Увы, я рано обрадовалась. Стоило отвернуться, и эта зараза сменила воздушный наряд на боевые доспехи.

– Может, не надо? – вопросила я, впрочем, без особой надежды.

Ага, сейчас! Состроив зверскую рожу, двойняшка подняла меч и с криком набросилась на меня.

Господи, всего ничего на родине, а уже навоевалась столько, что в пору сочинять мемуары! И ведь что обидно, что на Фандоре, что на Земле мне достаётся от тех, кого я считаю или считала родными по крови.

Застарелая обида на ту, что числилась моей родной бабушкой, и злость на эту заносчивую девчонку, которая, уверена, ведать не ведает, что это такое, когда тебя шпыняют все, кому не лень, вызвали во мне такой прилив ярости, что у меня перехватило дыхание. Перед глазами поплыла красная пелена, а затем во мне будто что-то взорвалось или, верней, прорвалось.

Прозрение, к счастью, пришло вовремя. Двойняшка взмахнула мечом, с явным намерением покрошить в капусту нежеланную сестричку – вот только встретилась со мной взглядом и чего-то скисла. Отпрянув на безопасное расстояние, она насторожённо уставилась на меня.

– Что, струсила, дружочек? – усмехнулась я и крутанула в руках диковинную штуку, что пришла на смену моему мечу джедая.

С одного конца длинного золотого копья, который я держала посередине, это по-прежнему был меч, а другой его конец заканчивался витым… жезлом, в который был воткнут громадный рубин, пылающий тёмно-красным пламенем. Вся эта штука… – «жезл силы или кэм, концентратор энергии магии», – подсказал невидимый переводчик – так вот, этот кэм ощутимо вибрировал у меня в руке, будто я держала змею, готовую к нападению.  Только дружественную змею, в отличие от той, что висела на шее у Шивы и которую он не дал мне придушить.

«Нужно было убить! Эта тварь посмела на меня напасть», – холодно подумала я и снова крутанула кэм.

Гнев испарился, внутри всё пело в предвкушении битвы. Правда, на задворках сознания блуждало предостережение, что это опасно и я могу превратиться в чудовище, но я гнала его прочь, не желая лишиться обретённого настроя. Мне очень даже импонировало ощущение играющей в крови злодейской вседозволенности и сопутствующей ей бездумной жестокости.

К счастью, яростный крик Алекса, попавшего в беду, выбил меня из опасного состояния. Причудливый жезл в моей руке вновь превратился в световой меч, а жаль. Интуиция говорила, что я многое потеряла. В форме кэма это было супероружие, а в форме меча это был просто меч и ничего более.

Видимо, двойняшка знала это и сразу же воспрянула духом, но она поторопилась – во мне ещё не иссяк заряд злодейской силы и оптимизма. Когда она встала на моём пути к Алексу, я устроила ей такое, что вражеские паладины отстали от моих и бросились ей на выручку. Естественно, мои стражи не остались в стороне. Вот тогда началась форменная свалка, во время которой всё время приходилось быть начеку, чтобы не прибить кого-нибудь из своей троицы. Особенно зла я была на Дашку, которая бесстрашно лезла мне под руку. Спасибо, хоть у мистера Вейса хватало ума держаться поодаль от нас, причём вместе с противником, за что ему отдельное спасибо. Парни по большей части следовали его примеру, но у них не всегда хватало сил удержаться на месте, когда вражеские паладины теснили их в мою сторону.

Периодически в поле моего зрения попадали Дэви и Вильям Дар. Теперь они были в образе громадных змей, но по-прежнему дрались не на жизнь, а насмерть. Майи с ними не было и у меня поневоле возникла мысль, что он погиб. Печально, если так. Дэви, судя по всему, очень любит сына и будет безутешна.

Как оказалось, я рано похоронила Майю. Вскоре он явился вместе с целой бандой веталов, и я впервые им обрадовалась. Вот чего другого, а храбрости индийским демонам не занимать. С жуткими завываниями веталы с ходу ввязались в битву, и чаша весов наконец-то склонилась в нашу сторону.

Дело шло к концу. Двойняшка и её паладины едва успевали закрываться от ударов, сыплющихся на них со всех сторон. Именно в это время с неба спустились рослые парни в доспехах и отобрали у нас заслуженную победу.

