Тут с дерева на охотника свалилась здоровенная гусеница и Клермон с Шейрой, переглянувшись, засмеялись; они вспомнили притчу о выдумщике Думе Круме и зелёной гусенице, которая разоблачала его враньё тем, что падала ему на голову и дрыгала всеми своими ножками, умирая от смеха.

— Почему ты не можешь помочь Тессе? — спросил Клермон, отсмеявшись.

— Дело в том, что наша очаровательная девица является нелегалкой, то есть беглянкой. Как ей удалось выбраться из Хранилища душ, а затем ещё пробраться на склад демонических форм, подлежащих уничтожению, это тайна, покрытая мраком. Как куратор подселенцев с Земли, я обязан вернуть её в Хранилище. Демоническая форма, что приютила Танечку Орлову, очень старая и какие у неё способности никто в Хранилище не знает. Каталог, где они перечислены, либо канул в вечность, либо какая-то растяпа нечаянно его стёрла. Единственно, что удалось выяснить это разработчика данной демонической формы. К сожалению, им оказался легендарный мастер древности. Поэтому, сам понимаешь, это только прибавило опасений, — Кат Ворон тяжко вздохнул. — Но тут нарисовался Су Даджи и потребовал, чтобы я отдал ему нашу девочку, в качестве компенсации за убиенную ведьму. Иначе он грозился устроить на планете такой армагеддон, что всем чертям будет тошно. Ну а мне всеобщий бардак, да ещё в сопровождении четырёх всадников апокалипсиса, совершенно ни к чему. Так что, брат, не обессудь. Я сам себе не враг. Ах ты чёрт! — он болезненно поморщился. — Всё, дружище, аудиенция окончена. Сейчас вернётся знакомый тебе Кат Ворон, постарайся ему поверить, он действительно ни сном ни духом.

Лицо Ката Ворона как-то странно дёрнулось. Он озадаченно глянул на Клермона, но тут же отвёл глаза и, сев на поваленное дерево, полез в карман. Достав кубик нэша, он бросил его в рот.

— Ну? Чего вы на меня таращитесь, да ещё с таким видом, будто я должен вам прорву денег? — раздражённо спросил он. — Ладно, я понял, в чём дело… Так о чём я говорил? — не выдержал он, когда пауза затянулась.

— Хотел бы я знать, — отозвался Клермон. — Болтал что-то о беспокойной душе, которая кочует от тела к телу, и о каком-то Хранилище душ, откуда сбежала Владычица ночи. А ещё о том, что ты отдал её Даджи.

Охотник перестал жевать и бросил на него недоверчивый взгляд.

— Что ты несёшь? — он подозрительно прищурился. — Клермон, я понимаю, что ты злишься. Я бросил тебя в ответственный момент. Но ты же знаешь, что временами мне прихватывает живот, и я ничего не могу с этим поделать.

— Как давно ты одержим? — перебил его Клермон, и между товарищами повисла долгая пауза, до предела насыщенная взрывоопасным напряжением.

— С детства, — наконец сказал охотник и, бессильно уронив руки, опустил голову. — Напрямую он редко вмешивается в мою жизнь, только когда мне грозит опасность. А так он оставляет записки. Поначалу я их выкидывал, потом начал прислушиваться к его советам. В основном, они шли мне на пользу, — признался он.

Кат Ворон снова поднял глаза. Клермон видел, что товарищу плохо, но не знал, чем ему помочь.

— Кат, — начал он, лихорадочно анализируя сказанное демоном. — Думаю, это никакой не демон.

— Не нужно меня утешать, я не маленький, — буркнул охотник.

— Нет, я тебя не утешаю, я действительно так думаю! — оживился Клермон, чувствуя, что мыслит в правильном направлении.

И он подробно передал то, что сказал многоопытный и многоликий Кат.

— Если мне не веришь, спроси Шейру, она подтвердит, — сказал он в завершение своего рассказа.

— Выходит, что я сам звёздный демон, так что ли? — наморщил лоб охотник.

— Не думаю, — отозвался Клермон. — В отличие от демонов, ты — живой человек, тебе не нужно никаких приспособлений, без которых они не могут существовать, ведь они всего лишь души умерших людей.

— Тогда что насчёт Хранилища?

— Этого я не знаю. Спроси своё другое «я». Возможно, ты получишь ответ.

