— Не знаю. Между прочим, «Звёздный мост», в отличие от тебя, не лез ко мне в мозги, — заметил Кат Ворон. — Слушай, может, оставишь чужую шкуру? Не знаю, чем она тебе приглянулась, но мне уже тошно от одного её вида. И вообще, заканчивай с ролью маньяка-убийцы. Всё равно кроме Даджи никто её не оценит.

Аден Роу сердито посмотрел на него, но перестал удерживать личину буйраса, под видом которого проник в ряды секты Двойного Сердца, с намерением разведать её порядки, а потом и не заметил, как безжалостность стала его второй натурой.

— Наконец-то! — заулыбался Кат и хлопнул друга по плечу. — Ну здравствуй, Клермон-род-Красная Земля. Не представляешь, как я рад тебя видеть. Кстати, как теперь тебя называть?

— Зачем спрашивать, если ты упорно зовёшь меня Клермоном, — сказал Аден Роу, который, как и Даджи, отвык от родового имени. Он привычным жестом оттянул расшитый золотом воротник-стойку щегольского тёмно-синего одеяния, пришедшего на смену чёрному одеянию буйрасов.

— Что за одёжка? Раньше я такой не видел, — заинтересовался Кат Ворон.

— Увидишь лет через сорок, если мне удастся прибить твоего искусственного близнеца. Это парадный мундир Великого князя, в котором меня похоронили.

Кат Ворон уважительно присвистнул.

— Так вот кем ты станешь. Я так понимаю, в системе земных понятий этот титул равен титулу императора.

— Возможно, — Аден Роу сел рядом с ним. — Это было так давно и столь быстротечно, что события тех дней кажутся уже нереальными. Как Аден Роу я прожил куда дольше, чем как Клермон-род-Красная Земля.

— Это сколько?

— Семьдесят два года как Великий князь и пятьсот как бездомный скиталец. На десятый год правления Североводским княжеством я обрёл энергетическую форму и, чтобы не вызвать подозрений в колдовстве, пришлось стариться как остальные люди, а затем организовать себе похороны. Поначалу, уйдя в тень, я тайно помогал сыну справиться с трудностями правления, а потом у него появился толковый помощник по имени Александр Ворон…

Видя, что Кат не хочет говорить о сыне, он добавил:

— Тогда я полностью отдался занятиям наукой. Бэр мне в этом очень помогал, но потом он превратился в лису, причём в настоящего зверя. В то время я был ещё слишком неопытен и не смог найти причину перемены. На первых порах лис всё жался ко мне и жалобно скулил, а потом затосковал и перестал есть; лежал целыми днями на крыльце дома, а затем куда-то исчез. Когда я его нашёл, он был на последнем издыхании и тощий как скелет. Ощутив моё присутствие, он открыл глаза и улыбнулся, собаки и лисы это умеют. Когда я взял его на руки, он уже умер, и сколько я ни закачивал в него энтериум, он так и не ожил. Тогда я похоронил его рядом с могилой Тессы, он заслужил эту честь.

— Энтериум всегда безотказно действовал, если процесс разложения не принял необратимый характер. Вообще-то, в бэров встраивают ограничители, которые не дают им жить дольше определённого срока, да и потеря симбионта вынуждает их отключаться.

— Даджи сказал то же самое.

— Как он поживает в будущем?

— Нормально. Народ ему поклоняется, он благоденствует. Как у Сына Неба у него неограниченный срок жизни. Между прочим, он оказался подсадной уткой и к программе Кар-до-Риса не имел прямого отношения. Когда это выплыло, у змейсев разгорелся жуткий скандал. Правда, Внешняя разведка одиннадцатого континуума использовала его втёмную. Думаю, Даджи был прикрытием, а основные шпионские функции выполнял его бэр. Да, ещё кое-что. Когда я возвращался в прошлое и пытался спасти Тессу, то у меня ничего не выходило. Так или иначе она умирала, несмотря на все мои ухищрения.

Кат Ворон вздохнул.

