— Сойта.

— Что ж, Сойта — у тебя есть выбор: не делать глупостей и следовать указам моих людей или попробовать красиво сражаться до последнего вздоха — и сначала умереть, а потом служить умертвием.

— Вы меня все равно убьете. Зачем угрожать?

— Я не угрожаю. Просто показываю положение вещей.

Сойта слабо улыбнулась.

— Я едва ли смогу убить кого-то, но сделаю это, если мне прикажут. Я не хочу, но попытаюсь.

— Не хочешь? — в голос Агаты просочилось удивление. — Мы же все — мерзкие некроманты. Вот я, например.

— Долг Клинка — защищать, а не убивать, — тяжело проговорила Сойта. — Я уже нарушила его, убив Асаму. Так что я могу грезить о том, как убью Предательницу Света, как меня встретят с честью… Но если воплотить это грезу, то сначала будет больно, а потом я стану бессловесным рабом тут или где то еще. К последнему я не стремлюсь.

Мгновение Агата хотела позвать Джамаила и приказать ему вскрыть чужой разум или попросить Тивана и правда убить Клинка и вытащить из нее все, что она знает о защите Ильтариона. Но вместо этого она спросила:

— Когда ты последний раз была в Цитадели?

Сойта склонила голову.

— Примерно полтора года назад. Меня тогда быстро назначили к Алисии, и мы плавали по островам, пока не пришел приказ отправляться в Гоат и там сесть на «Варгас». Так что я знаю только, что охрану усилили.

Агата прищурилась.

— И ты добровольно рассказываешь это Предательнице Света?

— Рассчитываю, что умертвие из меня будет с обеими руками, — без всякой веселости отозвалась Сойта.

Клинок едва сдержала усмешку.

— Запомню эту просьбу. Не делай глупостей, или останешься вовсе без рук. И ног. Но живой.

Она вышла из каюты, тщательно закрыв за собой дверь. Джамаил наблюдал из коридора.

— Она может что-то знать насчет обороны Ильтоирана, — заметила Агата. — Но не признается.

Менталист нахмурился.

— Хочешь, чтобы я вскрыл ее память? Она наверняка попробует сопротивляться, истощит себя, и…

— Не хочу. Пока. Но она нам не друг.

— Она сломлена.

— Или делает вид чтобы тебя одурачить.

Йохр поморщился.

— Сложно одурачить менталиста, но я тебя понял. Глаз с нее не спущу. Ганим готов, если что, ждет на палубе. Удачи вам.

— Удача нам всем пригодится, — признала очевидное Агата.

Кивнула йохру на прощание и направилась на палубу. Там ее ждал не только Ганим, но и Тиван.

— Ты действительно собираешься взорвать остров и похоронить навсегда тех, кто попал в лапы к церковникам? — угрожающе прошелестел он.

— А ты откуда знаешь про тюрьму под храмом? Рыбы нашептали?

— Друг рассказал. Не увиливай.

Клинок позволила себе холодную улыбку.

— Я бы сказала, что тебя мои планы на суше не касаются. Но, вообще-то, я собираюсь отпустить всех тех, кого церковники там заперли.

— И как ты намерена это сделать?

Агата неопределенно пожала плечами.

— Не думаю, что есть книги на эту тему, так что буду придумывать на месте.

Лич тяжело вздохнул.

— Зря я насчет мудрости. Очень даже зря.

Агата во второй раз пожала плечами. Она надеялась, что Иврейн не откажет в помощи, что ее нынешняя связь с черной энергией, крепкая и сильная, позволит вытащить запертые души и направить их дальше. К тому же был и запасной план.

— Амин обещал мне литр прекрасной кислоты. Думаю, должно хватить.

— Кислота, взрывчатка, смертные на моем корабле… Мне не нравится такая война, фахашма.

— А мне никакая не нравится, — отрезала Агата, направляясь к Ганиму, — но выбирать не приходится.

Флот внизу впечатлял. Пусть с высоты полета дракона водная гладь казалась далекой, а корабли с белыми парусами — игрушечными, их количество немного пугало Агату. Она видела фроамоны вблизи и с трудом представляла, скольких трудов стоило собрать такую громадную флотилию.

