«Похоже, господин без гроша в кармане», — пришла Цветанка к выводу и воспрянула духом, поняв, что у неё есть шанс на замужество. И тут наглая блондинка соскочила с помоста и бросилась к юноше. Ни аханье кумушек, потрясённых таким возмутительным поведением, ни увещевания свахи, пытающейся её усовестить, не помогали.

— Шайтан вас забери, ханум! Почему такой красавчик должен доставаться какой-то порченой? Отойди, он мой! — завопила блондинка и, отпихнув, Цветанку, впилась в губы юноши страстным поцелуем. — Оцените, что теряете, мой господин, — проговорила она и, не выпуская его из объятий, победно поглядела на потупившуюся Цветанку.

Но нахалка рано обрадовалась. Опомнившийся юноша рванулся прочь.

— Отвали, корова! — рявкнул он и, оказавшись на свободе, с брезгливой гримасой вытер губы. Этого ему показалось мало, и он смачно сплюнул. — Вот шалава, присосалась как пиявка. Не хватало ещё какую-нибудь заразу подхватить. Потом замучаешься бегать по врачам, — пробормотал он с нешуточным расстройством.

Блондинка где-то с минуту то бледнела, то краснела, а затем визгливо завопила:

— Молокосос! Недоумок! Что бы ты понимал в настоящих женщинах!

— Что там понимать? Бл… везде одинаковы, — холодно бросил юноша и добавил несколько непечатных выражений местного розлива. Общение с грузчиками не прошло для него даром и наложило оригинальный отпечаток на его лексикон.

Оскорблённая блондинка окончательно пришла в бешенство. Скрючив пальцы, она попыталась вцепиться в лицо обидчика, норовя при этом выцарапать ему глаза.

Но не тут-то было. Юноша перехватил её запястья и, с лёгкостью удерживая на расстоянии, дождался подхода подкрепления.

Увернувшись от руки свахи, намеревавшейся влепить ей оплеуху, блондинка под улюлюканье зевак вскарабкалась на помост и застыла на нём с видом оскорблённой королевы.

Народ зашумел, а тетка Гашиха, сложив руки на обширном животе, насторожённо посмотрела на юношу. Но тот не обманул её ожиданий и, подойдя к Цветанке, растеряно хлопающей глазами, крепко ухватил её за руку.

— Мадам, куда нужно пройти, чтобы заполучить денежку и этого цыплёнка в придачу? — спросил он, нетерпеливо глядя на сваху. — Давайте как можно быстрей покончим с формальностями, а то жрать хочется, нет мочи.

Сияющая тётка Гашиха воздела руки к небу и, чтобы не испытывать терпение жениха, вознесла Аллаху наикратчайшую благодарственную молитву. Затем она оставила остальных невест на попечение Удильщика и потащила парочку в мечеть.

Составление брачного договора заняло немного времени. После невнятного бормотания важного тощего старика в чёрном халате и огромной зелёной чалме, который исполнял роль духовного посредника при заключении брака, молодожёнам выдали свиток с печатью устрашающих размеров и кожаные мешочки с деньгами. Остальные формальности закончились, когда они уплатили положенную мзду муфтию, чиновникам, выступающим в роли свидетелей, и свахе.

Видя, что муж не умеет читать, Цветанка взяла на себя все переговоры по выплачиваемым суммам. В результате жарких торгов расходы молодожёнов уменьшились втрое против того, что с них запрашивали в самом начале. Опять же по указке девушки, они положили часть денег на хранение в местный аналог банка, а затем вышли из приятной прохлады каменного помещения и очутились на душной улице, — полуденное солнце опаляло город последним жаром бабьего лета.

Оставшись с мужем наедине, Цветанка смущённо покосилась на него. По своей инициативе женщины халифата Перси не имели права вмешиваться в денежные переговоры. Они были прерогативой мужчин.

— Извините, господин, я не давала вам слова сказать, — пробормотала она, совершенно уверенная, что тот сердится.

— Брось! Ты молодец! Я бы не сумел так ловко торговаться, — ответил муж к её великой радости. Он смерил задумчивым взглядом возбуждённую всем происходящим девушку и неожиданно тепло улыбнулся.

— Слушай, может, познакомимся? А то этот желчный тип, заменяющий вам попа, так невнятно гундосил, что я ничего не понял.

Девушка робко улыбнулась.

