— Эй, хватит его ругать! Он ни в чём не виноват, — заступился он за своего загадочного питомца, вдруг обретшего совсем иную ипостась.

«О, гляди-ка! Какие гости к нам пожаловали, — насмешливо пропел alter ego и ехидно добавил, обращаясь к вионету: — Гордись, старик, кажется, ты приобрёл себе защитничка».

«Где это я?» — спросил Юлиан, впрочем, не слишком надеясь на ответ. Он уже понял, что у его нового внутреннего собеседника характер далеко не мёд.

«Авиодесейрас авеол авритл. Замет ив ош абидеалин ву ас».

«?»

Красивый звучный смех alter ego показался Юлиану очень знакомым, но он никак не мог вспомнить, кому он принадлежит.

«Неуч! Объясняю на пальцах. Ты находишься в одной из паутинных пси-реальностей. Кстати, твоё существование до сих пор под вопросом. Если я не найду приемлемого решения, то вы с девушкой умрёте окончательно и бесповоротно. Как тебе такое?»

«Нерадостно, — буркнул Юлиан и его охватила неконтролируемая паника. — Где Цветанка?!»

«Она в порядке».

«Где она?! Отвечай!»

«Вот! Только успокойся!»

В ослепительно белой бесконечности появилась стремительно растущая точка, пока не превратилась в силуэт девушки, словно вырезанный из чёрной шёлковой бумаги. Это было настолько ужасно, что слова собеседника не сразу дошли до сознания юноши.

«Да, уймись ты, дурачок! Она жива!»

«Слава богу! — воскликнул Юлиан и яростно выдохнул: — Ну, так сделай что-нибудь для нашего спасения!»

«А я чем занимаюсь? И вообще, заткнись! Своими истериками ты только мешаешь».

«Ладно», – внезапно успокоился Юлиан.

Казалось, ожидание длилось лишь мгновение, равное удару сердца, и в то же время прошла томительная вечность. Юлиан не сводил глаз с силуэта девушки, но не приближался к ней, боясь, что она и в самом деле превратится в то, что кажется — силуэт на листе шёлковой бумаги.

«Порядок!» — радостно воскликнул alter ego.

В тот же миг белое пространство, в котором находился Юлиан, вдруг схлопнулось и ему показалось, будто его вывернули наизнанку. С трудом справившись с собой, он распахнул глаза и отшатнулся, оказавшись носом к носу с мордой белого дракона с невыносимо сияющим… ритомом на лбу. У того были очень знакомые по зеркалу янтарные глаза. Конечно, если не считать их гигантского размера.

— Привет! — растерянно произнёс юноша.

— Привет, коль не шутишь.

— Ты кто?

Дракон насмешливо фыркнул.

— Конь в пальто, — ответил он и вкрадчиво поинтересовался: — Не веришь?

— Н-нет, — нерешительно отозвался Юлиан и зажал уши, спасаясь от грохочущего смеха.

— Ну и зря.

Действительно не успел он и глазом моргнуть, как вместо дракона перед ним возникла чудовищная лошадь в куцем драном пальто, застёгнутом на одну уродливую пластмассовую пуговицу. Печальный мосластый одр посмотрел на него слезящимися глазами и укоризненно покачал головой.

Юлиану стало смешно.

— Класс! — восхищённо воскликнул он. — Как тебе это удаётся?

— Пустяки! — осклабив жёлтые зубы, снисходительно сказала лошадь и вдруг взорвалась фейерверком ярких образов.

Кто только ни продефилировал перед Юлианом, разыгрывая забавные миниатюры! Были здесь и мультипликационные герои, такие как: скупердяй с добрым сердцем дядюшка Скружд Макдак в окружении своего утиного семейства, и Том и Джерри — вечные антагонисты, и даже Спайдермэн с Суперменом.

Забывший обо всём Юлиан хохотал как ненормальный и так бурно хлопал в ладоши, что они заболели. Когда представление внезапно закончилось, он вскочил с места и затопал ногами. Он и не заметил, как снова превратился в ребёнка.

— Хочу ещё! — воскликнул он и закапризничал, канюча о продолжении сказочного представления.

Уменьшившийся дракон — очень домашний в ночном колпаке и забавных жёлтых тапочках с помпонами — подхватил его на руки и ласково улыбнулся.

— Хватит, малыш! У тебя слипаются глаза. Пора спать.

Он уложил его в кровать и с готовностью протянул пушистого белого медведя.

— Нет! Хочу Плео!

Дракон подобрал брошенную игрушку и покачал головой.

— Не капризничай. Время уже позднее. Спокойной ночи!

— Пожалуйста, не гаси свет! — прошептал Юлиан, обнимая дракона за шею. Он испуганно косился на тёмные углы детской с колышущимися тенями.

— Хорошо, — согласился тот и, нежно поцеловав мальчика в лоб, щёлкнул пальцами.

Над пологом кровати закружились феи с разноцветными фонариками.

— Достаточно света?

— О да! — счастливо пробормотал Юлиан и чуть слышно пробормотал: — Пап, я люблю тебя.

В янтарных глазах дракона, нет мужчины, как две капли воды похожего на него, промелькнуло сильнейшее замешательство.

— Я тоже люблю тебя, малыш, — его рука коснулась тёмно-золотых волос мальчика, и он виновато улыбнулся, глядя в сонные глаза ребёнка. — Прости, сын, что меня не было рядом, когда я был тебе так нужен.

— Всё в порядке, пап. Мама любила меня за двоих.

Мужчина-дракон снова присел на корточки рядом с кроватью мальчика и, поколебавшись, спросил:

— Хочешь, её увидеть?

— О да!

Сердце Юлиана-ребёнка и Юлиана-юноши радостно забилось в ожидании встречи с Лидией, но в дверях детской появилась тоненькая фигурка, с головы до ног укутанная в чёрные бесформенные одежды.

Несмотря на старушечий платок, незнакомка была очень молода. При виде мальчика она сдавленно вскрикнула.

— Сынок!.. Слава Богу, он жив!

Незнакомка бросилась к кроватке и, упав на колени, порывисто обняла ребёнка. Когда он с криком стал вырываться из её рук, она отшатнулась и гневно посмотрела на мужчину-дракона.

— Будь ты проклят, инкуб! — воскликнула она и, истово перекрестившись, обвинительным жестом ткнула пальцем в его сторону. — Лазарь, делай что хочешь, но верни мне сына!

— Тихо, Маришка! Не шуми, — он подхватил плачущего ребёнка на руки и укоризненно добавил: — Смотри, что ты наделала! Теперь он не скоро успокоится.

— Папа, пусть она уйдёт! Это не моя мама!..

— Хорошо-хорошо, солнышко! — ласково проговорил мужчина-дракон, прижимая его к себе. — Хочешь, я расскажу тебе сказку о мальчике, который от рождения был таким умным, что сумел выбрать себе самую чудесную маму на свете. Правда, для этого ему пришлось превратиться в девочку…

— Лазарь, как ты можешь? — зелёные глаза незнакомки наполнились слезами. — Ты исковеркал мне жизнь, так хотя бы будь милостив, не отбирай у меня сына.

— Мария, ты винишь меня? — на лице мужчины появилось насмешливое выражение, но в глубине его глаз тлел гнев. — Я оставил сына под твою опеку, а ты что сделала?.. Что ты молчишь? Ну-ка, напомни, кто бросил его у дверей роддома?

— Это не я!

— Неужели?

— Лазарь, ты же знаешь моего отца.

Мужчина усмехнулся.

— Фанатик от веры, ну и что?

— Тебе легко говорить!.. Отец обещал утопить мальчика, как приблудного котёнка, если я не скрою свой позор, — лихорадочно проговорила она и протянула к ним руки. — Инкуб, умоляю! Верни моё дитя, мой свет, мою единственную надежду на избавление от мук!

— Маришка, время ушло, и теперь наш сын сам решает, кого впустить в своё сердце.

Незнакомка подняла голову, — и ребёнок-Юлиан испуганно отшатнулся, а у Юлиана-юноши защемило сердце, — бледное лицо являло собой трагическую маску, сквозь прорези которой горели непомерно большие глаза.

— Сынок! Умоляю! — в её голосе прозвучала фанатичная надежда на чудо. — Мой дорогой мальчик! Поверь, не было дня, чтобы я не казнила себя за содеянное.

— Мама! — заплакал мальчик, и незнакомка засветилась от счастья. — Мама, папа, пусть тётя уйдёт! Я её боюсь!

Словно марионетка, лишившаяся поддержки нитей, бедняжка рухнула на пол.

Дела семейные

— Прости, мама! — судорожно вздохнув, Юлиан сел на кровати и сумасшедшими глазами посмотрел на Цветанку.

Не понимая, что с ним, она положила ему ладонь на лоб.