Спустя две-три недели Арпад сходил к сейфу в «Креди Сюисс», взять денег на оплату их шале в Вербье. Благодаря опять-таки чудесной черной кассе они каждый год снимали на зиму роскошное шале, свое гнездышко для выходных и отпусков.

Открыв сейф, Арпад решил пересчитать деньги. Просто чтобы прикинуть, сколько осталось. При подсчете он и обнаружил, что сейф пополнился на несколько сотен тысяч евро. У него кровь застыла в жилах: Софи взяла деньги у отца. В тот же вечер Арпад уличил ее во лжи. Вспыхнула ссора.

— Твой отец воспользовался приездом в Швейцарию и сплавил тебе еще бабла! — негодовал Арпад.

Она поначалу отнекивалась:

— Ничего подобного!

— Хватит держать меня за идиота! Там в сейфе на сотни тысяч евро больше.

Она растерялась. Запираться дальше не имело смысла.

— Не знала, что ты пересчитываешь деньги.

— Только чтобы убедиться, что ты их не тратишь невесть на что!

Он тут же пожалел, что бессмысленно сорвался. Софи испепелила его взглядом:

— Как это мелко, Арпад.

— Прости… брякнул, не подумав. Но обещай, что с этим покончено, Софи. Больше никаких денег от Бернара. Нас в конце концов накроют.

Спустя три года, стоя у сейфа и готовясь стрельнуть оттуда наличных на подарок Софи ко дню рождения, Арпад подумал, что серьезные разногласия у них в семье всегда случались из-за денег.

Софи вняла его увещеваниям. После той сцены в 2019 году новых денег в сейфе не появлялось. И понемногу из-за их роскошного образа жизни сокровище заметно подтаяло.

Арпад взял пачку банкнот и вытащил оттуда, сколько нужно, чтобы купить у Картье кольцо. В последние месяцы он регулярно так одалживался. И начинал побаиваться, что Софи заметит его расходы. Нужно побыстрей вернуть деньги в сейф.

17 час. 30 мин., в Главном управлении полиции Женевы.

Рабочий день у Грега закончился. Он как раз переодевался в штатское в раздевалке, когда ему сказали, что его ждут. «Там инспекторша из уголовки хочет тебя видеть, какая-то подпись ей нужна». Он сразу догадался, о ком речь.

Марион Брюлье он нашел на выходе из помещений своего элитного подразделения. Разряжена в пух и прах — кожаная мини-юбка, каблуки. На работе она в таком виде явно не появлялась.

— Не хочешь чего-нибудь выпить? — предложила она.

Само собой, он хотел.

В непосредственной близости от здания полиции было несколько баров, но он повел ее в заведение подальше и поскромнее, где не было риска встретить коллег, возможно, знакомых с Карин.

— Ты на сообщения не ответил, — упрекнула его Марион, когда они уселись за столик.

— Прости, мне очень жаль…

— Это мне жаль. Понимаю, я тебя не интересую… Я просто… просто недопоняла. Унижалась с этими дурацкими фото. Больше не буду.

Он взял ее за руку:

— Мне страшно понравились твои фото. И ты сама мне невероятно нравишься… Можно быть с тобой совсем откровенным?

— Конечно.

Он чуть не заговорил про жену и детей, но решил, что лучше воздержаться.

— Я могу застрелить человека с трехсот метров, но делать хорошие селфи пока не научился.

Она игриво улыбнулась:

— Могу научить.

Он включился в игру:

— Да ну?

— Я не просто хорошая полисменша, знаешь ли… На моем луке не одна тетива.

— И что у тебя за тетивы-бечевы? — Перед глазами Грега вдруг всплыла картина: Софи в наручниках отдается Арпаду.

— Ах, вот что ты любишь, шалун? — прошептала она.

Грег вдруг невероятно возбудился. Он представил себе пленницу, представил, что она — Софи. В голове у него роились тысячи мыслей, он проявил опасную беспечность, а неприятности уже сгущались на горизонте. В нескольких сотнях метров оттуда сотрудник, ответственный за экипировку, снова и снова пересчитывал камеры наблюдения. Одной не хватало.

