Валентин молча подошел к одному из квадратов, занятых лежащими костями. Агата магическим зрением заметила слабое черное свечение, обхватывающие материал. В обычном же свете зеленоватых алхимических фонарей было видно, что руны на костях слабо пульсировали тонким стальным отливом.

Ни слова не говоря, маг вытянул руку. С его ладони потекла энергия, впиталась в кости — и спустя пару ударов сердца чернота начала меняться. Агата с затаенным восхищением наблюдала, как еще недавно словно бы просто сваленные в кучу кости неспешно, но в то же время четко и уверенно собирались в скелет лошади, дополнительно укрепленный и расширенный там, где должно было находиться седло. Тонкая чернота оплела силуэт, несколько вдохов — и вот уже кости окутаны соединяющей их подвижной тьмой, а внутри грудной клетки вместо сердца пульсирует концентратор.

— Поднимай своего и поехали, — Валентин неожиданно легко отказался от всех церемоний. Как подозревала Агата, он просто не хотел ее злить.

— А… как?

Маг, уже приготовившийся залезть на выбравшегося из квадрата и странно (для лошади) присевшего конструкта, удивленно обернулся.

— В смысле?

— В прямом. Как его поднять? У меня живая лошадь, знаешь ли.

— И тебе не показали?.. Ладно, глупый вопрос. Ничего сложного. Влей энергию, словно-ключ «варэ». Ну и представь себе место назначения.

Клинок кивнула. Вытянула руку, потянулась внутренней черной к лежащим на соседнем квадрате костям…

— Варэ!

Она приготовилась к неприятному, но привычному ощущению оттока энергии… Но чувство оказалось похожим на укус комара. Два десятка ударов сердца — и рядом с ней на полусогнутых ногах замер такой же костяк, как и перед Валентином.

— А теперь залезай да поехали, — усмехнулся маг. — Местный транспорт создавали так, чтобы на нем могли передвигаться неодаренные, так что никаких навыков управления нежитью не понадобится.

Агата кивнула. Не без облегчения — ей это самое управлению нежитью давалось так себе. Почти никак, на самом деле. Поднять она смогла только мышь, и то с пятой попытки. Написанное в книгах и то, что рассказывала Лиана и Боркэ, воплощенный лич, приставленный к ней наставником, не всегда походило на то, что сама Агата чувствовала, используя магию. И, если уж на то пошло — да, читать она умела, но в Цитадели Клинков учили основам наук, да и эту учебу Агата не очень любила. Потому с трудом понимала написанное, а труды на языке Некроса и вовсе казались сущей тарабарщиной. Сказывалось очень слабое знание местной письменности.

Да, магами не становятся за год. Но, все же, она надеялась на чуть больший прогресс, да и ждали от нее многого. Все, кроме разве что Лианы. По крайней мере воплощенная лич ни разу не поджимала губы в ответ на ее очередной провал. Увы, времени у Книжницы, которая, как поняла Агата, благодаря способности виртуозно прятать свою природу являлась чем-то вроде разведчика, всегда не хватало.

Сидеть на спине костяного конструкта было немного странно. Шел костяк ровно, совсем не так, как живая лошадь, передвигаясь словно бы только с помощью коленей, без участия спины. Впрочем, мышц-то у него не имелось… У Агаты возникло ощущение, что она сидит на движущемся бревне. Не скользком, да и костяные стремена имелись, но бревне. Еще и шла ее «лошадь» сама. Рядом с конструктом Валентина.

— Она знает куда надо? — осторожно уточнила Клинок.

— Знает, — отозвался всматривающийся в темноту полупустых улиц маг.

Мимо пролетел конструкт. Самый обычный, крылатый, курьерский. Еще несколько таких же кружили в отдалении.

Картаен почти полностью засыпал с заходом солнца. Сейчас даже на кварте было почти пустынно. Встретились лишь пара телег с припасами, одна повозка с рикшей-скелетом, еще одна — с впряженным костяком буйвола или чем-то подобного. Двое живых всадников, несколько мертвых…

— Почему ты без охраны? — наконец спросил Валентин, когда они свернули с кватры на окту, а Палаты Совета, приблизившись, нависли занявшей холм громадой.

