Желающих объяснить, как найти этого Тамила и «Дикую утку» в храме было предостаточно, так что у Агаты очень быстро появилось подробное описание пути до логова Тамила.

Заведение, несмотря на название, оказалось бойцовской ареной, располагавшейся в одном из больших портовых складов. Охраняли его сразу четверо мощных тонийцев с массивными, тяжелыми дубинами в руках.

— Вы кто такие⁈ — спросил самый рослый из них. — Идите вон, скрывшие лица под масками! И пусть духи вас оставят!

Голос выдавал страх.

— Убить? — тихо прошептала Гретта.

Клинок бросила взгляд на Анну и, после небольшой паузы — все-таки просить она не умела — проговорила:

— Нам нужен только главарь. Остальные просто ему верны. Выманите его?

— Приведите Тамила, — в голосе менталистки проскочила сталь, — сейчас же!

Агата не видела движения магии, хотя и ощутила его.

Миг — и все четверо, друг за другом, направились на склад. Немного вскриков, ударов, что-то, разбившееся на куски — и уже двое тонийцев вытащили из склада ругающегося на все лады щуплого мужчину в дорогой одежде.

— Он? — поинтересовалась Агата, подходя к «добыче».

Анна шагнула ближе. Поймала мужчину за подбородок, вгляделась в глаза…

— Он. Зря ты, Тамил, не послушался своего друга. Он ведь предупреждал, что не стоит связываться с посольством.

— Убить? — прошелестела Гретта.

— Нам нужно людное место, — признала очевидное Агата, — иначе спишут на разборки банд.

Из склада выбежали двое бойцов с топорами. Потом еще двое, уже с тесаками… Но стоило Агате вытянуть из ножен клинок, как вторая двойка юркнула обратно, а позже за ней последовали и топорщики. Не то не слишком любили своего главаря, не то уже знали, кто приехал в город и чем закончили остальные напавшие на посольство.

— На площадь, — коротко решила Клинок, — Анна, нам нужен указ от посла. Официальный какой-нибудь, чтобы это выглядело внушительно

— Без проблем, — поняла замысел менталистка. — Ведите пока. Лучше пешком.

Вести под уздцы Смерть, таща при этом за собой упирающегося Тамила оказалось тем еще развлечением. Вопил бандит так, словно его резали, а не вели вперед, связав лишь руки. Сначала возмущался, потом угрожал, потом сулил за свое освобождение золотые горы… К их приходу на центральную городскую площадь там уже собралась толпа, и толпа же двигалась рядом.

На крыльце ратуши уже ждала и Анна со скипетром в руках, и промакивающий лоб квестор. Именно он обратился к собравшимся:

— Друзья! В нашем городе нет места тем, кто готов напасть на соседей, кто готов пролить кровь ради наживы. Мы — за доброе сотрудничество… И без насилия. Вы все знаете, что некоторые отчаявшиеся попытались напасть на посольство Некроса, — по рядом собравшихся поползли шепотки, — и потерпели поражение. Это — оскорбление, исходившее от одного человека, и он перед вами. Наши д-друзья не держат на нас зла… А преступник ответит по заслугам. Он оскорбил подданных Некроса — и им выносить ему приговор.

Стоило Агате и Гретте оставить лошадей у ступенек и, повинуясь жесту Анны, подняться с Тамилом по ступенькам, как Анна развернула документ, который держала в руках:

— Я, Великий Посол Тантэ Энере, постановил: за попытку отнять мою жизнь и жизнь каждого в Посольстве, лишить существования Тамила из Совита. И впредь каждый, кто поднимет руку на подданных Некроса и Королевы Ночи, будет казнен в назидание другим. Приговор привести в исполнение после зачитывания.

Менталистка взмахнула рукой. Клинок, державшая по-прежнему скулящего Тамила, замешкалась — правой рукой она держала бандита, левой доставать непривычный меч из ножен оказалось неудобно, а отпускать мужчину она не собиралась. Да и торопиться не хотелось, как и не хотелось и убивать…

Пока она медлила, Гретта извлекла свой клинок и без всяких сожалений вонзила его в шею Тамила с хлюпаньем и хрустом. Вытащила — и брызнувшая кровь окатила и ее саму, и Агату. Тамил рухнул на ступеньки и начал катиться вниз, к подножью лестницы. Пересчитал десяток ступенек — и упал, орошая все кровью, к ногам подошедших ближе зевак.