В те же минуты человек из серого «пежо» прогуливался по улице Роны, под окнами здания, где находилась контора Софи. Великий день настал. Он приехал в Женеву неделю назад. Неделю он ждал этого момента.

Софи стояла в холле здания и разговаривала по телефону с Арпадом.

— Ты когда домой? — спросил он. — Я уже дома, шампанское откупорено, с детьми занимается бебиситтерша. Не хватает только тебя.

— Я еще на минутку задержусь в конторе, — солгала она. — Мне надо обязательно подготовить для клиента один документ. Я скоро.

— Не пропусти собственный праздник! — поддразнил ее Арпад.

— Да нет же, честное слово!

— А то я разопью шампанское с бебиситтершей и уеду с ней.

— Подожди меня, дуралей!

Оба рассмеялись. Она нажала на отбой и, толкнув тяжелую дверь здания, оказалась на залитой солнцем улице.

Человек из «пежо» заметил ее и бросился к ней:

— С днем рождения, Софи!

Софи обернулась, и лицо ее просияло. Она повисла у него на шее:

— Хищник! Хищник!

Они крепко обнялись.

Он был счастлив встретиться с ней снова. Он не видел ее три года. И теперь, любуясь ею вблизи, убедился, что она нисколько не изменилась. Наоборот, со временем стала еще красивее, если это вообще возможно.

Сам он сиял. Софи поразила его красота. Казалось, время над ним не властно. Загорелое лицо, все то же тело атлета под футболкой.

— Пошли, — сказала она. — Я нам забронировала столик в ужасно симпатичном месте, у воды. Отличные коктейли, отличная музыка.

Терраса находилась в двух шагах. Место было довольно модное, и публика поначалу несколько смутила Хищника: ему показалось, что он недостаточно хорошо одет. Надо было рубашку купить. Ему хотелось быть на высоте. Но Софи, как всегда, немедленно разрядила обстановку:

— Ты откуда? Что тебя сюда привело? Ты надолго?

— Давай по очереди, — улыбнулся Хищник. — В Женеву я только что приехал. До этого был во Франции, но это ты и так знаешь, если получила последние мои письма.

— Я храню все твои письма. Как зеницу ока.

— Как дела у Арпада? — спросил Хищник.

— Хорошо у него дела. У нас вообще все хорошо.

— Заметно. Выглядишь замечательно. Никогда еще не была такой красавицей.

Она привыкла к комплиментам, но тут почти покраснела и шепнула:

— Спасибо.

— А дети как?

— Растут, да так быстро. Смотри…

Она достала телефон, показала семейные фотографии. Но Хищник смотрел не столько на экран, сколько на нее.

— Ты так и не сказал, зачем приехал в Женеву, — еще раз спросила Софи.

Он широко улыбнулся и ответил так, словно это само собой разумелось:

— К тебе. Только из-за тебя. Мне хотелось снова тебя увидеть. В Сан-Ремо у нас точно был не последний раз.

Они провели вместе три дня, и через час должны расстаться. Хищник всегда тяжело переносил разлуку. Но сейчас был особенно мучительный момент: Софи дала понять, что все кончено. Что продолжать она больше не может. Не может больше так поступать с мужем и детьми. И Хищник знал, что с ними ему бороться бесполезно.

По просьбе Хищника они немного прошлись по пляжу. Несмотря на свой вид, он был застенчив. Наконец решился и взял ее за руку, она ее не отняла. Шли молча. Когда настала пора расставаться, она заплакала. Он был рад ее слезам. Выходит, он что-то для нее значил.

Из Сан-Ремо Софи вернулась на взятой напрокат машине в Ниццу, откуда должна была лететь в Женеву. Не доезжая до аэропорта, она позвонила Арпаду.

— Ну как там в Лондоне? — спросил он.

— Все хорошо. Думаю, Самюэль доволен. Я так упарилась, скорей бы вернуться.

На террасе Хищник повторил:

— В Сан-Ремо у нас точно был не последний раз!

Она промолчала. Он протянул ей открытку. Обычную поздравительную открытку с картинкой, какие продают в супермаркетах. Он жалел, что не купил подходящий конверт. Было бы шикарнее. Но ей было абсолютно наплевать. Она открыла поздравление и, прочитав, что написал Хищник, почувствовала комок в горле.