Раймонд тепло улыбнулся.

— Наконец-то вопрос по существу. Видишь ли, Курт, мы состоим в родстве. Не веришь, посмотри на Рихарда. Он никого тебе не напоминает?

Перед глазами де Фокса промелькнул фамильный портрет, которым так гордился его дед, и ему пришлось признать, что сходство просто поразительное. Раймонд ободряющим жестом сжал его плечо.

— Ты на верном пути. Карл Адлигвульф дед твоего деда и, следовательно, наш общий предок… не выдумывай! Ведь он не умер в своей постели, а пропал вскоре после рождения своего сына Ганса, не так ли? Зимой во время набега на франков?

— Да, но это ничего не доказывает…

— Узнаёшь?

Раймонд вытянул из-за ворота рубашки круглый кулон, и де Фокс дрогнул. Эта вещица с изображением трёх лисиц была знакома ему до мельчайших подробностей. В детстве он частенько перерисовывал родовой герб с портрета пращура в свой альбом. Не отдавая себе отчета, он требовательно протянул руку.

— Дайте!

Немного поколебавшись, вампир снял кулон с шеи. Де Фокс тщательно его осмотрел — все детали совпадали вплоть до отломанного кончика уха у одной из лисичек.

— Großvater говорил, что это подарок его жены, леди Кирстен. Он никогда с ним не расставался, — сказал неслышно подошедший Рихард Адлигвульф.

Де Фокс криво ухмыльнулся.

— Вот уж не ожидал встретить родственников среди вампиров. И кем мы приходимся друг другу?

Братья Адлигвульфы озадаченно переглянулись.

— Разве это важно? Главное, что мы родные по крови, — проговорил Раймонд.

— Курт, какого чёрта ты колеблешься? — воскликнул Юлиан. — Аделия, хоть ты скажи этому идиоту, что он ведёт себя как распоследний дурак, отказываясь от такого предложения.

— Заткнись, amigo! Только тебя ещё не хватало! — проворчал де Фокс и закрыл глаза, давая понять, что больше не желает разговаривать на эту тему.

— Интересно, как Карл Адлигвульф попал за вампирский барьер? — задумчиво протянула Аделия, глядя на братьев.

Они повернулись к ней и дружно ухмыльнулись.

— Это секрет, meine neugierige Hexe[122], — вкрадчиво проговорил Раймонд.

— Неужели? Думаю, это умение у вас в крови или вы используете какой-нибудь амулет.

Аделия внимательно следила за реакцией вампиров, но те ничем себя не выдали.

— Не переживайте, мадам. В любом случае проходить барьер могут лишь избранные единицы, — утешил её Рихард и в свою очередь смерил основательно потрёпанных ведьм испытующим взглядом. — Дамы, я рад, что вы решили задержаться и выслушать моё предложение.

— К рогатому ваши предложения! Мы не будем вашими рабами! — злобно проговорила израненная Руиса Файр, приподнявшись с земли.

— Ночному королевству и без вас хватает рабов. У меня другое предложение. Как вы смотрите на то, чтобы стать нашими союзницами?

— Исключено! — резко ответила Аделия.

— Сначала выслушайте.

— Нет смысла. Вы — враги всего живого, поэтому нам никогда не быть союзниками.

— И всё же, не торопитесь, мадам Верховная ведьма. Хоть вы молоды, но должны понимать, что на этот раз Ведьминским кругам не справиться с нашим нашествием.

Рихард встал вплотную к Аделии, и она усилием воли подавила желание попятиться от него.

— Ведь ваше племя вымирает, не так ли? — в его голосе зазвучали бархатные нотки. — Если не ошибаюсь, то триста лет назад вас было около двадцати тысяч, а сейчас осталось около пяти.

— Три с половиной тысячи, — машинально поправила она, и Эмма Секурите тут же коснулась её руки.

— Госпожа! Вряд ли стоит разглашать такие сведения нашим врагам.

Допущенная промашка вызвала досаду у Аделии, но она не чувствовала себя виноватой.

— Какая разница пять или три с половиной тысячи? Вампиры правы в одном, нам не выстоять в этой войне, — проговорила она ровным тоном и обратила свой взор к Рихарду Адлигвульфу. — Так что вы хотите предложить?

— Госпожа, это предательство! А как же люди? — возмущённо воскликнула глава Тайной гильдии.

