— Да, господин. Благодаря постам с сигнальными башнями, побережье полностью под нашим контролем. Враг больше не сможет застать нас врасплох.

— Хорошо. В таком случае все свободны. Командиры внешней и внутренней стражи на плац, там поговорим.

— Господин, а как же указания? — спросил казначей, и Клермон озвучил новшество, которому поспособствовала Татьяна.

— Указы, не требующие обсуждения, отныне будете получать с нарочным. Депеши обязательно проверять на целостность печати. Если будет сломана или подделана, сразу же сообщать. Кого полученный указ не касается, тот не должен знать о нём, тем более посторонние, находящиеся за пределами поместья. Кто нарушит это правило, пусть пеняет на себя.

ГЛАВА 10. Кто есть кто. Демоны тоже люди

Кат Ворон застонал. Круговерть распадающихся образов, несущих в себе непонятную угрозу, держала его в угнетённом состоянии. Вдобавок голова раскалывалась от нестерпимой боли. Всё, о чём он сейчас мечтал, это о смерти, несущей избавление от всех страданий мира.

— Что с ним? Он очнётся? — донёсся обеспокоенный женский голос, пробившийся сквозь вату его беспамятства.

— Удивительно, что он ещё не сошёл с ума. К сожалению, единственный способ вернуть его к нормальному состоянию — это стереть воспоминания о прежних жизнях, — ответил мужской голос и, вздохнув, добавил: — Вы же понимаете, что при этом он утеряет способность к смене формы?

— Хотите сказать, что он не сможет покинуть Трис? — запаниковал женский голос.

— Я так понимаю, это риторический вопрос? Делия, забудьте о Кате, больше вам не быть вместе. Он навсегда застрянет в шкуре человека со средневековым менталитетом, в которого его раньше перекидывало. Он даже вас не вспомнит.

— О боги! Неужели ничего нельзя сделать?

— Нет. Своим вмешательством вы повредили его умственный предохранитель и теперь это единственный выход. Зря я поверил, что вы справитесь с корректировкой, но сожалеть уже поздно. Счастье, что я успел вовремя, ещё немного и процесс был бы необратим. Итак, я запускаю стирание? Что молчите? Нет, если хотите, чтобы он превратился в буйного идиота…

— Нет! — женский голос захлебнулся слезами. — Кат! Дорогой, если ты меня слышишь, знай, что я люблю тебя!

Несмотря на страшную головную боль, Кат Ворон напрягся, стремясь вырваться из цепких лап Чёрного Мора, но доза обезболивающего вкупе со снотворным не дала ему окончательно вынырнуть в реальность, и он медленно погрузился в океан благословенного беспамятства.

***

Проснулся он оттого, что на пол уронили что-то тяжёлое и звонкое. Судя по металлическому дребезгу, это была кастрюля, во всяком случае, ему так показалось. Он спустил ноги с кровати и огляделся. Это был трактир, который ему оставил Клермон.

— Эй! Магда, это ты? — позвал он.

— Нет, это я, Чара Висмерика, если ты забыл, — отозвалась наёмница, войдя в комнату.

В одной руке она держала большую кастрюлю, в другой — крышку от неё.

— Чара! А ты как здесь оказалась? — удивился Кат.

— Гляди-ка, не забыл, — улыбнулась она, — а парень говорил, что ты ничего не помнишь.

— Какой парень?

— Он сказал, что раньше был карликом… Ну тот, что у Священной реки таскался за нашей демоницей. Но что-то я ему не верю. Слишком уж шельмовской у него вид, сразу видно, что тот ещё умник. Ричард-то был куда проще, да и по характеру совсем другой.

— Ладмон, что ли?

— Ну да. Выходит, его ты тоже помнишь.

— Да всё я помню. С чего вы решили, что я потерял память?

— Этот самый Ладмон сказал, что ты сильно повредился головой и просил меня присмотреть за тобой.

Тут-то Кат припомнил разговор Ладмона с Делией, слышанный им сквозь пелену беспамятства. «Понятно, — ухмыльнулся он, — меня поместили в привычную обстановку, чтобы я окончательно не поехал по фазе, очнувшись в футуристическом антураже “Звёздного моста”. Да, здорово меня прихватило, но сейчас вроде всё в порядке. Голова не болит, уже хорошо».

