Главное, судя по свободным перемещениям, боги не были узниками, как их смертные соседи.

Почему-то моё внимание привлёк высокий тощий тип, похожий на рогатую крысу. Он спокойно преодолел барьер, отделяющий смертных от богов, и опустился у одного из ангаров. К нему сразу же потянулись люди и, судя по выражению лиц, они шли не по своей воле.

Рогатая крыса прошлась вдоль шеренги отобранных людей, а затем разинула зубастую пасть и откусила мужчине голову, после чего уселась на задницу и начала со смаком грызть его тело. Криков было не слышно, зато было видно, как те, кому повезло, в панике бросились бежать. Люди в шеренге по-прежнему стояли на месте и даже не шевельнулись.

Если бы не нападение и бойня, устроенная мной самой, я бы посочувствовала недавним товарищам по несчастью.

Покончив с мужчиной, причём довольно быстро, рогатая крыса снова пошла вдоль отобранной ею обеденной шеренги. Когда она остановилась напротив темноволосого парнишки, совсем ещё мальчика, один из мужчин задёргался, как муха в паутине. Удалось ли ему самому вырваться из-под влияния твари или та решила поразвлечься, но мужчина схватил мальчика за руку и потащил его в моём направлении.

Они подбежали к барьеру, но все их усилия были бесполезны — физической силой магию не одолеть. Мальчик сел и, скорчившись, закрыл лицо руками. Судя по мелко вздрагивающим плечам, он плакал. Поняв тщетность своих усилий, мужчина поднял голову и с мольбой посмотрел на меня. Я его узнала; это был один из самых ярых моих преследователей.

_________________

Прочитав отказ на моём лице, мужчина ожёг меня яростным взглядом и повернулся к приближающейся твари. В преддверии предстоящей схватки мышцы на его спине и руках заметно взбугрились. Во время недавней погони он основательно вымотал меня, но я так и не сумела его прикончить. Судя по его реакции и стремительным движениям, он не просто хороший боец, а это природные данные.

Я посмотрела на рогатую крысу. Тварь шла не спеша и хотя её морда была лишена выражения, я знала, что она наслаждается ужасом мальчика. Думаю, именно это подвигло меня на действие. Я невольно представила близнецов на месте несчастного мальчишки и меня затопила ярость. Правда, не настолько, чтобы подставить под удар отца. Наши взгляды встретились и он, давая разрешение, слегка кивнул.

При наличии магии прорваться через барьер не составило никакого труда — благо, перед глазами вспыхнула нужная формула.

Спланировав вниз, я преградила дорогу рогатой крысе.

— Вали отсюда! — заявила я без лишних экивоков и направила на неё кэм.

Тварюга посмотрела на меня неожиданно красивыми глазами, в которых горел самый настоящий огонь.

— Ты хоть знаешь, кому ты осмелилась угрожать? — осведомилась она интеллигентным и, что примечательно, мужским голосом.

— Плевать мне, кто ты! Не уйдёшь, останешься без головы.

— Не велика потеря, — вздохнул крыс и, подняв руки, оторвал собственную голову и сунул её себе подмышку. — Ну? Я без головы. Что ещё тебе нужно? — спросил он, хотя из шеи и головы фонтаном хлестала кровь.

Конечно, зрелище было не для слабонервных, но если он надеялся этим поразить меня, то фиг ему! На Небесах Фандоры я и не такие фокусы видела.

— Ты не свалил, а это был первый пункт моего требования, — сказала я и кэм, приведённый в боевое положение, загудел как рассерженный шмель.

На морде крыса, обретшей некоторые человеческие черты, появилось укоризненное выражение. Он приставил голову на место и повёл шеей, видимо, проверяя крепость крепления.

— Нет, этот мир точно сходит с ума! Где это слыхано, чтобы смертная букашка оставила меня без обеда, и к тому же смела диктовать свои условия? — проговорил он и в его тонких когтистых лапках возникла крупная ромашка. Во всяком случае, здесь тоже было жёлтое блюдце тычинок, окружённое множеством узких белых лепестков, и узловатый стебель с резными листьями.

Крыс понюхал цветок.

— К счастью для тебя, я не злопамятный, — сказал он и оскалил устрашающий набор зубов. — Возьми, это тебе!

