Зажмурив глаза, Цветанка проговаривала материнский наговор.

— Мать Небес, не будь скупа, — шептала она скороговоркой.

«Понятно. А вот и колдунья, что вытащила парня с того света», — Аделия уважительно глянула на девушку. «Однако ж! Какой сильный природный дар», — подумала она, когда вокруг той начала концентрироваться стихийная магическая энергия.

Ведьма подскочила к Цветанке, и её ладонь прочно запечатала ей рот.

— Немедленно замолчи! — приказала она и, отвечая на мольбу девушки, застывшую в её глазах, пояснила: — Своим неумелым колдовством ты убиваешь его.

Когда Цветанка замычала и в знак согласия затрясла головой, ведьма убрала ладонь.

— Простите, ханум! Честное слово, я хотела только помочь! Умоляю вас, пожалуйста, спасите Юлиана! Я отдам вам всё, что у меня есть! — выкрикнула она, ломая руки.

Женщины понимающе переглянулись и трактирщица, подхватив девушку под руку, потащила её прочь из комнаты.

— Ну-ка идём, красавица. Незачем здесь торчать, мешая госпоже Аделии заниматься делом.

У выхода из комнаты они всё же застряли. Цветанка уперлась, не желая уходить, но трактирщица была неумолима и, вытолкнув её за дверь, снова потащила за собой.

Когда они оказались в зале, Руника нырнула под стойку и извлекла из-под неё здоровенный гроссбух.

— Вот! Держи мою бухгалтерию. Скоро ко мне нагрянут сборщики пошлины, а здесь ещё конь не валялся, — сказала она и, правильно расценив недоумение девушки, пояснила: — Твой муженек, перед тем как окончательно отрубиться, хвастался что ты великая грамотейка и в своё время заправляла отцовским трактиром. Вот и помоги мне разобраться со счетами, а то нашего писаря не докличешься. К тому же он редкостная свинья и больше норовит залезть под юбку, чем занимается делом.

Цветанка удивлённо посмотрела на трактирщицу.

— Вы нанимаете человека со стороны для ведения счетов? Это же очень накладно.

— Не то слово, деточка! А что делать, если я не разумею грамоту, — скривившись, отозвалась она и опрометчиво дунула на обложку гроссбуха. — Тьфу! Пылищи-то!

Когда обе откашлялись, трактирщица с надеждой воззрилась на Цветанку.

— Ну, как разберёшься?

— Вроде бы всё понятно, — отозвалась девушка (после того как полистала любимый документ современных налоговиков).

С некоторым сомнением на лице она всё же вооружилась пером и чернильницей, предварительно вытряхнув из неё дохлых мух.

Обрадованная трактирщица выдала Цветанке пузырёк с припасёнными свежими чернилами. Это был подарок писаря, очень рассчитывавшего на свою обычную работу. Затем она повернулась к залу и окинула его орлиным взором. Только что подошёл богатый караван, и многочисленные посетители громко стучали кулаками по столам, требуя еду и выпивку. К счастью, массивные дубовые столешницы были привычны и не к такому обращению.

Предвкушающая хорошую выручку трактирщица оживилась, но помощники подпортили ей настроение. Служанки, вместо того чтобы обслуживать посетителей, любезничали с молодыми людьми, а мальчик на побегушках забился в укромный уголок, где развлекался тем, что дёргал за хвост приблудного рыжего кота.

— Эй, Рузи, Марьяна! Пошевеливайтесь, бесстыжие! — выкрикнула трактирщица и её зычный голос легко перекрыл шум в зале. — Арон, принеси господам у окна жаркое. Живей, мой мальчик, хватит считать ворон. Эй, кто-нибудь! Уберите посуду со стола у выхода, там уже поели!

Призванные к порядку служанки бросились к посетителям и в зале вновь зазвучали их протестующие взвизги и мужской хохот.

Видя, что девчонки не справляются, трактирщица сама направилась к хорошо одетому солидному мужчине, вошедшему в трактир.

— О господин Рудштейн! Не передать словами, как я рада вашему визиту, — пропела белокурая красотка и взяла несмелого посетителя под локоток. — Проходите-проходите, не пугайтесь, я провожу вас.

— Может, я зайду к вам попозже, достопочтенная госпожа Клейн? — пролепетал застенчивый господин Рудештейн, обильно потея очками, но трактирщица не дала ему удрать и повела к столу, стоящему вдали от караванщиков. На этот раз среди них было много южан, которые привыкли громко орать и жестикулировать во время еды, что со стороны смотрелось так, будто они вот-вот подерутся.

