И каково же было моё удивление, когда я увидела, чьё имя находится в этой справке!

И вот это уже становилось интересным, хотя если сделка действительно не имеет никаких отклонений от закона, тогда придраться будет не к чему.

Но для того чтобы узнать детали, мне всё же нужен отчёт мистера Банни, потому что на уровне интуиции мне казалось, что что-то там нечисто.

Хотя пока я не могла ничего доказать.

И вдруг меня окликнули:

– Госпожа Говард… О, простите, госпожа Камински!

Я обернулась, увидела улыбающуюся Софию.

– Добрый вечер, госпожа Карера.

– Вы к нам как, по делу или снова кого-то поджидаете? – спросила эта змея.

– Я мимо проходила. – Я продемонстрировала драконью улыбку.

– Ах, ну конечно! – Голос Софии сочился ядом. – И вот я нисколько не удивлюсь, если сейчас подъедет машина, и из неё выйдет барон Дерайн.

Я чуть не поперхнулась.

– А откуда у вас такие фантазии, госпожа Карера? – спросила я.

– Ну что вы! Это не фантазии, это факты. Вот, взгляните.

И она протянула мне конверт.

– Это что? – спросила я. – Дополнение к документам на развод?

– Да, – тоже широко, продемонстрировав белые зубы, улыбнулась София. – Оно самое, как вы верно заметили. Сразу видно, что вы кое-чему научились за это время, бегая на побегушках у мистера Мердока.

Я только одного не поняла: почему София вдруг начала нарываться?

– Вы взгляните, что в конверте, – сказала она.

– Я взгляну, – ответила я. – Но дома, сейчас тороплюсь.

– У вас, наверное, свидание, госпожа София?

– Вы сами себе противоречите! – я рассмеялась. – Как же у меня может быть свидание, если я здесь машину жду?

На лице змеюки Софии появилось растерянное выражение. И я, воспользовавшись этим, рванула в сторону портального перехода.

Конечно, при желании она могла бы меня догнать, но, слава Отцу-дракону, не стала.

«Что с ней произошло? – подумала я. – Почему она такая нервная?»

Я вышла из портального перехода и наткнулась на знакомый автомобиль.

Мелькнула мысль, что слова Софии оказались пророческими. Получается, я действительно опаздывала? Хотя, может быть, это и не меня ждут.

И я с независимым видом пошла мимо.

– Госпожа Камински! – раздалось из-за спины.

Пришлось обернуться.

– Да, Александр, вы можете называть меня Матильда. Мы же с вами договорились.

– Да, конечно, но каждый раз, глядя на ваше строгое лицо, – сказал барон, – я теряюсь.

Но вот на лице его нисколечко не было написано того, что он теряется.

– Как ваша сегодняшняя поездка в столицу? – спросил он.

– Всё прошло отлично, – сказала я. – Я нашла кое-какие интересные факты и жду ещё к ним дополнение.

– Я рад. Вы уже знаете, кто будет вести дело со стороны ответчика?

– Да, – улыбнулась я, – ответчик мелочиться не стал. Дело будет вести сам глава юридического управления, мистер Гиллард Форгейт.

Барон, как мне показалось, знал об этом, но по какой-то причине всё равно спросил, и я решила добавить свои мысли по этому поводу.

– Но, может быть, где-то мне и повезло, – сказала я. – Потому что всю работу за господина Форгейта будут делать другие адвокаты, и зная об этом, я могу предположить, что моя работа будет выполнена более детально.

– Это, вероятно, господин Говард и госпожа Карера? – тут же спросил барон.

– Вы весьма догадливы, – сказала я и улыбнулась. – А что вы делаете в нашем городе?

– Ваш жду, – честно ответил мне барон Дерайн. – Давайте прогуляемся, поужинаем, а потом я провожу вас до дома.

Я сначала хотела отказаться, но потом согласилась.

Барон Дерайн оставил машину возле портальной станции, и мы пошли в городской парк. Приятно было походить по дорожкам парка. Время было вечернее, поэтому никого особо в парке не было.

