– Хотя я все еще совершенно не одобряю твою выходку, плоды она принесла – Александрова начала сотрудничать и отвечать на наши вопросы.

Саша чуть улыбается. Она не ошиблась в Ане.

– Как-то это выходит… Просто, что ли, – Саша с некоторым сомнением подцепила с тарелки кусок мяса.

– Просто? – сидевший напротив Серафим с интересом поднял бровь. – Поясни, что именно тебе кажется простым.

Сейчас в маленьком ресторанчике с чешской кухней они были одни, если не считать пары официантов. Но те не обратили бы внимания на их слова. Никто не обратил бы – Серафим об этом позаботился, одним взглядом прервав попытку Саши самой поставит отвод внимания. И Саша была ему в глубине души благодарна, пусть гордость и требовала возмутиться. Хотя на шее теперь не висело с десяток амулетов, спать днем не было необходимости, и даже колдовать она могла понемногу, но все же последняя неделя ее утомила.

Допросы. Суды и опять какие-то расспросы. В детстве поездку в Москву она видела совершенно другой. Ну, по крайней мере, в ней должно было быть что-то кроме гостиницы рядом с Главной Резиденцией Ордена России, комнаты для допросов и зала суда. Но реальность была такова, что сил после всех бесконечных рассказов, ответов и вопросов ни на что другое, кроме сна, просто не было.

Но сегодня, наконец, прошло последнее заседание. И ночным авиарейсом они с Серафимом вернутся в Краснодар. При мысли об этом Саша едва не покраснела, вспомнив выражения лица и наставника и пары людей из орденских управленцев, когда она спросила, не проще ли будет дойти по Отражению. Кто знал, что на деле это доступно только для действительно сильных и опытных волшебников… И везучих недоучек, как отметил наставник. Возможно, он и лукавил, но и туда, и обратно добирались они, как все остальные заинтересованные стороны, на самом обычном самолете.

До вылета еще было время, и забросив вещи в камеру хранения, они вдвоем ужинали в довольно уютном ресторане в достаточно старом районе города.

Маг пил пиво и выглядел расслабленным, а Саше хотелось обсудить многое из услышанного. Осталось только облечь мысли в слова.

– Ну, просто… Получается, что старший Хачатрян жил, работал, потом поймал как-то Боготова, прижал его, как я понимаю, не сдал в обмен на легальную возможность отослать в его общину возжелавших стать магами без всяких способностей своих жену и дочку, и потом просто тряхнул связями, заставив на себя работать?

Сам Армен Хачатрян, связанный клятвами процедуры «особого распоряжения», ничего из этого не подтвердил. И не опроверг. А откровенно шокированный Азамат рассказал все что знал про исчезновения матери и сестры, которое едва помнил. Просто однажды шестилетнему мальчику сказали, что его мать сбежала и больше не хочет его видеть. И он поверил. А как тут не поверить родному отцу?

– Думаю, это упрощенное, но верное описание событий. Что тебя смущает?

– Да все. Ладно коррупция, вот это все… Я могу понять. Орден вроде как сила, и наверняка многие пробуют…Договориться.

Серафим кивает.

– Иногда так можно получить союзника. Или множество проблем и реальное обвинение. Но я так понимаю, тебя тревожит другое.

Саша кивает.

– Выходит, Хачатрян-старший подошел к Андрею и говорит «Мне нужно, чтобы твои люди добыли атомную бомбу к такому-то числу. Если этого не случится, то я тебя сдам Ордену». И тот согласился? Вот так, походя, обречь столько людей на гибель просто из-за шантажа?