— О нет! Я не отпущу вас, уважаемый господин Рудштейн. Как можно оставить вас без обеда? Посмотрите, вот и ваш любимый столик свободен. Лучше скажите, что вы будете пить, пока готовится луковый суп и шницель с жареным картофелем? Красное рейнское или хотите что-нибудь новенькое попробовать?..

Усадив давнего ухажера, который всё не решался сделать ей предложение, трактирщица отправилась в кухню. По дороге она отмахивалась от нетерпеливых караванщиков, пытающихся привлечь её внимание. С беззлобной улыбкой на лице она шлёпала по тянущимся к ней рукам. Перекрывая шум и гам, по залу разносился её веселый голос:

— В болото вас, парни! Не умрёте! Можно подумать вы всю дорогу голодали. Потерпите, всё равно на такую ораву приготовленной еды не хватит и вам придётся подождать… Девушки, живо пива! Тут посетители жалуются, что у них пустыня во рту... Руки, красавчик! Я тоже от тебя без ума, но вряд ли твоя жена обрадуется пополнению в доме… ну, да, ну, да! Все вы холостые, как только оказываетесь за порогом родного дома... Милый, может, охладишь свой пыл? Попробуй моего домашнего винца. Божественный напиток! Выпьешь и сразу окажешься в раю. Тю, на вас, жеребцы! Хватит ржать! Ну, так как, нести вино?.. Э нет, дорогуша, за такие деньги я и ослиной мочи тебе не продам. Гони ещё три крейцера.

Спустя некоторое время запыхавшаяся трактирщица подскочила к стойке.

— Ну, как дела, девочка?

— Всё готово, — деловито отозвалась Цветанка, захлопывая обширную книженцию. Она тщательно вытерла гусиное перо, перед тем как поставить его в стакан и вопросительно посмотрела на Рунику. — Вижу, вам туго приходится.Может, нужна моя помощь?

— Рыбонька! — воскликнула та, просияв. — Ты даже не представляешь, как выручишь меня, если поможешь с разноской. Племянницы уже сбились с ног.

— Нет проблем! — весело воскликнула девушка, повторив фразу, услышанную от Юлиана.

— А?

Поймав недоуменный взгляд трактирщицы, она сконфузилась.

— Я хотела сказать, что согласна.

— А! Теперь ясно. Вот тебе фартук и поднос. Эта еда для компании у третьего окна от входа, а эта для парочки оглоедов поблизости от них, — видя, что девушка не может найти клиентов дополнительного заказа, хозяйка нетерпеливо пояснила: — Видишь, белокурого красавчика со зверообразным коротышкой? Это для них. Всё! Я побежала на кухню.

Ориентир оказался верным, взгляд Цветанки сразу наткнулся на красивого молодого человека. Она подхватила тяжёлый поднос, оставленный трактирщицей, и поспешила к указанным столам.

Вдруг шум на дороге усилился. Раздались крики погонщиков и храп осаживаемых коней. Вслед за тем прозвучал залихватский свист. Кто-то громко выкрикнул на непонятном языке, а затем раздался дружный хохот.

Трактирщица подскочила к окну и при виде парней в экзотической одежде, суетящихся у телег с грузом, сокрушённо воскликнула:

— О боги! Не может быть! Пожаловал ещё один караван. Да, что ж это за напасть сегодня такая? Нужно срочно посылать за продуктами. А-арон! Где ты шляешься, негодник?

Заслышав зов, мальчишка попытался ускользнуть к выходу, прячась за спинами посетителей, но фокус не удался. Трактирщица ужом скользнула следом за ним и, догнав, крепко ухватила за ухо.

— Ну-ка, постой, паршивец! Живо дуй в деревню и кровь из носу найди дядьку Ганса. Скажи, что у меня остановился второй караван. Он знает, что делать. Учти, если по дороге заиграешься с мальчишками, то не посмотрю, что ты родной племянник, выгоню взашей. Понял? Пусть ваша мать, кошка загульная, сама с вами с утра до ночи валандается. Настрогала тут кучу племянников на мою бедную голову! — воскликнула она и в сердцах влепила мальчишке звонкую затрещину, но тот не обиделся.

С умильным выражением на хитрой рожице, он быстро затараторил: