Де Фокс засмеялся и, посмотрев на сцену, вдруг нахмурился.

— Тысяча чертей! Это ещё что? — рыкнул он.

— Что? Что случилось?

— Ну-ка, идём ближе!

Расталкивая плотные ряды стоящего простонародья, зачарованно взирающего на девушку, граф уже целеустремлённо направился к театральным подмосткам. Юлиан пожал плечами, но не стал спорить с другом и устремился следом за ним. Увидев, что девушка парит нал сценой, он всё понял и стиснул зубы, проклиная всё на свете.

Они пробились почти к самой сцене, и в это время Цветанка замолчала. С растущей тревогой Юлиан смотрел на то, как на личике его любимой появилось незнакомое выражение. Неуловимым движением она скользнула к самому краю сцены и обвела ряды зрителей надменным взглядом.

— Господа, надеюсь, вам понравилось моё представление? — сказала она, и в её голосе отчётливо прозвучало шипение. — Перед тем как расстаться, я хочу порадовать вас небольшим экспромтом.

Девушка привстала на цыпочки и, раскинув руки, устремилась к ночному светилу, утонувшему в кровавой дымке. На её лице появилось торжественное выражение, и она начала читать удивительно ясным звучным голосом:

Плачет луна. Её тонкий серп почти гаснет.

— Хочу умереть навсегда! Мне не быть солнцем! Никто не полюбит меня, сгорая в огне буйной страсти!

— О, Матушка, не умирай! Мы любим тебя, — простонали Дети Ночи.

Раздался ужасный рык.

— Наша Мать горюет! Не допустим её печали! Вампиры, танец Крови в честь нашей богини!

Гневно вспыхнули красные очи, оскалились пасти с белоснежными клыками, зашумел воздух, взбитый мощными крылами. В звёздном небе плавно закружились тёмные фигуры.

Пронесся грозный клич:

— Докажем нашей Матери, что мы её любим!

Жуткие ангелы мести обрушились на города и села. Закричали от ужаса люди.

— Принимай наши дары, матушка! — гордо выпрямившись, прошипели Дети Ночи.

Луна улыбнулась. Её бледный лик просветлел, и тонкий серп начал расти.

— О, мои любимые дети! Я не никогда не оставлю вас. Мы всегда будем вместе!

Призрачная дорожка потянулась к обескровленным телам, лежащим у подножия древнего храма.

— Просыпайтесь, дети, настало ваше время, - звучат тоска и нежность в призрачном зове. — Ах, мои дорогие, сердце снова рвётся от боли, станцуйте и вы свой танец Крови.

Шатаясь, поднялись на ноги самые красивые юноши и девушки, принесенные в жертву. За их спинами бесшумно развернулись крылья с зубчато-рваными краями. Протянув руки к луне, они взмыли в небо.

— О да, родная! Мы станцуем новый танец Крови!

Крылатая стая упала на несчастные земли и люди снова стали дичью.

Оторвавшись от своих жертв, юные вампиры подняли к небу перепачканные кровью лица.

— Матушка, ты довольна?

Бледный лик луны окрасился счастливым багрянцем.

— О да, дети! Вы изумительно прекрасны! Мои дорогие, примите награду.

Свет луны коснулся восторженных лиц Детей Ночи и навсегда окрасил кровью распахнутые очи.

В амфитеатре повисла мёртвая тишина. Вместе со всеми Юлиан зачарованно взирал, как у ног воздушной фигурки девушки заклубились ленты лунного света, окрашенные кровью. Они обернули её плотным светящимся коконом и скрыли от глаз зрителей, но ненадолго. Вдруг огромные кожистые крылья развернулись, разорвав непрочную оболочку из света, и она высоко взлетела.

Глядя на поднятые к ней потрясённые лица людей, девушка клыкасто улыбнулась и протянула к ним руки.

— О мои дети! Не бойтесь, я принесла вам радость вечной жизни.

«Ну, дела!» — напряжённый как струна Юлиан быстро огляделся по сторонам и, заметив цепочки женщин в необычных облегающих одеждах, замелькавших в толпе, коротко выругался. Ловкие как кошки, ведьмы целеустремлённо двигались к сцене. «Блин! Кажется, это Тайная гильдия!.. Нужно что-то делать!» — лихорадочно подумал он и задрал голову вверх. Увы! Парящая в высоте Цветанка была вне его досягаемости.

