Даджи открыл глаза и повернулся к гостю.

— Ты упускаешь из виду ещё одного подозреваемого.

Кат Ворон смерил его сочувственным взглядом.

— Танечка Орлова? Серьёзно?

— Почему бы нет?

— Хорошо. Если вдруг выяснится, что она вражеский лазутчик, я выполню любое твоё пожелание, — пообещал Кат.

— Договорились, — Даджи протянул ему чашечку с чаем. — Скажи, а тебе не приходило в голову, что иудейская сказка о Вечном жиде — это о тебе?

— Не помню, чтобы я сапожничал в Иерусалиме или его окрестностях и меня звали Агасфером. А что вдруг ты заинтересовался?

— Да так, уже давно хотел спросить, да как-то было не досуг, — уклонился Даджи от ответа. — Ладно, ты не Агасфер, а распятие на крестах тебе доводилось видеть?

— Естественно. Это был распространённый вид казни. Так казнили ещё со времён Вавилона. Римляне позаимствовали его у греков и превратили в массовую казнь. Слышал о восстании Спартака?

— Имеешь в виду, что оно закончилось крестами вдоль Аппиевой дороги?

— Верно. Так вот, это было самое грандиозное из всех распятий, какие мне довелось видеть. Жуткое зрелище. Солнце нещадно палит, и вонь такая, что слезятся глаза. Вдобавок тучи насекомых, привлечённых падалью, нечистотами и кровью. Кто ещё жив, орут благим матом, чтобы их прикончили, да только стража никого к ним не подпускает.

— И всё же ты подумай, — не отступался Даджи. — Может, ты шуганул какого-нибудь беднягу с крестом, и он затаил на тебя обиду?

Кат Ворон пожал плечами.

— Кто знает. Может, и шуганул. В конце концов, распинали воров, убийц и различных смутьянов, а это наглая публика, готовая пакостить до последнего.

Даджи укоризненно воззрился на него.

— Разве можно так о боге? Вдруг это был он, и никто иной?

— Если Христос столь милосерден, как расписывают попы, то с чего бы ему обижаться на какого-то невежественного простака? И вообще, месть характеризует его не с лучшей стороны. Впрочем, не знаю, как Вечный жид, а лично я не в обиде. И хватит уже библейских сказок. Я к тебе по делу.

— Хочешь, чтобы я присмотрел за Тессой, то есть за Татьяной Орловой? — догадался Даджи.

— Да, — подтвердил Кат Ворон и не спеша выпил чай. — Мне нужно заняться «Звёздным мостом», и на неё не будет времени.

С некоторым раскаянием демон-лис припомнил все те изощрённые пытки, которым он в гневе подверг девушку, решив, что Мирелла потеряна для него навсегда.

— Я не против, но согласится ли она? — засомневался он.

— Надеюсь, что возобладает здравый смысл. В принципе, я мог бы доверить её Чаре с Цоканом, но она не хочет терять времени даром и постоянно требует, чтобы я её учил. Конечно, наставник из тебя ниже среднего, но Татьяна сейчас всё равно на нижних ступенях. Так что справишься. Кстати, ты зря ленишься, учёба не помешала бы и тебе. Если не подымешься на трёхсотую ступень, всё, что тебе светит — это служба на границе с неисследованными областями.

— Не нагоняй, — Даджи состроил печальную мину. — Сам знаю, что вернуться из Пограничья живым и невредимым — та ещё проблема.

— Тогда я пошёл. Попробую уговорить девочку. И не смей её обижать, а то отдам под начало Делии-до-Вад, чтобы жизнь не казалась мёдом. Твоя вольница кончилась. Кар-до-Рис убывает в центральный офис, и твой публичный дом ему больше не нужен. А кто придёт на его место, ещё большой вопрос.

— Понял. Раскаялся. Никогда в жизни. Об одном прошу, кто угодно, но только не эта змееголовая стерва.

— Молодец! У тебя правильный настрой, так держать! — усмехнулся Кат Ворон и исчез.

Расстроенный предстоящими кадровыми перестановками, Даджи швырнул чашку в служанку, проходящую мимо. Специально он не целился, но попал девушке в висок, и она, как подкошенная, рухнула на землю. «Чёрт! Нужно отвыкать от рабовладельческих замашек. А то с такой упрямой девицей, как Татьяна, это плохо кончится. Как для неё, так и для меня. Многовековой Кат Ворон, в отличие от его местной биоформы, терпением не отличается. Прибьёт и глазом не моргнёт», — скорбно подумал демон-лис и ностальгически вздохнул, припомнив боязнь и осторожные повадки непосредственного начальника во время знаменательного уличного представления театральной группы.