— Со мной всё ясно, а ты что здесь делаешь? Вроде ж ты уехала с Цоканом. Только не говори, что он дал тебе от ворот поворот.

— Умер он, — не выпуская кастрюлю из рук, Чара села на табурет и на её лицо легла тень печали. — Какая-то ядовитая муха его укусила. Цокана раздуло так, что было страшно смотреть. Эх, такой хороший парень и такая нелепая смерть! Вот так живёшь и не знаешь, где найдёшь свой конец. Ведь чудом остались живы, столько невзгод перенесли, и вот, поди ж ты, какая-то поганая муха. Несправедливо это.

— Да, не повезло парню.

— Верно, не повезло, — Чара вздохнула. — Впрочем, как и мне. Последняя надежда выйти замуж и зажить по-человечески пошла прахом.

Она прислушалась к шуму и голосам на улице.

— Никак народ пожаловал; ты отдыхай, а я пойду узнаю, что им нужно.

— Будь осторожней. Ежели чего, то не геройствуй, сразу же зови на помощь, — напутствовал её Кат.

— И как только я дожила до сегодняшнего дня, без твоих советов? Ну, прям не знаю, — отозвалась наёмница, прежде чем уйти.

«Вот ведь самонадеянная бабёнка! Думает, если умеет махать мечом, то ей море по колено», — фыркнул Кат и тут кое-что его царапнуло. Он припомнил округлившееся лицо Чары и платье, основательно распираемое на груди. «О чёрт! Никак она беременна! Тогда нужно идти», — и он начал поспешно одеваться.

К его облегчению, это оказался не лихой люд, а обыкновенные путники, желающие поесть и отдохнуть после долгой и тряской дороги.

— Чего выскочил как оглашенный? — усмехнулась Чара.

Заметив его взгляд, скользнувший по её животу, она неслышно вздохнула. «Углядел всё-таки. Ну так, на таком сроке мудрено не заметить, роды совсем близко. Небось думает, что нагуляла ребёнка от Цокана и ни за что не поверит, что ребёнок от него».

— Иди отдыхай, — Кат забрал у неё кастрюлю. — Я сам обслужу посетителей.

— А ты сможешь?

— Конечно, смогу. Иди, не сомневайся.

— Хорошо, — не стала спорить Чара и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

Кат Ворон проводил её взглядом и повернулся к посетителям, которые молча наблюдали за ними. Это была семейная пара средних лет с тремя детьми.

— Какой это у вас ребёнок? — спросила женщина, когда он усадил их за стол.

— Первый, — не задумываясь, ответил он. — Конечно, поздновато обзаводимся потомством, да только раньше никак не получалось.

— О! — сочувственно воскликнула женщина. — Ничего, не расстраивайтесь! Ваша жена крепкая на вид. Если раз получилось, то и другие дети пойдут. У моей сестры так же было. Она очень долго не могла родить, а теперь у них с мужем пятеро детей.

— Причём все мальчики, — подал голос её муж и тоскливо глянул на троих девочек, что с примерным видом сидели за столом.

— Что поделать? Не всем везёт с мальчиками, — сказала женщина и с виноватым видом опустила глаза.

— Кто сказал, что девочки хуже мальчиков? — Кат подмигнул самой младшей из девочек, и она ответила ему смущённой улыбкой. — Особенно, когда они такие красавицы, как ваши. Да у их ног будут все самые завидные женихи. Правда, малышка?

Девочка спряталась за мать, а затем выглянула, глядя на него сияющими карими глазами.

— Лично я буду только рад, если у меня родится дочь. Ну да ладно, что-то я отвлёкся. Пойду приготовлю вам поесть, а вы подождите немного. Еда хороша с жару с пылу.

Стоя в кухне, Кат огляделся и тихо выругался — дров для печи не было, продуктов для готовки — тоже. «Эдак на вольных хлебах я враз прогорю, стоит пойти слухам, что здесь не дождаться жратвы», — с расстройством подумал он.

— Не унывай! — возникший Ладмон хлопнул его по плечу. — Давай я поработаю твоим поваром.

— Слава богу! — обрадовался Кат. — Сваргань что-нибудь на пять человек. Впрочем, не ограничивай себя, действуй на полную катушку.

— Будет сделано. Бублики-рублики-есть, значит, ты тоже сможешь поесть!