— Цветана, дочь Ивина Медуницы.

— Красивое имя, мне нравится, — весело произнёс юноша и, сбив шляпу на затылок, протянул руку. — Что ж, будем знакомы, Цветана Ивьевна, а меня зовут… — он призадумался. — Ладно, пора завязывать с псевдонимами, меня зовут Юлиан. Да что там мелочиться! Можешь звать меня Гай Юлий Цезарь, — он засмеялся, когда девушка принялась энергично трясти его руку. — Эй-эй, Ивьевна, прекрати! А то ненароком оторвёшь мне конечность.

— Ой, простите, мой господин! — воскликнула девушка и поспешно выпустила его руку из своих ладоней. — Юлиан… Гай Юли Цэзар. Так?

Цветанке явно не давалось имя знаменитого римского цезаря, и она виновато посмотрела на смеющегося мужа.

— Извините, мой господин. Можно, я буду звать вас Юлианом? — набравшись смелости, спросила она.

— Да, нет проблем!

— А? — девушка растеряно приоткрыла рот.

— Это значит, что я согласен, — произнёс он снисходительным тоном и весело добавил: — На самом деле я Юлиан Соколовский, — уголки его губ снова дрогнули в неудержимой улыбке. — Давай перейдём на «ты». Хорошо?

— Хорошо.

— Вот и славненько! Думаю, ты уже догадалась, что в ваших местах я на положении иностранца...

Не давая Цветанке задать вопрос, что значит слово «иностранец», юноша принюхался и озадаченно спросил:

— Слушай, от кого из нас несёт дерьмом? Вроде бы я искупался перед входом в город.

«Конечно, если лужу можно счесть за ванну, а пару пригоршней воды в физиономию — полноценным мытьём», — насмешливо подумал он.

Алая краска густо залила щеки девушки, и она отступила назад.

— Это от меня, — чуть слышно пробормотала она и, поколебавшись, добавила: — Мы поругались с тёткой Гашихой. Она рассердилась и столкнула меня с помоста, и я угодила руками в коровий навоз…

— Бывают в жизни огорчения, не бери в голову, — с сочувствием проговорил Юлиан и ободряюще коснулся плеча девушки. — В чём дело? — спросил он с недоумением, когда от его безобидного жеста она нервно вздрогнула и окончательно смутилась. На его лице промелькнула досада. «Во, блин! Вечно я забываю о своей новой диспозиции в штанах».

— Полно смущаться, цыплёнок, — он подмигнул своей неожиданно приобретённой жене. — Идём, поищем приличную гостиницу и закажем роскошную ванну. Я тоже не откажусь помыться в цивилизованных условиях, а то уже достало плескаться на природе.

Они попали в густую толпу, обильно нашпигованную промышляющими воришками, и Юлиан крепко ухватил Цветанку за руку, которая в свою очередь крепко вцепилась кошель. Когда они оказались на относительно свободной площади, он повернулся к девушке и с озабоченным видом предложил отдать ему кошелёк, уверяя, что так он будет сохраннее. Та бросила на мужа откровенно недоверчивый взгляд и решительно отказалась от помощи. Смерив её обиженным взглядом, тот кисло поморщился, но не стал настаивать и устремился вперёд. Цветанка бросилась следом, стараясь не отставать.

«Ну-ну! Мой господин, можете даже не мечтать! Денег вы не получите и, следовательно, не сбежите», — подумала она, правильно расценив досаду юноши, и порадовалась своей предусмотрительности. Девушка была уже наслышана о коварстве мужей, которые зачастую бросали своих жен, приобретённых на Ярмарке невест, как только в их руки попадало приданое. В казначействе, мило улыбнувшись, она успела выхватить из рук муженька мешочек с деньгами, отставленный на текущие расходы, и сразу же припрятала его на груди.

Жена не рукавица, с белой ручки не стряхнёшь да за пояс не заткнёшь

Юлиан недолго злился. Он снова подхватил девушку под руку и потащил её к двухэтажному зданию, выкрашенному в тёмно-зелёный цвет.

— Кажется, где-то рядом с гостиницей я видел вывеску с кабанчиком на вертеле и венок с плющом. Не знаю, что он у вас означает, а у моих доисторических предков это знак того, что здесь подают выпивку, а я сейчас не отказался бы перекусить и напиться до поросячьего визга.