Двойняшка сдалась сразу, а я ещё немного повоевала – правда, без толку.

Нас переловили сетями, которые было ни разорвать, ни разрубить, а затем как диких зверей загнали в клетку, что было совсем уж унизительно. Причём Дэви и веталов сразу же отделили от нас и погнали куда-то в сторону. Я, двойняшка и наши паладины оказались в одной клетке, которую парни в красных доспехах за каким-то чёртом поволокли в небесную высь; надеюсь, не для того, чтобы поднять повыше и оттуда сбросить. Как-то это нечестно, когда тебя казнят без суда и следствия.

Клетка была довольно тесной, так что было особо не разбежаться. Наши паладины практически сидели плечом к плечу. Заметив, что двойняшка посматривает в мою сторону, я усмехнулась.  Интересно, чем бы закончилась наша драчка? Не думаю, чтобы она признала своё поражение и сдалась. И всё же, мне не хотелось её убивать.

– Всё никак не насмотришься?.. Чего молчишь? – попробовала я наладить контакт.

Вместо ответа эта зараза демонстративно отвернулась. Ну и пошла ты в баню! Не больно ты мне нужна! Не лезла бы ко мне, я бы с удовольствием забыла о твоём существовании.

Я фыркнула и отвела от двойняшки взгляд, но затем меня вновь одолело любопытство. Конечно, в профиль не слишком много разглядишь, тем не менее почему-то мне показалось, что она младше меня, хотя мы с ней как однояйцовые близнецы. С другой стороны, почему бы нет? Это же Фандора. Здесь всё возможно. Кто знает, может, мы с ней даже не родственницы, хотя в это чего-то слабо верится.

– Кто ты такая? – снова не утерпела я.

– Я-то знаю, кто я такая! В отличие от тебя! – прошипела эта зараза.

– Гляди-ка, заговорила! А я уж было подумала, что ты немая, – заметила я довольно миролюбиво и тут двойняшка выплеснула на меня такой поток грязной ругани, что не будь у меня школьной закалки, я бы влепила ей пощёчину, и тогда неизвестно чем бы закончилась наша потасовка.

Заметив, что она распалилась и вот-вот перейдёт в рукопашную, я погрозила ей пальцем:

– Но-но! Если распустишь руки, вырву их вместе с корнем.

Не знаю, что на неё подействовало – мой тон или выражение лица, но двойняшка проявила благоразумие и заткнулась.

– Какого чёрта тебе от меня нужно? – поинтересовалась я, когда она более или менее успокоилась.

– Я хочу, чтобы ты сдохла! – последовал ответ, искренний на все сто, и это было грустно. Впрочем, мне не привыкать к предательству родных. Так что её кровожадные планы не вызвали у меня особого душевного расстройства.

– Ценю твою искренность. Только имей в виду: я никогда не остаюсь в долгу и плачу той же монетой, – предупредила я и посмотрела на своих ребят. – Все целы?

– Во всяком случае, нет ничего смертельного, – ответил мистер Вэйс за себя и за парней.

Дашка кивнула, подтверждая, что с ней тоже всё в порядке, а затем будто нечаянно лягнула вражеского тигра и, прижавшись к моему боку, вопросительно заглянула мне в лицо.

– Ир, ты знаешь, куда эти недоумки тащат нас?

Улыбнувшись, я потрепала её по голове.

– Спокойно, ребёнок! Пока ты со мной, никто тебя не тронет.

– Было бы кого бояться! – обиделась Дашка и в знак протеста снова лягнула вражеского тигра. – Убери ноги, урод! Ишь расселся как у себя дома.

К моему удивлению, парень ничего ей не возразил и, вообще, вражеские паладины смотрели на нас с таким выражением на лицах будто видят чудо-чудное. Причём за время полёта никто из них не проронил ни слова.

И ещё одно, двойняшка ни разу даже не глянула на девушку-дракона, которую Алекс довольно сильно поранил. Бледная как смерть, она скукожилась в одном из углов и, судя по виду, вот-вот должна была грохнуться в обморок.

– Чёрт возьми! – не выдержала я. – У вас что, совсем нет совести? Перевяжите девчонке рану, пока она совсем не истекла кровью!

Вражеские паладины дружно уставились на свою хозяйку, но она никак не отреагировала на их взгляды и сидела с равнодушной миной на физии. Вот ведь сучка!