— Вы уж не гневайтесь, панове, что мы ваших дружинников малёк пощипали, — пробасил он примирительным тоном.

— Думаю, это они участвовали в рыцарском турнире. Дебоширы и забияки, но очень хорошие воины, — сказал Раймонд брату и бросил оценивающий взгляд на зомби с приметными чубами на стриженых головах. Держа наготове оружие, они сгрудились за спиной своего вожака и не спускали с них насторожённых глаз. Как на подбор это были крепкие молодые парни — за исключением сухонького старика и немолодой, но всё ещё красивой черноглазой женщины.

— Ваша правда, пан! Шли мы с торговым караваном никого не трогали, как вдруг налетели какие-то кусачие тварюги. Еле отбились, но с тех пор с нами творится что-то неладное.

Ивась Головатый наморщил лоб, приглядываясь к темноволосому предводителю воинов, что напали на них. Неожиданно перед его внутренним взором возник рыцарь в чёрных доспехах, и он уважительно крякнул.

— Пан тоже хорошо сражается, — начал было он говорить, но тут темноволосый из братьев распорядился:

— Стариков убить, с остальными завершить превращение.

Со страшным рыком Головатый напружинился, но истошный крик бабки отвлёк его от нападения.

— Стой! Стой, дурень! Ведь это упыри! — зачастила Оксана, повисая на внуке. — Не бойся, донечка, они не причинят вреда ни тебе, ни твоим товарищам! Клянусь именем Господа нашего!

Головатый исподлобья оглядел любопытные лица, окружающих его воинов и только сейчас заметил, что их глаза по-кошачьи отблескивают в темноте, а когда они смеются, видны чрезмерно длинные клыки. Здравомыслие взяло верх, и он опустил оружие, — вампиров было слишком много, а товарищей в живых остались не так уж много. К тому же он верил своей бабке-ведунье, да и светловолосый из братьев поглядывал на него доброжелательно.

— Не торопись, Раймонд! Думаю, ты не ошибёшься, если возьмёшь этого парня в наше гнездо, — проговорил он, положив руку на плечо темноволосого, и Головатый с недоумением уставился на его пальцы. Обострившимся зрением он заметил, что они слегка просвечивают в лунном свете.

— Думаешь? — темноволосый из двойняшек внимательно оглядел атамана степняков. — С чего ты решил, что этот увалень достоин чести войти в гнездо Адлигвульфов?.. Не понимаю, причём здесь эта старуха!.. Брось! Это слишком редкий дар!

Решив, что настало подходящее время, Головатый неуклюже повалился на колени.

— Помилуйте, пан! Не убивайте моих стариков! Они — единственная семья, что у меня осталась! — взмолился он. — Они вас не объедят! Клянусь! Если что, я жилы себе повырву, но заработаю на их пропитание. — Он с надеждой воззрился на чудесное видение, возникшее рядом с двумя вампирами. — Хоть вы им скажите, панночка! Что это не по-христиански так поступать со стариками!

Раймонд покосился на молчаливую Аделию.

— Стариков бесполезно обращать, — буркнул он и добавил на повышенных тонах: — О Господи! Нечего смотреть на меня, будто я последний из извергов! Вот Рихард мне свидетель. Они всё равно умрут, но только в страшных мучениях.

— Пан правду говорит, — вмешалась Оксана и поискала глазами старика. — Иди, Опанас, будем прощаться.

Боязливо поглядывая на вампиров, старик тоже подошёл к внуку.

— Коли так, давай что ли прощаться, малой? — растерянно проговорил старик. — С упырями особо не повоюешь.

Все трое обнялись и дюжий парень, не скрываясь, всхлипнул.

— Дид, как же я без вас? Совсем останусь круглой сиротой!

— Не убивайся, донечка! — проговорила Оксана, прижимая голову внука к груди. — Я погадала на картах, у тебя всё будет хорошо, — проговорила она низким грудным голосом и покосилась на Раймонда. — Ты держись этого пана, не прогадаешь. Лисам в волчьей шкуре всегда сопутствует удача.

При этих словах вампиры переглянулись, а Раймонд постарался не подать виду, что доволен. Любой довод в пользу успеха их предприятия был сейчас далеко не лишним.

— С чего ты это взяла, старуха? — тем не менее проговорил он надменным тоном.

