Я повернула голову к Фераро. Наши лица были близко-близко. Я чувствовала его дыхание.

— Что это было? Тоже часть легенды?

— Аврора, — вместо ответа произнёс Фераро и поцеловал меня.

Это было настолько неожиданно, что от растерянности я раскрыла рот, и поцелуй сразу стал настоящим. И с каждой секундой он становился всё более жадным. Когда Фераро остановился, он посмотрел на меня и спросил:

— Бить не будете?

Я его шутливо оттолкнула.

— Нет, Альберт, бить вас не буду. Но вы должны знать…

— Что? — спросил он с притворным мужеством.

— Что это был мой второй поцелуй в этом мире, и его снова забрали вы.

А лицо Фераро вдруг стало серьёзным. Он обнял меня, не делая попыток поцеловать. Просто прижал к себе. Молча. И почему-то в этом жесте мне почудилось какое-то отчаяние.

Когда мы вышли с острова, я пыталась решить для себя дилемму: что делать, если он пригласит меня к себе домой? С одной стороны, я взрослая женщина, и я уже всё себе разрешила. А с другой — у меня устоявшаяся жизнь. Меня всё устраивает. Я не хочу ничего менять.

И когда машина притормозила у гостиницы, я выдохнула с облегчением.

— Спасибо, Альберт.

А он, как будто прочитав мои мысли, мягко улыбнулся.

— Доброй ночи, Аврора.

А на следующее утро мне принесли конверт. Прямо в гостиницу. Имени отправителя не было. Портье сказал, что конверт положили в почтовый ящик гостиницы, а следящих артефактов над ним нет, поэтому установить, кто его принёс, не представляется возможным.

Но на нём был написан мой номер и моё имя. Именно поэтому его передали мне.

Я открыла конверт и обнаружила артефакт, который используется для записи изображения. Причём стандартный — такие часто использовались в инквизиции. У меня в гостинице был портативный проигрыватель, и перед выходом я решила сразу его просмотреть.

Я активировала артефакт, выведя изображение на планшет — и уже через несколько секунд поняла, что смотрю на хранилище. То самое, из которого похитили Венец. В правом нижнем углу горела дата.

День, в который произошло похищение.

На записи не было видно охрану, как на той записи, которую мы признали подменой. На фальшивке охрана была, а здесь нет.

На этой записи, уверенной походкой того, кто точно знает, что никто его не поймает, шёл мужчина. Я видела его спину. И то, как он подошёл к прозрачному саркофагу с венцом. Я затаила дыхание: вот сейчас он обернётся…но на этом запись обрывалась.

Я снова и снова прокручивала запись, смотрела на спину похитителя, и ловила себя на мысли, что ищу в ней хоть что-то знакомое.

Первым делом я зашла к Арману, но его в номере не было.

«Вероятно, он оставил мне записку внизу», — подумала я.

Спустившись, я спросила портье, но тот отрицательно покачал головой:

— Нет, госпожа, для вас сегодня был только пакет.

И тогда я, схватив кофе, вышла из гостиницы. Машина, которую мне выделил Фераро, стояла на месте. Я удивилась, почему-то думала, что, если Арман уехал, то и машину забрал.

Лейтенант Тревор, увидев меня, вышел и распахнул дверь.

— Доброе утро, лейтенант. А вы за мной вернулись?

Он удивлённо на меня взглянул:

— Нет, госпожа подполковник, я здесь стою уже сорок минут. Я каждое утро приезжаю в одно и то же время.

— Тогда, наверное, вы видели, как уезжал полковник Арман Роше?

— Никак нет, госпожа подполковник.

Почему-то мне стало тревожно. Не мог же Арман встать настолько рано, чтобы ринуться на работу, не зайдя ко мне, не оставив распоряжений, да ещё и так, что его никто не видел.

— Постойте здесь, — зачем-то попросила я лейтенанта и рванула обратно в гостиницу.

Остановившись у стойки, я спросила:

— Вы видели, как господин Роше выходил из отеля?