— Это не твоя вина. У Танюшки была не оригинальная первичная форма, а клоны всегда отличались тем, что довольно быстро умирают, причём без видимых на то причин. Лишь обретение энергетической формы способно сохранить жизнеспособность восстановленного организма. Возможно, нахождение в Хранилище душ отрицательно сказывается на сохранности кода, хотя учёные не находят тому подтверждения, — он призадумался. — А может, дело в том, что прошлое нельзя изменить. Между прочим, твои путешествия в прошлое — отклонение от нормы. Раньше такого явления не было.

— В таком случае ваша затея с откатом Вселенной, по сути, фикция… Эй! Что с тобой? — спросил Аден Роу, хотя сразу понял, что на этот раз уже ему предстоит встреча с искусственным интеллектом, породившим его старинного приятеля. «Хлуд! — он запустил таймер системы уничтожения. — Надеюсь, я успею прикончить его до того, как он прикончит меня».

— Не такой уж я псих, как вы с Катом воображаете, — с некоторой обидой проговорил древний искусственный интеллект и, встав, с наслаждением потянулся. — Хорошо! Всё же что-то есть в простейшем существовании. Во всяком случае, жизнь в животном виде гораздо проще, чем в состоянии чистого разума.

ГЛАВА 24. Межвидовые сложности. Вечная проблема отцов и детей

Аден Роу встретился глазами с «чистым разумом», переместившимся в Ката Ворона, и заметно побледнел: он ощущал, что считывают даже глубинные слои его памяти, которые он считал надёжно защищёнными.

— Не злись. Я не собираюсь тебе вредить, просто хочу понять, что ты собой представляешь… Ну что сказать? Эмоциональная сфера у тебя недоразвита, значит, предвидение основательно хромает. Не переживай. С точки зрения научных дисциплин у тебя очень даже неплохо. Вижу, ты многого достиг, естественно, для человеческой личинки, — добродушно прогудел древний искусственный интеллект. — Жаль, что ограничения исходной биологической формы не дают развернуться твоему уму в полную силу. В основном, ты чувствуешь и мыслишь, как человек, что искажает реальную картину мира. Вследствие этого ты допускаешь ошибки в логических построениях. Мой тебе совет: отринь всё человеческое, тогда процент правильных решений значительно возрастёт. Ведь ты же хочешь быть на равных со мной и тем, кто поделился с тобой частицей своей души, а этого может достичь только чистый разум. Кстати, о твоём альтер-эго. Пусть «Звёздный мост» свяжется со мной. Возможно, мальчишка действительно сможет мне помочь; во всяком случае, ты, его демоверсия, внушаешь мне надежду. И оставь свои кровожадные планы, иначе я не дам тебе встретиться с той, которую ты любишь.

— Если обманешь, я уничтожу тебя! — со страстью выкрикнул Аден Роу, но искусственный интеллект уже ушёл, и Кат Ворон ответил ему недоуменным взглядом.

— В чём дело?

— Подожди!

Аден Роу отключил таймер системы уничтожения и потянулся разумом к «Звёздному мосту».

«Он даёт тебе допуск. Пойдёшь?»

«Да».

«Возможно, у него действительно просветление, но не исключено, что это хитрость свихнувшегося старика. Вдруг он нападёт на тебя?»

«Иного выхода нет. Я рискну».

«Ладно, но будь осторожен. Если обстановка слишком накалится, не геройствуй, зови на помощь. Мне есть чем его прижать. Конечно, он основательно порылся в моей голове, но ментальный блок, скрывающий информацию по его уничтожению, он не сумел взломать».

«Предусмотрительно с твоей стороны. Всё, мне пора, не стоит медлить. Не беспокойся, я справлюсь. Постарайся до последнего держать ковчеги в тёмной области, её пространство и время изолированы от нашей Вселенной».

Обуреваемый сомнениями Аден Роу машинально кивнул.

«Хорошо, я понял».

«Надеюсь, ты всё взвесил и примешь правильное решение, — «Звёздный мост» выдержал паузу. — Прощай, брат».

«Что? — встрепенулся Аден Роу. — Никаких “прощай!” Решил, что я реально намерен пожертвовать тобой? Это была дымовая завеса, чтобы спятивший искусственный интеллект не заподозрил нас в сговоре. Думаешь, я не предвидел, что он будет рыться в моей голове? Я слишком много времени потратил на поиск способов его уничтожения. Разве он стал бы разговаривать с тобой, зная, что мы заодно?»