— Успокойся, Эмма! Это не я, а люди предали нас. Эдайн отрёкся от веры предков и принял католичество, но этим дело не ограничилось. Ведьминские круги обвинили в том, что они якобы из мести сняли барьер и натравили вампиров на земли людей. Сейчас большинство наших ведовских обителей находятся на осадном положении. Если для их спасения нужно будет продать душу, то я это сделаю, причём, не колеблясь.

Эмма Секурите растеряно посмотрела на вампиров, прислушивающихся к их разговору.

— О, боги! Что же теперь будет? — пробормотала она и снова воззрилась на Верховную ведьму. — Госпожа, всё же хорошо подумайте, прежде чем идти на поводу у кровососов.

— Обязательно! — Аделия обвела взглядом испуганные полудетские лица ведьм из Тайной гильдии и ободряюще улыбнулась. — Давайте послушаем, что предложат вампиры, умереть мы всегда успеем, — в конце фразы её голос предательски дрогнул, и она сделала вид, что закашлялась.

— Госпожа, лучше умереть, чем быть прислужницами этих тварей! — выкрикнула Руиса Файр.

— Это запросто! Спорим, что больше получаса вы не продержитесь, — отозвался Раймонд Адлигвульф, и Тайная гильдия окружила Верховную ведьму, готовая дать отпор вампирам.

Рихард Адлигвульф примирительным жестом поднял руки.

— Спокойно, девочки! Никто вас не тронет.

— Вот именно! Была нужда воевать со всякими соплячками, — презрительно добавил Раймонд Адлигвульф.

— О, боги! Эриаты, прекратите эти дурацкие игры! — Аделия вырвалась из круга своей охраны. — Итак, сударь, что вы хотели предложить? Какая нам выгода от политического союза с вампирами?

— Это не совсем политический союз, — Рихард Адлигвульф сделал многозначительную паузу и добавил: — Скорей, семейный.

Ошарашенные ведьмы переглянулись и снова уставились на Верховную ведьму, ожидая, что она скажет.

— Что?.. Не понимаю! — пойманная врасплох, Аделия хлопнула ресницами, но тут же растерянность на её лице уступила место непроницаемой маске. — Необычное предложение. А нельзя узнать подробности?

— Видите ли, мадам, у нас вампиров из рода essere vivente, то есть живых, возникла большая проблема с женской половиной, и мы вынуждены идти на союз с людьми. Но от таких связей лишь мальчики наследуют вампирские признаки, а девочки за редким исключением, остаются людьми. Всё бы ничего, но полукровки постепенно теряют наши лучшие качества. Короче, мы вырождаемся.

— О, боги! То же самое происходит у нас, только наоборот! Мальчики вообще крайне редко наследуют ведовской дар.

— Эта схожесть бед заинтересовала наших учёных. В общем, они утверждают, что у нас должно быть жизнеспособное потомство.

Эмма Секурите насмешливо покосилась на Раймонда Адлигвульфа.

«Значит, первый раз за историю Ойкумены? — спросила она мысленно и тут же нахмурилась. — Скажите, кто-нибудь из нашего племени живёт на территории Ночного королевства?»

Сделав вид, что не слышит, вампир лениво потянулся и лёг на спину.

— Ясно! — подытожила Эмма Секурите.

— Что тебе ясно, ведьма? — с вызовом отозвался Раймонд, но тут вмешался Юлиан и перебил их начинающуюся пикировку.

— О! В Ночном королевстве есть учёные? И на каком вы уровне? — спросил он.

— А это мы сейчас узнаем, — Аделия прищурила глаза. — Скажите, господа вампиры, какой формы Ойкумена?

— Наша планета имеет форму шара, — ответил Раймонд и насмешливо улыбнулся. — Что, не верите?

— Нет! — дружно воскликнули ведьмы.

— Темнота, — снисходительно отозвался он и щёлкнул пальцами.

Перед зрительницами возникла крошечная модель солнечной системы, где располагалась Ойкумена, и вампир с умением настоящего преподавателя объяснил, как она устроена.

— Класс! А у вас есть летательные аппараты или вы только крыльями машете? — продолжал расспрашивать Юлиан.

— Когда-то были самолёты с магическими двигателями, пока Царица не уничтожила их вместе с изобретателями. В последнее время она совсем прикрыла исследовательские лаборатории и запретила заниматься науками. Живём теперь как средневековые варвары, — с печалью в голосе поведал Раймонд.