— И впредь каждый, кто поднимет руку на подданных Некроса и Королевы Ночи, будет казнен в назидание другим, — повторила Анна.

Агату радовало лишь то, что капюшон и маска скрывали ее лицо.

К Алтуину они добрались на рассвете третьего дня после выезда из Совита. Река, мерно несшая свои воды к побережью, оказалась больше, чем предполагала Агата. До того, как Клинок побывала в Гостанионе, она никогда не видела много воды за раз. но все же морское побережье и синяя гладь океана разительно отличались от широкой, мощной желто-зеленой артерии, бегущей из глубины континента к побережью. Река была столь широка, что ее дальний берег терялся в предрассветной дымке.

Некрос и Султанат когда-то связывал длинный мост, дорога от Совита вела именно к нему. Но не то во время последней войны его разрушили церковники, не то сыграло свою роль время, но от строения теперь остались лишь несколько пролетов с каждой стороны. Середина полотна рухнула, серые камни опор еще возвышались над водой, но казались лишь тенью былого величия.

— Бардак, — негромко произнесла на скрытом языке Некроса шедшая с обозом Лиана, — полный. Стоило перестать конструктам поддерживать тут порядок — и вот результат. Султанату же плевать…

Двигавшиеся первыми йохры уже свернули с дороги и направились по вытоптанной тропинке выше по течению, туда, где находилось подобие пристани, к которой пришвартовались и рыбацкие лодки, и несколько широких плоскодонок.

— Идемте, — Лиана перешла на фроантийский, — вам предстоит увлекательнейшее действо: паромная переправа через Алтуин.

— Рискованно, — негромко ответила Агата, — если что-то пойдет не так, то отнесет ниже, как раз к камням моста.

— Ниже течение еще сильнее, — покачала головой Лиана, — так что выбора нет. Можно, конечно, добраться до устья реки, но там стоит форпост церковников.

— Выбор у нас невелик, — отозвался посол, — если йохры справились, то и мы должны. Но, думаю, стоит поднять конструктов. Пусть будут готовы действовать.

— Только в крайней случае, — отозвалась Анна, — йохры не слишком любят некромантию, и, к тому же, по их представлениям о чести, ваше использование магии позволит использовать ее и им.

— Знаю, — лаконично отозвался Тантэ. — Но лучше дипломатические проблемы, чем мертвые тела.

— Тоже верно.

Рыбаки и лодочники при приближении такого количества народа, еще и богато одетого, засуетились. В пестрой компании тонийцев и фроантийцев пара сидевших на причале и меланхолично покачивавших ногами йохров выделалась не только яркими одеждами, но и совершенным спокойствием. Впрочем, волноваться им правда было незачем — как оказалось, именно они в прошлый раз выступали посредниками между местными и караваном, где далеко не все знали фроантийский.

Поднялась суета. Даже большие лодки не могли взять на борт все за раз, а, значит, нужно было разгрузить телеги, отдельно переправить грузы, отдельно — лошадей, отдельно — людей… Проблемы были и у некромантов, и у йохров. Охранников у них набралось аж три десятка, к тому же дети пустыни успели закупиться самыми разными товарами, вроде алхимических вытяжек или костей, в изобилии продающихся в Совите.

Разгрузка, переговоры и возня с упрямыми животными, нервничающими при виде близкой воды и лодок, растянулись до самого полудня. За это время дымка рассеялась и стал виден другой берег. Вовсе не пустынный, он, как и берег со стороны Некроса, изобиловал влажнолюбивой растительностью.

— Жадность погубит господина, — мрачно пробурчал на фроантийском присевший около отдыхающей Агаты Амин-Али.

Клинок понятия не имела, каким образом он выделил именно ее. Видимо, по росту и движениям, как она сама бы искала человека, скрывающего лицо… Но, так или иначе, йохр явно предлагал беседу.