутрь себя. Ткань пространства трещала по швам, в ней образовывались темные трещины, от которых веяло ужасом первозданного хаоса.

Пожиратель не стал дожидаться, пока ловушка захлопнется окончательно. Он прекратил свои попытки нас уничтожить, за его спиной образовался темный провал, в который его массивное тело немедленно втянулось.

– Скорее, мы должны бежать отсюда, пока нас самих не затянуло в Бездну! – выкрикнула Элиза. – Ты можешь использовать телепортацию?

Я попытался остановить процесс, но было уже поздно – черная пустота продолжала жадно разъедать окружающее пространство, и не собиралась отступать. Попыткаиспользовать пространственный аспект Морены тоже не дала результата, да и присутствия девушки-скелета я больше не ощущал – видимо, ее душа откололась от гомункула вместе со мной. Все что мне оставалось – продолжать распутывать проклятие Нефритового доспеха, чтобы стабилизировать ситуацию и получить хотя бы какую-то свободу. К счастью, тот совсем затих, потеряв свою мотивацию, и теперь все его усилия уходили на то, чтобы сопротивляться давлению Бездны.

Проклятье, и о чем я только думал? Нет, сама идея с запечатыванием монстра была неплохой – мне действительно удалось оторвать небольшой островок от материнской реальности и отправить его в Бездну. Вот только Пожиратель сбежал из этой ловушки, а мы застряли в ней окончательно. Из-за крошечного размера, этот островок не сможет долго сопротивляться воздействию Хаоса и скоро будет полностью разрушен. А заодно, и мы вместе с ним. Просто замечательно!

Моя связь с гомункулом с каждой секундой становилась все слабее, однако мне удалось заставить его создать сложный барьер, чтобы хоть как-то замедлить разрушение пространственного кармана, в котором мы оказались. Наконец, я снова осознал себя человеком, запертым в скорлупе тесных средневековых доспехов. Хуже всего то, что теперь я не мог даже пошевелиться – ведь мое тело было надежно замуровано в камень, что не внушало особого оптимизма.

– И что теперь? – тревожно спросила Элиза. – Мы застряли?

– Будем надеяться, что нет, – вздохнул я, направляя огненную стихию в онемевшие конечности и изо всех сил напрягая мускулы.

К счастью, каменная кладка не была усилена магией и с треском развалилась на куски под напором моих рук. Булыжники посыпались на пол вместе с ошметками Нефритового доспеха – гомункул окончательно слился с духом крепости и его прежняя оболочка превратилась в обычную старую рухлядь.

Выбравшись из своей ловушки я обнаружил, что нахожусь на вершине “башни”. И оттуда я, наконец, увидел это собственными глазами: небольшой островок земли, покрытый глубокими трещинами, нашего каменного великана, который величаво стоял прямо посреди него, а также черную бездну, что окружала его со всех сторон, и медленно разъедала края этого оазиса. Нагрузка на магический барьер была неравномерной, так что временами на “небе” появлялись сложные узоры, похожие на северное сияние.

– Это конец, – тихо пробормотала Элиза. – Нам не вернуться домой…

И, как бы мне ни хотелось убедить ее в обратном, я сам думал о том же самом. Шансы на наше возвращение исчезающе, призрачно малы.

– Мы что-нибудь придумаем, – тихо ответил я. – Что-нибудь обязательно придумаем.

– Ах, вот ты где, я везде тебя искал, – произнес я, закрывая за собой двери.

Элиза сидела на пороге и наблюдала за тем, как небольшой клочок земли, на котором стояла наша башня, медленно испаряется, исчезая в темных глубинах Бездны, огороженных радужным барьером. Заметив меня, она повернула голову и чуть заметно улыбнулась, ее глаза были усталыми, но в них все еще светилась решимость.

Естественно, это былое не ее настоящее тело, а что-то вроде древесного клона, которым она управляет с помощью нашей общей магии. Не самое идеальное решение, но это позволяет ей получить хотя бы относительную свободу и независимость. Элиза не захотела возвращаться к обычному облику ребенка, – то ли из-за ненависти к Пожирателю, который продолжал использовать ее внешность, то ли по каким-то личным причинам, – и теперь выглядела молодой девушкой, такой, как я запомнил ее во время путешествия в Изнанку, после слияния с Мартой.

– Просто коротаю время, – отозвалась она. – Это очень красиво, если забыть о том, что эта штука пытается нас убить.

– Я сделал кое-какие расчеты, – присев рядом с Элизой я обнял ее за плечи. – Разрушение острова постепенно замедляется, система барьеров стабилизируется. Да и наша ферма скоро начнет приносить первые плоды.

Я кивнул в сторону небольшой грядки с саженцами, над которыми маячили фиолетовые магические огоньки.

– Если Пожиратель не соврал о конце света, то наш островок просуществует даже дольше, чем основная реальность, – продолжил я. – Правда, не исключено, что мы с тобой понадобимся ему еще для какой-нибудь хитрой интриги. Иначе не было смысла вообще оставлять нас в живых.

Как только битва закончилась, мы с Элизой принялись изучать башню. Выяснилось, что в нашем распоряжении оказалось довольно много припасов: сухие пайки, консервы, семена и все такое. Наверняка это дело рук Морены. Они с Пожирателем явно знали все наперед и готовились ко всему загодя. Я даже почти уверен в том, что ей удалось выжить и воссоединиться со своим любимым повелителем перед тем, как тот сбежал.

– Я не хочу больше никаких интриг, – покачала головой девушка. – Надоело быть марионеткой в чужих руках, – тут она неловко рассмеялась, глядя на свои ладони. – Эм-м-м, тебя это не касается, конечно.

– Жаль только, что мы ничего не можем сделать, чтобы остановить Пожирателя, – вздохнул я. – Этот монстр играет на совершенно другом уровне. Если бы только у нас было больше времени…

Мне удалось кое-как наладить контакт с фамильяром Дарины, который слился с остатками магии Нефритовых доспехов. Лишившись цели и интеллекта, могущественный гомункул затих, став послушным инструментом в моих руках. Темное пламя, горящее в недрах башни, снабжало нас теплом, подпитывало энергией освещение на грядках с саженцами и поддерживало защитный барьер. Можно сказать, в этом месте его возможности практически безграничны. При желании, я мог бы полностью перестроить крепость, но не хотел впустую тратить энергию – ее запасы таяли с каждым днем. Как только они упадут до нуля – Хаос окончательно поглотит это место, растворив нас в своих недрах.

Огромное количество аспектов и способностей, запечатанных внутри гомункула, все еще были доступны, хотя управлять ими было намного сложнее, чем моей собственной магией. Я словно получил в свое распоряжение очень глупого и медлительного джинна, которому нужно подробно объяснять каждый шаг.

Все свободное время я посвящал изучению магии и природы того места, где мы оказались. Кое-какие отголоски знаний и опыта, которыми поделилась со мной Морена, еще оставались в сознании, но мне требовалось время, чтобы сделать их по-настоящему своими. К сожалению, никакого выхода из сложившейся ситуации я найти не смог, несмотря на многочисленные попытки.

День за днем пролетали незаметно: мы, как могли облагораживали свое последнее пристанище – украшали башню, выращивали ягоды и овощи, чтобы разнообразить наш общий рацион, болтали, играли в игры или просто отдыхали, созерцая темные глубины Хаоса – зрелище, которое мало кто из смертных вообще когда-либо видел. Мысль о том, что здесь нам придется провести остаток своей жизни постепенно стала привычной: вероятность того, что кто-то взаправду попытается нас спасти, была, откровенно говоря, мизерной.