– Ну не то чтобы походя и не то чтобы обречь, – Серафим сам отрезает приличный кусок бараньей ноги. – Я говорил с Олегом. Понятно и его, и Армена центральники у себя заперли и будут долго и нудно обрабатывать, стараясь задавать правильные вопросы. И растянется это на месяцы. Но кое-что я смог выяснить. Изначальный план, который описывал Армен, был таков. Заманить нас хотя бы двоих, меня и Мишу, в общину, помахав перед носом атомной бомбой и возможностью теракта. Пока мы пытаемся добраться до Андрея сквозь местные сюрпризы и защиту менгира, Олег притаскивает тебя к камню, как ту, что может им управлять, подходит и по крови, и по магии. Изначально предполагалась, что мы в это время заходим в дом с боеголовкой, который находится во внутреннем круге защиты. Если не вдаваться в подробности – там все устроено так, эта самая защита не дает бомбе взорваться, хотя управление снарядом дистанционное и магическое. Хорошая кстати конструкция, интересная, с ней все еще работают. В общем, мы заходим в дом, в это время местные все разбегаются, Армен принуждает тебя снять те щиты, что мешали взрыву и оставить те, что не давали ничему опасному просочится за территорию этой внутренней сферы защиты. Бомба взрывается, тут никто бы не смог уйти, и нас размазывает тонким слоем на атомы, но за пределы щитов ничего не вылетает. Да, общине пришлось бы искать новый дом, но в случае если Армен поднял бы старое дело, пострадал не только сам Боготов, но и все его Затронутые, в особенности Обращенные. Их ведь Становили без ведома Ковена и Ордена. Так что, как видишь, для Андрея это была вполне терпимая жертва. По крайней мере, я так думаю. Хотя своим людям он рассказал несколько другую версию плана, и пока неясно почему.

– Теперь мы не узнаем, – сердце Саши кольнула боль.

– Не узнаем. Но ты все сделала правильно, иначе там бы все полегли. То, что Армен рассказал Олегу и Андрею и то, что он на самом деле намеревался сделать – две совершенно разные вещи.

– Но… Я не понимаю. Зачем? Олег Васильевич говорил что-то про новый порядок и про месть тем кто… Долго живет?

– Он говорил то, что ему поручили сказать, – отмахивается Серафим. – Хотя по тому плану, что Олег знал, все так и выглядело.

– И он… Почему он согласился в этом участвовать? И когда? Мы ведь сдавали ему практику. Уже тогда?..

Он был предателем?

– Сложно сказать, Саш. Армен заставил его принести клятву, подобную той, что Михаил взял с нас, помнишь? Только Новгородский разрешил рассказать все Анжелине, и поэтому ты ей все рассказала. А Армен Олегу ничего не разрешал, и то, что мы выяснили, стало понятно по очень косвенным деталям.

– И теперь получается, тебя заставляют поклясться в чем-то или там дают особое распоряжение и ты все, марионетка без своей воли, только подчиняйся… Такие себе порядки, – Сашу передернуло. А если бы ее заставили что-то пообещать? А если бы она не знала о вассалитете или сдуру бы согласилась на предложение Андрея? Чем бы все обернулось...

Серафим тяжело вздыхает.

– Наш мир – несовершенное место. Но давай попробую ответить по порядку. Насчет «особых распоряжений» – здесь замешан кто-то крупный. И мы выясним кто, что и как. И в каких объемах это был приказ, а в каких – самодеятельность Хачатряна. Но вообще-то он мог отказаться, до клятв. Согласие на такие поручение добровольное, и если его не давать, то магия просто заставит молчать о предложении, и все, никаких других последствий. Но он согласился, значит, видел выгоду для себя. Или платил за прошлые прегрешения. Олега, насколько я понял, Хачатрян тоже на шантаже взял. Олег много лет работал в Ордене, был на хорошем счету, никогда не имел никаких амбиций и дело свое делал на совесть. Но и у такого человека есть свои уязвимые точки. Его жена из Обращенных, и была замешана в нескольких подозрительных смертях в краевой больнице. Но доблестный оперативник дело замял, нарушив Закон, и на том его и поймал собственный начальник Хачатрян. Клятва, что дал Армену Олег, тоже добровольна, Саш. Он мог отказаться и иметь дело с последствиями своего выбора, и тогда бы ему пришлось ответить за сокрытие преступлений жены. Мог поговорить с Мишей, объяснить ситуацию и супругу, по крайней мере, спасти от суда и от высшей меры. Мог – но не стал, предпочел работать на Хачатряна. У всех есть свои секреты и за все приходится платить. Иногда слишком много.

Саша вспоминает Тамару и черноту вокруг ее головы, все усиливающуюся и усиливающуюся. Тело девушки нашли, насколько она знала. Как и обгоревшее, покрытое остатками шерсти, но позже трансформировавшееся в человеческую форму тело ее матери, все-таки ставшей перед смертью Затронутой. Отвратительный обугленный кусок плоти не вязался с той женщиной, что так помогла ей в дни среди селян.