А потом вдруг пулемет полегчал и патроны кончились. Тильда опустила машину, чувствуя, как онемели руки. Неожиданный внутренний покой боролся в ней со странным чувством разочарования.

Несколько ударов сердца царила тишина. Потом трибуны взорвались радостным гулом.

Тильда обернулась к мужу.

Тот счастливо улыбался и показывал ей два больших пальца.

Тильда улыбнулась ему в ответ.

Как же хорошо, когда можно просто стрелять!

23.1. Тильда Весёлова и совершенно безопасный турнир

После сеанса пострелушек Тильда как-то так хорошо успокоилась, что почти парила в облаках. Ей стало спокойно и легко, она наконец-то начала получать удовольствие от собственной свадьбы — как шепнула ей на ухо Айна, подсаживаясь рядом, «давно бы так!».

Андрей подливал ей вина — «Ночную суть», то самое, которое продавалось как «сумиранское темное», — Айна, сидевшая по левую руку от нее, весело с ней болтала, Агриппина Ураганова произнесла какую-то очень забавную речь на открытии магической части турнира, которой все бурно аплодировали — все прошло мимо Тильды. Она опомнилась только, когда Айна вдруг уступила место Ульну, который крепко обнял ее и сказал:

— Ну что, мы с Бером теперь отсюда посмотрим, ладно? У вас тут вид лучше всего, а самое интересное начинается. Тетя Айна сказала, что не против.

— Здравствуйте, госпожа, — смущенно сказал Бер, пристроившийся позади Ульна.

— Ну и ну, — засмеялась Тильда, — оборомоты! Я думала, вы собрались с поля смотреть?

Действительно, был у них такой разговор, когда она решала, как разместить «своих» гостей.

— Ну, был, — Ульн слегка смутился. — Но оттуда оказалось плохо видно. А сейчас будут драконы!

Драконы — это, конечно, аргумент.

Тильда очень порадовалась тому, что ее сын все-таки еще не до конца вырос. Да, политические соображения, да, забота о своем округе, да, альянсы между родами — но драконы! Даже не так — ДРАКОНЫ! И все, политика и ответственность забыты, в глазах загорелись звездочки, и сын с абсолютно детским восторгом (что не удивительно в его десять-одиннадцать лет, смотря как считать) собирается любоваться воздушной акробатикой!

Хотя, казалось бы, имел возможность насмотреться на драконов еще при полете сюда с Леонины: они частенько выгуливались рядом с метакосмическим крейсером, на котором они летели, а окна — то есть иллюминаторы — в нем были.

— За кого болеешь? — спросила Тильда.

— За тетю Лёвку, конечно!

Эту историю Тильда тоже знала. Левкиппа Ураганова всю жизнь занималась фермой, из которой постепенно вырос урагановский агрохолдинг, и воспитанием многочисленной детворы — у Урагановых, естественно, на пять жен было больше десятка родных детей и еще сколько-то приемных, вывезенных больше двадцати лет назад с базы Древних Магов в метакосмосе. Но после гибели или переноса сознания Аркадия Весёлова, когда им, во-первых, пришлось разбираться с политическим кризисом, а во-вторых, приостановить ряд своих проектов, некоторые Урагановы пересмотрели свои жизненные приоритеты. В том числе и Левкиппа. Как она сама весело сказала Тильде: «Полвека хозяйствовать на своей земле — это здорово, такое счастье мало кому дается! Но хочется же еще и другим чем-то заняться!»

Левкиппа занялась тренировкой драконов, как она раньше занималась тренировкой лошадей. Даже обзавелась собственным зверем — еще очень молодой драконицей Зорькой (имя почему-то заставляло всех фыркать, но Тильда пока недостаточно погрузилась в Орденскую культуру, чтобы понять, почему), которая только-только два года назад достигла размера, когда на ней можно ездить верхом. Однако Левкиппа собиралась участвовать в соревнованиях среди юниоров: категории распределялись по возрасту зверей, а не по возрасту всадников.