Разговор, естественно начавшийся с погоды и проведённых вместе дел, потом закрутился вокруг текущего дела.

Вероятно, потому, что я постоянно об этом думала, а может, и барону было интересно узнать, как продвигается это дело. Тем более что с его стороны он тоже вовлёкся и помогал решить вопрос с Дианой и её бывшим супругом.

Я рассказала ему, что получила информацию, что от юридического управления эту сделку подтверждала госпожа Карера.

– Понимаете, Александр, вроде бы всё в рамках закона, но на уровне ощущений… – Я даже вздохнула, потому что и сейчас чувствовала, как интуиция выделяла эту неправильность, будто фальшивую ноту посреди аккорда. – Мне кажется, что дело нечисто.

И барон Дерайн дал мне неплохой совет.

– Знаете, госпожа Матильда, странные решения о покупке недвижимости в больших инвестиционных банках часто связаны с тем, что они обладают некой инсайдерской информацией. Я вам рекомендую запросить в градостроительном управлении планы реконструкции города, возможно, даже те, что не были утверждены.

Я с интересом взглянула на барона, поражаясь, как мне самой это в голову не пришло.

– А они мне дадут?

– Скорее всего, нет, – улыбнувшись, сказал барон. – Но если вы проявите немного сноровки, может быть, вам удастся получить документы.

– А я могу получить это официально? – решила я всё же уточнить.

– Да, – кивнул барон, – но на это понадобится не меньше месяца.

С одной стороны, мне понравилось, что барон не сомневался в том, что мне удастся это сделать. А с другой стороны, что он не стал решать эту задачу сам, помогая мне.

Хотя мне казалось, что он ждал, что я попрошу.

Но меня останавливало то, что я с самого начала сказала барону, что это моё дело и я буду его делать сама, так же как я сказала об этом и мистеру Мердоку.

Я задумалась.

Рекомендация барона как бы повернула с ног на голову то, что я думала про это дело.

Я задумалась об этом деле с той точки зрения, что покупатель, который якобы случайно приобрёл этот магазин по звонку бывшего супруга Дианы, знал заранее, что он хочет приобрести этот магазин. И именно с его подачи всё и произошло.

Барон заметил, что я замолчала, но не мешал мне думать, а когда я осознала, что молчу уже несколько минут, то, улыбнувшись, произнесла:

– Простите, задумалась.

Он просто предложил поужинать.

Но мне не хотелось тратить время на ужин, мне хотелось разобраться в этом деле и обдумать новую мысль, а ещё если завтра я снова поеду в столицу, то сегодня мне хотелось провести вечер с детьми.

Барон проводил меня до дома.

Я порадовалась, что отказалась ужинать с бароном, потому что дети ждали, что я приду домой и поужинаю вместе с ними. Я быстро приготовила ужин, позвала всех к столу, посмотрела на недовольное лицо свекрови и подумала, что стабильность тоже признак мастерства.

Собственно говоря, и тогда, когда я ещё считала себя замужней женщиной, мы тоже часто ужинали без Фредерика, который работал в столице и у которого вечно не хватало денег и времени приехать домой.

Вот и сейчас мы ужинали, обсуждая предстоящее поступление Амалии в университет, школьные дела сына и младшей дочери и даже мой экзамен.

А когда я уже ложилась спать, я вдруг вспомнила, что София передала мне конверт с дополнительными документами для развода.

Я его достала из сумочки, и из него высыпались фотографии.

Фотографии, где я стою рядом с бароном Дерайном, где он, приобнимая меня, помогает выбраться мне из машины.

«Что всё это значит? – подумала я. – Уж не собирается ли София шантажировать меня чем‑то?»

И мне стало смешно, потому что эти фотографии я уже видела. И сейчас, разглядывая их, я вдруг поняла, что одна из них мне очень понравилась. Та, где я стояла рядом с бароном Дерайном.