– Ещё один такой взгляд, и я насажу тебя на эту палку как поросёнка на вертел! – прорычала я, не слишком склонная к милосердию.

Предательство Дэви задело меня куда сильней, чем я ожидала.

– Клятву верности! – потребовала я и, выдернув меч из груди веталы, занесла светящееся лезвие над его головой. – Быстро повторяй за мной, пока я не передумала!

На этот раз ветала не стал кочевряжиться и повторил за мной клятву верности. Откуда взялись её слова, мне не ведомо, как и то, на каком языке я их произнесла.

В завершение церемонии на моих ладонях вспыхнул уже знакомый знак – фигурный круг, перечёркнутый тёмно-красным крестом. Кстати, на этот раз все его четвертинки, испещрённые письменами, горели ровным золотым пламенем. Я влепила ветале сначала одну пощёчину, затем другую, и с признательностью посмотрела на мистера Вейса. Он ответил мне лёгким поклоном и повернулся к веталу.

– Не злись, Майя! Сам виноват, что госпожа посадила тебе на поводок, – прогудел он добродушным тоном.

Ветала из позы присевшего кузнечика перетёк в вертикальное положение. На его щеках по-прежнему светились знаки, оставленные моими ладонями, и я уж было подумала, что это навсегда, но они начали блекнуть, а затем исчезли совсем. Стоя передо мной, Майя не поднимал глаз, но, судя по спокойному лицу, он либо перестал злиться, либо лучше прятал свои чувства. Думаю, последнее было верней, хотя я больше не чувствовала исходящей от него злобы.

– Что я должен делать? – спросил он и быстро глянул на меня из-под завесы ресниц.

Первым моим порывом было послать его к чёрту, но вид Дэви, по-прежнему стоящей на коленях, заставил меня передумать. Слишком уж могущественную служанку подарил мне Шива. Без дополнительного стимула, думаю, её благодарность за избавление от мук довольно быстро иссякнет.

– Забирай свою банду и жди, когда я вас позову, – распорядилась я и на всякий случай предупредила: – И учти, если крестьяне пожалуются на убыль в своих рядах, я тебя самого скормлю собакам.

– Госпожа, мы истинные асуры, а не ракшасы! – вдруг раздался дрожащий от негодования голос. Это заговорил один из четвёрки веталов, что сопровождали Майю.

– Да? И в чём разница между истинными асурами и ракшасами? – поинтересовалась я у мальчишки-ветала. В том, что он очень молод у меня не было сомнений, для этого было достаточно посмотреть на его лицо, пылающее ярким румянцем.

– Мы – Небесные жители, а не людоеды! – с вызовом ответил ветала.

Я взмахнула мечом.

– Ответ не по существу. Значит ли это, что вы вегетарианцы?

– Нет, госпожа, – вмешалась Дэви. Она с изяществом поднялась с колен и поправила накидку на голове. – Мальчик хочет сказать, что веталов часто путают с ракшасами. Отсюда все недоразумения.

На лице мистера Вейса промелькнула лёгкая насмешка.

– Дэви, ты забыла упомянуть, что веталы развлекаются тем, что поднимают мертвецов на кладбище и в их образе разгуливают по Фандоре.

– Если добавить, что веталам для сохранения мертвецов, чей облик они приняли, нужно свежее человеческое мясо, то информация будет более или менее полной, – сказал Лотико и оглушительно свистнул.

Раздался отдалённый перестук и в рассветной мгле проявился силуэт несущейся к нам лошади.

Жеребец подлетел к Лотико и, всхрапнув, остановился. Абсолютно чёрный, поджарый, он, даже стоя на месте, беспокойно переступал копытами отчего под его блестящей шкурой упруго переливались тугие мышцы. Конь-огонь! От головы до кончика хвоста он был само изящество и сила, отлитые природой в совершенной форме. В общем, не конь, а мечта последователей Микеланджело.

Ах ты, красавец! Я коснулась кудрявой гривы жеребца, которой могла позавидовать любая королева красоты, и тот благосклонно глянул на меня чёрными как ночь глазами.

– Как его зовут? – спросила я Лотико.

– Василевс, – коротко ответил он и одобрительно похлопал жеребца по морде.

Когда он взлетел коню на спину, я, испугавшись разлуки, всё же смалодушничала.

– Как скоро ты вернёшься? – спросила я и тут же пожалела о своих словах.

– Не знаю. Скорей всего, не скоро, – последовал равнодушный ответ и у меня упало сердце, хотя, по идее, нужно было радоваться его отсутствию.