— Пошёл к чёрту! — попятилась я от его подношения.

Заметив, что лепестки цветка распрямились и напряглись, как псы на сворке, я поняла, что медлить больше нельзя. Белая стая с тонким визгом рванулась ко мне, но угодила под огонь кэма и бесследно исчезла.

— Какая невоспитанная девица! — вздохнул крыс и поднёс к носу оставшуюся жёлтую серединку. — Изумительный аромат! — закатил он в восторге глаза.

Ромашка вновь обзавелась лепестками, и он сунул её в петельку чёрной фрачной пары, облачившей его тощее тело.

«Осторожней, Сирин! — предупредил мысленный голос отца. — Это лорд Ваатор, сатана Эквилибриума. Он любит строить из себя шута, но не покупайся на его репризы, какими забавными они тебе ни казались, иначе он подловит тебя на чём-нибудь. Просто постарайся отвлечь его, но не подпускай слишком близко». — «Хорошо!» — откликнулась я, довольная тем, что хоть чем-то могу помочь отцу в его непростых переговорах с лордом Хаоса…

Переговоры? Лорд Хаоса? Стоило задаться этим вопросом и по мозгам так шибануло, что я едва устояла на ногах.

Хуже всего, что мерзкий крыс воспользовался моим отрывом от реальности, и я оказалась распятой на чём-то похожем на распроклятую полевую ромашку, только гигантского размера. Во всяком случае, пахло именно ею, вдобавок около лица торчали громадные жёлтые тычинки, с которых сыпалась внушительные шарики пыльцы.

— Опля! Вот она и попалась! — выкрикнул крыс и, сняв с головы цилиндр, поклонился публике, аплодирующей ему из-за барьера.

Ну конечно, держи карман шире! К счастью, ошеломление и острая головная боль пошли на убыль. Сосредоточиваясь, я прикрыла глаза и на этот раз уже с предосторожностями погрузилась в информационное пространство, в которое меня выкинуло, когда я задалась вопросом, кто такой лорд Хаоса.

«Покажи, как освободиться из плена», — сформулировала я задачу. В ответ на моё требование нечто выбросило щупальце, которое змеиными движениями устремилось в мою сторону. Его размеры я оценила лишь тогда, когда оно приблизилось, и я целиком утонула в его теле. Правда, особого страха не было. Щупальце по виду было сродни щупальцу дыма, причём не особо густого. Вслед за тем в голове наступило небывалое просветление, и перед глазами возникла густая вязь формул. Поскольку большая их часть осталась за гранью моего понимания (удивительно, что некоторые из них я всё же поняла!), нечто прокрутило мне наглядную инструкцию, в которой доходчиво показало, что и в какой последовательности нужно сделать, чтобы освободиться.

«Спасибо за помощь!» — поблагодарила я и, прежде чем уйти, посмотрела на пространство, наполненное разнокалиберными нитями и сгустками. Конечно, сходство было отдалённое, но это походило на картинку в учебнике биологии, изображающую нейроны и их связи в головном мозге. «Скажи, как мне к тебе обращаться?» — спросила я, уверенная, что имею дело с живым существом. «Можешь называть меня вионет», — донёсся бесплотный голос. «Спасибо, вионет!» — воскликнула я и, чуя неладное, поспешила вернуться к реальности, в которой пребывало моё тело.

Интуиция меня не подвела. Пока я общалась с вионетом, крыс успел поиздеваться надо мной. Во-первых, обнаружилось, что из меня сделали вертушку, а во-вторых, что я густо утыкана лепестками ромашки, острыми как нож, и, вообще, нахожусь при последнем издыхании от чудовищной кровопотери. Главное, пока я мысленно отсутствовала, этот мерзавец успел вытянуть из меня большую часть магической энергии, подаренной отцом.

С трудом удерживаясь в сознании, я выстроила нужную энергетическую структуру, позаимствованную у вионета, и приступила к делу. Чтобы не заморачиваться и в кратчайшие сроки вернуться к норме, я потянула к себе собственную кровь.

Думаю, зрелище было что надо, когда струйки крови потекли ко мне обратно. Самой себе я напоминала вампиршу Кармиллу[188] в одном из просмотренных в детстве японских мультиков.