— Даже не знаю, мудрёно всё это, — засомневался Кат Ворон, но Клермон видел, что товарищ воспрянул духом, а это значило, что своей цели он достиг.

***

Окружающий вид и мелодия были чудесны, но тому, кто висит на кресте с пробитыми гвоздями руками и ногами, трудно оценить красоты природы и гений музыканта.

Солнце стояло в самом зените. От боли и невыносимой жары у Владычицы ночи мутилось в голове, а пот, стекающий по лицу, заливал глаза, но она по-прежнему не отводила взгляда от демона-лиса.

Стоя под грушевым деревом, Даджи с печальным видом играл на флейте. Страдания Владычицы ночи были его жертвоприношением любимой ведьме. Впрочем, душа его блуждала в прошлом, где его встречали с любовью и радостью, а не прожигали ненавидящим взглядом.

— Хватит! — воскликнул он и, не утруждаясь выниманием гвоздей, сорвал девушку с креста.

«Проклятье! Что происходит?» — встревожился Даджи, обнаружив, что его жизненная сила не лечит её раны.

— Тесса, очнись! — он ударил девушку по щеке, но её голова лишь безвольно качнулась. — Срочно врача! Иначе убью всех! — рявкнул демон-лис.

Не дожидаясь слуг, он подхватил Владычицу ночи на руки и рыжим вихрем взвился в небо.

ГЛАВА 17. В логове солнцепоклонников

Общение с богом должно проходить без житейской суеты, считали жрецы-солнцепоклонники, поэтому все их храмы располагались в уединённых местах. Центральный храм Господина Солнца не был исключением и занимал обширную территорию в предместье самого большого портового города. Комплекс состоял из пяти пирамид, четыре из которых образовывали квадрат, а пятая, высотой в триста локтей, находилась в его центре. В отличие от египетских пирамид, они имели узкое основание и, благодаря блестящим боковым граням, казались четырёхгранными золотыми шпильками, на острия которых надеты жемчужные шары.

Пастве в жилище бога хода не было, поскольку храм стоял посреди большого озера, окружённый водой до самых стен — пирамиды стояли не на острове, а поднимались прямо со дна. Поэтому прихожане в молитвенном экстазе бились лбами о гладкие каменные плиты широкой дороги, которая вела к озерному причалу, где на водной глади теснились остроносые жреческие лодки. Покрашенные в белый цвет и щедро украшенные позолотой, они казались стаей нарядных лебедей.

Светило, объявленное богом, всё ещё торчало на верхушке центральной пирамиды,[25] когда над коленопреклонёнными прихожанами пронёсся демон-лис, и им довелось узреть чудо. Верхушка центральной пирамиды распустилась, как бутон цветка, и рыжий вихрь исчез в её глубине.

Держа бесчувственную девушку на руках, Даджи спланировал вниз и оказался в центре громаднейшего круглого зала, который куда больше походил на зал фантастического космопорта, чем на культовое сооружение

— Кар-до-Рис! Смеешь медлить? — рявкнул он. — Считаю до трёх, а затем разнесу твою хибару ко всем чертям!

— Вот чего орать? Я не твои служанки, чтобы по первому зову нестись к тебе со всех ног, — сердито проговорил полный высокий мужчина, возникший рядом с ним.

Шурша золотыми одеждами, он склонился к девушке и покачал головой. Чело наместника Господина Солнца украшала многолучевая корона с алмазными подвесками, отчего по залу прокатился чистый хрустальный звон.

— М-да! — искренне огорчился Кар-до-Рис. — Еще немного, и нашу чудо-девочку было бы уже не воскресить. Вот какое ты имел право забирать её себе? Ну ничего, этот скользкий тип Кат Ворон ещё получит своё. Ну, чего стоишь? Живо дуй в госпиталь и клади её в реанимационный комплекс.

Демон-лис ожёг Сына Неба злобным взглядом, а затем он и девушка исчезли, чтобы вскоре возникнуть в госпитале.

Жрец был прав, ещё немного, и уже ничто не смогло бы воскресить Владычицу ночи: слишком уж много времени прошло с момента её смерти. Даже фантастическая реанимационная техника не сумела полностью восстановить её мозг, поэтому, как встарь, оставалось лишь полагаться на милость природы, которой под силу творить настоящие чудеса.