– Тогда будь добр, больше не возвращайся! – выкрикнула я, чувствуя при этом, что меня с неимоверной силой тянет к Лотико. Один его взгляд, и я бы бросилась следом за ним.

– Прости, этого я обещать не могу, – отозвался он, разворачивая Василевса к дороге, что вела в Расомское поместье.

Когда всадник и конь спустились вниз и скрылись за взгорком, кто-то легонько тронул меня за руку.

– Госпожа, вы должны поесть и отдохнуть.

Это была Дэви. Я глянула на неё затуманенными глазами, и она порывисто обняла меня, а затем повела к дому знахарки.

– Не нужно расстраиваться, госпожа! Вот увидите, он скоро вернётся, – добавила она мне в утешение.

– Нет! – усмехнувшись, я высвободилась из её объятий. – Надеюсь Антерос сдержит обещание и хоть на какое-то время оставит меня в покое.

На лице индианки промелькнуло сильнейшее замешательство.

– Простите, госпожа, я не знала, что вас преследует Антерос, – пробормотала она, глядя на меня с тем выражением, с каким в мире смертных смотрят на безнадёжных больных.

Реакция Дэви не добавила мне оптимизма. Я-то лелеяла надежду, что она подскажет мне, как избавиться от власти Антероса. Похоже, зря надеялась … и всё же не мешает её расспросить. Вдруг она знает нечто такое, что поможет побороть любовную чуму, которая как дамоклов меч висит над моей головой. Медлить с этим было нельзя. Если раньше тяга к Лотико была более или менее терпимой и я, собрав гордость в кулак, могла её преодолеть, то последняя встреча показала, что я уже на пределе. Думаю, если дальше так пойдёт, то он, как и обещал, всё же сведёт меня с ума. Брр!

Знахарка бросилась нам навстречу и, низко кланяясь, залепетала как она рада видеть меня. Мистер Тофус, выйдя из-за её спины, тоже поклонился и, одёрнув куцый пиджачишко, пропел мурлычущим голосом, что он страшно рад видеть такоту-доту в добром здравии.

Он больше прежнего походил на кота и моё настроение медленно, но, верно, пошло на подъём.

– Доброе утро, мистер Тофус, – вежливо поприветствовала я мага-врачевателя и, проходя мимо, погладила его по голове.

Боже мой! Нужно было видеть с какой скоростью он отпрыгнул от меня!

Вдобавок мистер Тофус прижал уши к голове и злобно оскалился. Ну, вылитый рассерженный кот!

– Такота-дота! Что вы себе позволяете? – прошипел он, гневно сверкая глазами.

Борясь со смехом, я напустила на себя смиренный вид и попыталась оправдаться:

– Извините, мистер Тофус! Это вышло нечаянно. Честное слово, я не хотела вас обидеть. Видимо, у меня шок после всех этих драчек, что сыплются на меня как из рога изобилия.

Злость маленького врачевателя иссякла так же быстро, как возникла. Вот что значит настоящий профессионал! Подойдя, мистер Тофус с деловитым видом взял меня за руку и пощупал пульс, а затем велел показать язык.

– Да, вы сейчас не в лучшей форме, – диагностировал он и погнал знахарку найти для меня корыто. – Вода прекрасно снимает усталость, телесную и душевную, – пояснил он с умным видом и я, опасаясь, расхохотаться, согласно кивнула.

– Спасибо, что не сердитесь, мистер Тофус.

– Отдыхайте и постарайтесь ни о чём не думать, – ответил он миролюбивым тоном.

После того, как корыто наполнили водой, он сыпанул в неё какие-то травы, и она засветилась зеленоватым светом.

– Надеюсь, мне не грозит превращение в царевну-лягушку? – на всякий случай поинтересовалась я, на что мистер Тофус состроил благопристойную мину на разбойничьей физиономии и заявил, что когда клиенты платят ему хорошие деньги, то он не имеет привычки шутить с ними дурные шутки. Так что пришлось поверить ему на слово.

Я задёрнула занавеску, отделяющую закуток для мытья от кухни, и, раздевшись, погрузилась в воду – насколько позволяли размеры корыта. Проснулась я оттого, что остыла не только вода, но и заметно похолодало. Видимо, прошло уже немало времени, если из кухни выветрилось тепло камина. Явившаяся Дэви добавила горячей воды в корыто и после мытья завернула меня в одолженную знахаркой полотняную простыню.