Агата фыркнула.

— Зачем она мне? С личами, вздумай они напасть, Семерка не сладит, тут только моя… особенность может помочь. А с живыми я слажу сама. Смысл рисковать их головами?

— Телохранители всегда рискуют. Это их работа.

Клинок отмахнулась.

— Им найдется занятие получше. Четверо помогают в Угловых Крепостях с патрулями, разведкой и прочим. Остальные пока тренируются.

Она толком не знала, зачем вообще нужна эта Семерка. Скорее всего раньше королевы были сильны только в магии, и их нужно было защищать от нападавших с мечом в руках. Но она-то — нет. Вот и предоставила начальнику личной охраны королевской четы, личу Инкитэ, распоряжаться своими людьми так, как считает нужным. На официальных, а пару раз были и такие, приемах двое телохранителей крутились рядом с Агатой, но во все остальное время все они занимались своими делами.

— Лишняя пара глаз лишней не бывает, — мрачно отозвался Валентин, — ты знаешь это не хуже меня. И рискуешь.

— Я как раз не рискую чужими жизнями. Да и зачем мне соглядатай, который все время рядом?

Маг хмыкнул.

— Теперь ты понимаешь, каково иметь Клинка. И его ведь не отошлешь прочь.

— Это уже в прошлом, — мрачно проговорила Агата. — Судя по тому, что доходит до Лианы — большинство Клинков отозвали в Цитадели.

— Логично. Теперь они будут охотиться на тех, кто избежал чистки. Осветленные маги и так лояльны, к ним наверняка приставят прелатов или обяжут регулярно слушать речи церковников, или еще как-то мозги промоют. А остальных — в расход.

Клинок глубоко вздохнула. Она не представляла, как далеко простирались планы Церкви Света, что затевалось в Союзе… Но мысль о том, что сестры из защитниц и служителей станут охотниками, убийцами и палачами, пугали. Неужели Гертруду ждет именно такая судьба? А остальных девочек?

— Надеюсь, до этого не дойдет. Лучше скажи — кто на тебя покушался? Не в первый раз, ритуальный рисунок ты расчертил ведь.

— А что б я знал, — поморщился Валентин. — Все началось не сразу. Сначала это был просто вышедший из строя рядом со мной конструкт, первый самый обычный, уборщик, потом — один страж, другой… После третьего такого случая я понял, что дело нечисто. Поставил на приличном расстоянии следящие контуры, скрыв все… И их начали задевать. Для пробы решил прогуляться ночью — и что-то в Саване Тьмы, который ты сегодня видела, спикировало с небес. Я успел убраться в ближайшую работавшую лавку. Тварь за мной не погналась. Видать, хотела прикончить пока я был один. Контроль перехватить не удалось, наверняка на крови заклята… Я обновил сигналки, объединил их в контур, сделал проявитель и стал ждать, по вечерам отправляя Доми подальше. Вот и прилетела эта подконтрольная тварь с чужой кровью. Была с чужой кровью, точнее.

Последнее прозвучало с сожалением. Агата покосилась на мага.

— Ты своим клинком уничтожила всю наложенную на конструкт магию, — мрачно признал он, — так что из костей теперь при всем моем желании ничего не вытянуть.

Клинок пожала плечами. К такому «спасибо» она уже привыкла.

Ограда Палат Совета осталась по правую руку. Потянулись сады, дорога повернула, став шире. Позади остались шикарный особняк, здание банка, Управление по делам торговли, еще открытое — между колонн у входа толпились люди и конструкты, — Управление по делам войны, занимавшее целой квартал и охранявшееся огромными костяными големами… Они с Валентином миновали заброшенный ныне посольский квартал, и за ним показались знакомые Агате кости, составляющие ограду королевской резиденции. Кости, в глубине которых таилась тьма… Лиана рассказывала, что ограда не только демонстрировала, сколько дефицитного материала могли потратить на декор правители Некроса, но и, в случае осады, вполне могла сама справиться с пару сотен желающих пробраться внутрь. Глядя на столбы-позвоночники гигантских существ, здоровенные ребра и венчавшие их кости-фаланги, торчавшие во все стороны на манер странных букетов, Клинок в это верила. Более чем.