Клинок, повернув голову, с трудом разглядела разворачивающуюся вдалеке схватку — первые корабли Амина вступили в бой с церковниками. Среди судов Союза не было Уничтожителей, но Клинок видела яркие вспышки, в один момент поджегшие разом два корабля йохров. Те, впрочем, в долгу не остались — само море вспыхнуло вокруг фроамонов.

Детали стремительно отдалялись, а корабли превращались в точки с белыми и желтыми парусами. Даже измененное зрение имело свои ограничения. Тча быстро летел на северо-запад, к Ильтоирану.

Ганим, взятый Агатой с собой чтобы можно было связаться и с Ромой, и с Джамаилом, и с менталистами основного йохрского флата, дремал, лишь изредка просыпаясь и бросая замечания вроде «забрали влево» или «все в порядке». К удивлению Клинка, мальчишка, несмотря на все случившееся во время сражения у Черных Островов, Тча совершенно не боялся и даже нашел нынешний ровный полет скучным.

Наверное, для юного, жаждущего приключений йохра необходимость просто сидеть на костяной спине и созерцать синеву вокруг и синеву под ногами действительно могла казаться скучной. Это в голове Агаты роились десятки мыслей о том, что делать и после того, как они доберутся до острова церковников, и в после того как с успехом, — она на это надеялась, — его покинут. Увы, ни одна из этих мыслей не вела к чему-то определенному, и ответы на одни вопросы лишь порождали другие.

Холодный ветер трепал волосы, но не мог выдуть из головы размышления о том, что, собственно, будет дальше. Армаду нужно уничтожить. Кровожадностью Агата не отличалась, но понимала — от флота вторжения надо избавиться, иначе от Картаена и окрестностей не останется и камня на камне. Да и если их земли просто возьмут в кольцо, то наверняка Амин рано или поздно решит «заняться внутренними делами» и удалится к себе. Толку помогать проигравшим?

Но нельзя выиграть только обороняясь. Избавятся от этого флота — церковники создадут новый, леса-то на Зеленых Землях достаточно, а новый, лояльный Некросу, Совет Капитанов могут подкупить или уничтожить, как случилось в прошлую войну. Да, наверняка удастся выкинуть прелатов и сочувствующих с прибрежных территорий, с Завесами Света что-нибудь придумают или попросту отрежут те города, которые ими закроются, от всех поставок, да и все. Теперь, с помощью конструктов и флота Султаната, это вполне реально.

А что делать потом? Может, Агате или кому-то еще удастся договориться с рутенами и очистить зараженную часть земель Некроса. Но церковь Эланы ведь не оставит их в покое, прелаты найдут путь или через острова, или в обход них с востока. И что дальше?

Вся пролитая сейчас кровь будет ценой лишь отсрочки новой войны. Но что можно предпринять? Цепи наверняка предложат защитить страну сжав северян в ежовых рукавицах и запретив даже думать о том, чтобы плыть на юг… Как уже сделали триста лет назад, в Войны Смерти. Высадились на севере, захватили весь континент, где грубой силой, где, как с рутенами, больше словом, чем оружием. И чем все закончилось? Войнами Освобождения век назад. Новой пролитой кровью.

Меньше всего Агате хотелось начать новый завоевательный поход на северные земли. Но пока казалось, что церковников заставит угомониться лишь сила. В Султанате «опасные» Марифатона и союзники Визиря веками разрывали на куски сообщество местных магов, и только смерть самого Визиря закончила свару. Но у церковников была вера, была Элана, была память о прошлой агрессии Некроса. Да, можно попробовать добраться до Великого Прелата, который, если верить Лиане, стоял за планом по «осветлению» магов, но изменит ли его смерть хоть что-то? Клинок сомневалась.

Корабли флота церковников остались позади, и ровная гладь внизу, как и синева неба вокруг, не давали ответов. Чем больше Агата думала обо всем этом, тем больше понимала, что просто гоняет мысли по кругу. Победа Некроса над флотом склонит слабых или сомневающихся вроде Тольдо на их сторону, но не гарантирует мира. Его, кажется, не гарантирует вообще ничего.