К его удивлению, Татьяна согласилась. В тот же вечер девушка появилась у него, причём не только в сопровождении Ката Ворона. Вместе с ними был безобразный карлик, носящий имя герцога Глостерского.[39]

— Ричард? Не иначе не состоявшийся четвёртый. Впрочем, бастарды редко занимали трон, — усмехнулся Дажди, брезгливо глядя на маленького уродца.

Татьяна смерила его мрачным взглядом.

— Что за чушь? Причём здесь герцог Глостерский и его бастарды?

— Это нужно спросить у вас, милая Тесса…

— Я не Тесса!

— Извините, привычка, — с прежней любезностью проговорил Даджи, но что-то такое было в его облике, что Татьяну передёрнуло от страха и мгновенно подступивших кошмарных воспоминаний.

Она вздёрнула подбородок.

— Нечего пялиться на меня! Я вас не боюсь!

Голос девушки предательски дрогнул, и Даджи иронично улыбнулся.

— Это хорошо. График учёбы напряжённый, мы будем проводить довольно много времени вместе. Не хотелось, чтобы вы шарахались от меня каждый раз при моём появлении. Имейте в виду, страх пробуждает во мне хищнические инстинкты. И да, если будете тупить, я не буду с вами церемониться.

— Стоп! — встал между ними Кат Ворон. — Давай ты не будешь запугивать Татьяну. Я и так еле уговорил её на ваши совместные занятия.

— Если она не в состоянии находиться рядом со мной, она ничему не научится. Тогда не стоит и начинать. Я не намерен попусту тратить время.

В руках Ката Ворона появился планшет.

— Дело хозяйское, не хочешь, не надо. Тогда готовься перейти под начало Делии-до-Вад. Сейчас организую перевод.

Даджи досадливо поджал губы.

— Чёрт с тобой! Я постараюсь, но ничего не обещаю. И да, я буду работать так, как мне привычно. Если девчонка будет тормозить, она будет наказана.

— Нет! — в панике воскликнула Татьяна.

— Вот видишь? А иначе я не умею.

— Умеешь! — рявкнул Кат Ворон. — Вспомни своих учеников, когда ты был человеком. Их ты тоже бил смертным боем, когда они делали ошибки? Хватит уже идти на поводу у своего зверя, точней, прикрывать им свои неблаговидные поступки. Я знаю, что ты взял бэра под контроль.

— Да пропади ты пропадом! Даю слово, что не трону её даже пальцем. И вали отсюда, пока я не передумал. А то змееголовая стерва уже начинает казаться мне меньшим злом, чем каждодневные занятия с этой девицей, ненавидящей меня до глубины души.

— Спокойно! — примирительно сказал Кат Ворон, привычный к дрязгам со строптивыми подчинёнными. — Давайте все успокоимся и прекратим нервничать. Ло Вень, как я понял, ты уже составил план тренировок. Давай я посмотрю и внесу свои коррективы.

— Да ради бога! — Даджи протянул ему свой планшет. — Это мои старые записи тренировок по повышению уровня, думаю, они сгодятся и для неё.

Пока Кат Ворон сосредоточенно смотрел в планшет, в котором то и дело возникали его пометки, демон-лис тем временем изводил Татьяну, неотрывно глядя ей в глаза.

Поначалу девушка нервничала, а затем вдруг успокоилась и ответила ему вызывающим взглядом.

— Ло Вень? Ну-ну! Выходит, Даджи это кликуха, — усмехнулась она.

Красновато-карие глаза Даджи сверкнули призрачным зелёным светом.

— Молчать! — прорычал демон-лис, за что немедленно заработал ментальную оплеуху.

«Не смей встревать не в своё дело!» — приказал человек, и зверь неохотно отступил, уступая ему место.

— Извините, Татьяна. От старых привычек сложно избавиться, но я дал слово, и я его сдержу. Вам ничего не грозит в моём присутствии. Но у меня есть условие. Не беспокойтесь, ничего сверхъестественного. Всего лишь простая договорённость. Вы в моём доме будете на положении члена семьи. Это значит, что слуги будут относиться к вам примерно так же, как ко мне. Но не забывайте, что бы ни происходило с моим живым имуществом, вас это не касается. Начнёте возмущаться и указывать мне, как делали раньше, пеняйте на себя. Поняли?