— Так я ведунья, пан. Иногда Бог открывает мне будущее, — спокойно ответила Оксана. — Вы уж будьте милостивы, не обижайте моего внука. Мы, Головатые не из тех, что виляют хвостом при виде палки, а когда лаской, вернее нас не сыщешь.

— Не беспокойся. Я лично обращу твоего внука, и если ему повезёт, то он войдёт в одно из лучших семейств Ночного королевства.

— Спасибо, пан!

— Рано благодаришь. Всё зависит от того, что из него получится, — Раймонд смерил женщину долгим взглядом, ища бесспорные признаки заражения. — Жаль, что ты уже стара и в тебе нет ведовской крови, — проговорил он с искренним разочарованием.

— Ничего, мы со стариком пожили уже достаточно. Да, Опанас?

С тяжким вздохом дед поскрёб в затылке.

— Дык, я не против ещё пожить, но раз уж такое дело, пришла пора помирать, то делать нечего.

Старики обнялись.

— Прощевай, моя любавушка. Даст Бог, свидимся на Небесах.

Оксана украдкой вытерла слёзы.

— И ты не поминай лихом, старый. Хоть попортила я тебе немало кровушки, а всё едино любила, — она перекрестила внука и подняла глаза на Раймонда. — Вы уж убейте нас так, чтобы Ивась не видел.

Вампир кивнул и по его распоряжению караванщиков увели. Правда, с Головатым вампирам пришлось повозиться. Дюжий парень до последнего буйствовал и рвался к родным. Он угомонился лишь тогда, когда Раймонд ударил по нему из ментала, и он потерял сознание.

После полуночи обращение подействовало. Степняк пришёл в себя и с убитым видом уселся поблизости от Адлигвульфов, не спуская с них умоляющих глаз. Рихард сжалился и послал с ним мальчишку-слугу — показать могилу стариков.

«Думаешь, старуха не соврала, сказав, что внук будет таким же, как мы?» — мысленно спросил Раймонд, когда они втроём возвращались в лагерь.

Рихард пожал плечами.

«Что толку гадать? Утром всё станет ясно».

«И то верно, — Раймонд задумчиво улыбнулся. — Но почему-то я верю ведунье. Действительно жаль, что пришлось её убить. Предсказательница для нас была бы просто бесценна».

Аделия взяла его под руку и смерила укоризненным взглядом.

— Тебя никто не учил, что мысленный разговор в присутствии тех, кто его не слышит, это моветон?

Раймонд вопросительно посмотрел на брата.

— Разве в нашем этикете есть такое глупое требование?

— Если нет, то будет! — сказала Аделия безапелляционным тоном и улыбающийся Рихард её поддержал.

Всё тайное становится явным

Братья проводили Аделию к отведённому ей роскошному зелёному шатру, освещённому изнутри мягким золотым светом. Она откинула полог, и они галантно поклонились на прощание.

Оставив Верховную ведьму на попечение Руисы Файр, Адлигвульфы повернули к куда более скромной палатке Раймонда. С делами было покончено, но призрачный вампир не спешил уйти, заметив, что брат расстроен и это как-то связано с ведьмой.

— Хандришь? — спросил он, усаживаясь около ещё не погасшего костра.

— Есть такое дело, — Раймонд усмехнулся. — Чёрт возьми, а ты оказался прав.

— От тебя не часто услышишь такое признание. Что случилось?

— Похоже, ведьма успела в кого-то влюбиться и этот кто-то не я.

Рихард хмыкнул.

— Тоже мне проблема! Убей соперника, и нет проблем.

После его слов Раймонд помрачнел.

— Если бы это было возможно.

— Мой изворотливый братец да не в состоянии кого-то прикончить? — удивился Рихард. — Это нечто новенькое! Горю желанием услышать, кто же твой соперник.

Покрутив в руках железный прут, Раймонд с остервенением завязал на нём ещё один узел и недобро покосился в сторону Юлиана — он был неподалёку и заразительно смеялся, окружённый вампирской молодёжью и ведьмами.

С Рихарда разом слетела доброжелательность.

— Я забуду о нашем родстве, если ты вынашиваешь недобрые замыслы в отношении нашего господина.

Он навис над братом и в его руках появились очертания магического меча. Но Раймонд не обратил внимания на его воинственный настрой.