— Финист, можешь заставить её спуститься вниз? — обратился он к соколу.

В знак согласия тот резко крикнул и без промедления ринулся к девушке.

— Будь осторожен, не покалечь нашу дурочку! — выкрикнул Юлиан.

— Нашёл о ком беспокоиться! Смотри, как бы вампирка не прикончила Финиста. Подожди, сейчас она у меня спустится…

При виде метательного ножа у де Фокса, Юлиан вскрикнул и, предваряя его бросок, ударил по руке.

— Курт, не смей! Ранишь Цветика, и мы враги!

Граф злобно оскалился.

— Инкуб, совсем сдурел от любви? Твоей жены больше нет, а есть враг всего человечества, — немного поколебавшись, он с мрачным видом протянул нож Юлиану. — Хорошо, убей её сам, пока до неё не добрались ведьмы.

— С ума сошёл? Только не это!

— Ну и дурак! Этим ты убережёшь её от лишних страданий, — голос де Фокса дрогнул. — Ладно, вижу, ты на это не способен, я окажу тебе услугу.

— Нет!

— Поверь, так будет лучше. Неужели ты хочешь, чтобы девочку терзал королевский палач?

На лице Юлиана появилось ледяное спокойствие.

— Никто не посмеет тронуть мою жену, — резко сказал он, и в свою очередь выхватил меч. — Курт, не становись на моём пути! Я убью каждого, кто посмеет причинить ей вред.

— Она вампир!

— А мне плевать! Как видишь, я жив и здоров.

— Идиот! Ведьмы тоже не заражаются вампиризмом, зато мы люди становимся заживо гниющими куклами!

— А ты ничего не путаешь? — удивился юноша. — Это зомби, а не вампиры.

— Юлиан, тише! Не настраивай людей против себя, — предостерёг граф и быстро проговорил, пытаясь воззвать к благоразумию юноши: — Согласно легендам, после укуса нечисти люди превращаются в кровожадных мертвецов, которые постепенно разлагаются. Лишь единицы из них вампиры превращают в себе подобных. Они не дают свою кровь кому попало. Трактаты гласят, что только лорды-вампиры занимаются отбором молодняка, причём с разрешения Царицы вампиров и используют при этом какие-то свои критерии. Поэтому ни у кого из людей нет уверенности, что они станут вампирами, а не зомби.

Вздохнув, юноша опустил меч.

— Чёрт знает что! У вас всё не так как в нормальных мирах, — он прищурился, глядя на приятеля. — А ты много знаешь о вампирах.

— Это обязанность любого члена инквизиции, знать назубок виды нечисти и методы её истребления, особенно вампиров, — ответил де Фокс и бросил насторожённый взгляд по сторонам. — Быстрей решай, что делать! — поторопил он юношу, видя, что на лицах напуганных обывателей, постепенно прорисовывается остервенелое выражение.

— Приведи коней, остальное я беру на себя. Быстро! — приказал Юлиан тоном, не терпящим возражений.

Де Фокс мгновение ещё колебался, а затем, гневно сверкнув глазами, бросился к конной привязи.

Тем временем в небе разгорелась воздушная битва. Сокол с резким криком летал вокруг Цветанки и бил её крыльями по голове. К удивлению Юлиана, она лишь заполошно махала руками, спасаясь от яростных атак Финиста. Мало того исчезла легкость движений, с которой она держалась в воздухе, и у него возникло ощущение, что она разучилась летать. Оправдывая его опасения, девушка камнем полетела вниз.

— Крылья, Цветик! Вспомни, у тебя есть крылья!.. Пошли к чёрту, мать вашу!

Расталкивая народ, Юлиан устремился к ней.

Цветанка услышала его и неуклюже взмахнула крыльями. С трудом долетев до него, она рухнула вниз, но юноша успел поймать её в объятия.

— Осторожней! — предупредил он, когда девушка, вставая, запуталась в крыльях и чуть снова не упала.

— Хабиб! Что со мной? — пролепетала она и с плачем повисла на его шее.

— Хороший вопрос. Жаль, что нет времени на ответ, — нетерпеливо отозвался Юлиан. — Пошёл вон, мудак! — он пнул в бедро высокого мужчину, попытавшегося схватить девушку за крыло. — Цыплёнок, хватит сырость разводить, пора делать ноги, — он попытался взять её на руки, но ему мешали её крылья. — Блин! Ведьмы уже на подходе. Убери ты свои чёртовы крылья!