Драконы выглядели здорово, говорить нечего. Гибкие тела, не столько чешуйчатые, сколько кожаные, но будто бы отполированные, — на этой коже веселым блеском отражалось солнце. Разноцветные, причем цвета не привычные для животного царства или даже для ящериц, а скорее птичьи: разнообразные, контрастные, «кто во что горазд». Да еще и раскрашены драконы были причудливо, как украшения на крестьянской свадьбе — в полосы, пятна…

Во время полета из своего родного мира на Старую Терру Тильда выучила клички Урагановских драконов. И, естественно, она знала Морковку — дракона Лиса. С ним он, кстати, не то что не спешил выступать — он вообще как-то очень секретничал, чтобы никто и никогда не заметил, что он навещает этого дракона в урагановских стойлах отдельно или отдает ему предпочтение, и уж тем более — что он иногда выгуливает его в метакосмосе!

К Лёвке, однако, эти ограничения не применялись: в ее Зорьке не было абсолютно ничего тайного или секретного. Просто новый компаньон одной из жен в «Урагановской пятерке».

Когда драконы все же вылетели на поле и начали весело кувыркаться в синем небе, Тильда немедленно нашла Лёвку глазами: изящная золотистая Зорька, чуть меньше остальных драконов — не столько из-за возраста, сколько по личным особенностям — хорошо выделялась среди прочих пестрых тел.

Драконы покувыркались немного и разлетелись: их время настанет позже, сначала — другие дисциплины в магоборье. А то после драконов никто и смотреть ни на что не захочет!

Все это уже гораздо больше походило на обычные соревнования, чем на свадьбу — просто Тильда была в ложе для почетных гостей, с накрытым праздничным столом. Но в целом атмосфера была совсем другая, чем на Леониде: люди сюда явно пришли не столько показать себя для будущих наймов и заключить политические альянсы, сколько просто развлечься, хорошо провести время и — в случае самих соревнующихся — потешить гордость. Поэтому общее настроение на легких сборных трибунах, установленных по краю полигона (часть приглашенных расположилась просто на земле за ленточкой, расстелив пластиковые коврики или поставив складные стулья) было более легкомысленным, праздничным. Может быть, даже немного пресыщенным? Люди смотрели на чудеса, которые проделывали участники, почти снисходительно: мол, чем ты еще сможешь удивить меня, маг?

А удивить на самом деле было, чем.

Таинственное магоборье, про которое Тильда толком не успела прочитать, включало в себя несколько дисциплин. Полет с препятствиями, управляемый телекинез (правила постоянно менялись, потому что телекинез можно было использовать самым разным образом), разного рода состязания по управлению воздухом, водой, огнем и землей — все очень зрелищно!

И всякие дуэли, сиречь, парные соревнования — но не прямо боевые, как оказалось, прямой магический бой, даже в развлекательном виде, в Ордене запрещен. Исключение делалось для постановочных боев — но там нужно было заранее подать судьям сценарий боя, и шло соревнование между парами «бойцов»: парам выставлялись баллы за изобретательность, артистизм и соответствие принципам реальной боевой тактики, а за серьезные отступления от утвержденного сценария назначались штрафы. Однако в программе их турнира этого предусмотрено не было — как Тильда поняла, ради нее, и она за это очень была Андрею и Лису благодарна.

Однако все остальное все равно выглядело настолько впечатляюще! Ледяные скульптуры и фонтаны из снега и пара, фигурные огни, зависшие в воздухе водопады… Тильда даже представить не могла, что магия — это не только так полезно, но и великолепно. Лис отдавал предпочтение утилитарной стороне магии, а то, что Тильда видела в обучающих роликах, она воспринимала как подделку: Лис ее с самого начала предупредил, что здесь все, что снято на видео, по умолчанию следует считать просто очень качественно нарисованным.

Больше всего Тильду удивило, что Ульн уже настолько проникся этим всем, что отпускал комментарии по поводу мастерства и изобретательности участников, как будто много лет смотрел такие соревнования и прекрасно в них разбирался.

— У этого точность хромает, — авторитетно говорил он. — Энергии много вкладывает, но без толку, паразитные эффекты по краям получаются, даже без магического зрения видно!