— Сожалею, госпожа, я только в восемь заступил на смену, — ответил портье.

— Дайте мне ключ от номера господина Роше, — потребовала я.

Пусть лучше я наткнусь на Роше в нижнем белье, зато буду спокойна, что не бросила его.

Мысли бродили разные.

— Сожалею, но я не могу, — неожиданно отказал мне портье.

Пришлось доставать инквизиторский жетон, при виде которого у портье глаза вылезли на лоб.

Жетон у меня выглядел солидно: две полковничьи звезды — правда, внизу была маленькая чёрточка, указывающая, что я подполковник, — и символ Узора, двойной знак бесконечности.

Ключ мне выдали сразу, и я понеслась к номеру Армана.

Открыв дверь, пару секунд постояла на пороге, принюхиваясь и прислушиваясь. Поверх обычного запаха гостиничного номера пахло мужским парфюмом. В прихожей стояли форменные ботинки.

«Неужели ему плохо?»

Я прошла в комнату.

Кровать была разобрана и пуста.

Мне снова стало нехорошо. И я предположила страшное.

Что-то пугали меня все эти божественные поделки. Появляются ниоткуда, обладают невиданной силой, да ещё берут неимоверную плату.

И я связалась с Фераро.

Он ответил сразу.

— Жди там, сейчас буду, — сказал генерал, после того как я сначала спросила, видел ли он Армана, а потом дёргающимся от волнения голосом рассказала про свои подозрения.

Через час агенты инквизиции прочёсывали город. Через пару часов пришли первые неутешительные данные. Мы с Фераро всё ещё оставались в гостинице. Никто и нигде не видел полковника Армана Роше. Ни его, ни Искателя не нашли.

— Альберт, — сказала я устало, — вы понимаете, что в вашем регионе пропал второй артефакт, а теперь ещё и вместе с полковником столичного отделения инквизиции? И если мы не найдём его до завтра, мне придётся доложить об этом.

— Аврора, мы его найдём.

— А что, если он превратился в артефакт?

Фераро рассмеялся.

— Кто вам сказал такую чушь?

И я рассказала Фераро версию служителя про Венец.

— Нет, не думаю, что Искатель способен забрать дракона. Вот про несколько лет жизни — это, возможно, правда.

— А Венец может забрать дракона? — зачем-то спросила я.

И удостоилась нечитаемого взгляда Фераро.

— Что бы ты сделала, если бы узнала, где Венец? — вместо ответа на мой вопрос неожиданно спросил генерал.

Я удивлённо взглянула на него — он что, действительно полагает, что я могу сделать что-то кроме того, что прописано в Уставе инквизиции?

А вслух спросила:

— А есть варианты?

— Конечно, нет, — усмехнулся Фераро. — Прости, я не хотел тебя расстроить.

— Я не расстроена. Я… я растеряна. Мы должны найти его, Альберт.

Глаза генерала Фераро потемнели.

— Он так дорог тебе?

Я удивлённо взглянула на генерала.

— Дорог? Генерал, вы понимаете, о чём вы говорите? После использования древнего артефакта пропал сотрудник инквизиции. Полковник. Дракон.

— Мы найдём его, Аврора, — уверенным голосом произнёс Фераро, но в этот раз я почему-то ему не поверила.

— Генерал, давайте поедем в здание инквизиции и проверим. Кто руководит поисками?

— Майор Гарри Фафель.

— Генерал, вы могли бы пригласить его в кабинет?

— Да, конечно. Если он на месте.

Я удивлённо взглянула на Фераро.

Он пояснил:

— Обычно Гарри предпочитает сам выезжать на место.

Вскоре мы уже были в здании инквизиции, в кабинете генерала Фераро. Вопреки тому, что Фераро рассказал про своего сотрудника, Гарри Фафель обнаружился в здании.

— Насколько широко вы развернули поиски? — спросила я мужчину.

Фафель метнул взгляд в сторону генерала и сообщил, что в поисках сейчас задействовано десять сотрудников инквизиции, работающих в десяти секторах региона.