Госпожа Хейворд рассмеялась.

Я набрала господина Мердока по переговорному артефакту, но он, к сожалению, не отвечал. Тогда я набрала барона, больше обратиться было не к кому. Можно было бы, конечно, позвонить супругу, но вряд ли у него были средства, чтобы забрать меня отсюда. Я повернулась к Раисе:

– Госпожа Хейворд, а как точно называется этот город?

Когда она назвала его, я поняла, что моё природное умение выбираться из сложных ситуаций сломало кому-то тщательно и дорогостояще спланированную акцию. Это был город миллионеров, расположенный на самой границе нашего королевства. Здесь селились те, кто мог позволить себе жить сразу в двух королевствах, потому что через горный перевал открывалось другое королевство, а между двумя странами была огромная долина, с водопадами и целебными горячими источниками. Поэтому дом здесь стоил невероятных денег.

И, осознав, где я, сразу поняла, кто хотел со мной встретиться. Скорее всего, жить здесь мог себе позволить глава инвестиционного банка, господин Фоксхельд. Но такой способ приглашения на встречу мне категорически не нравился. Пусть идёт лесом.

Видимо, я задумалась, потому что лишь с третьего или даже четвёртого раза услышала, как голос барона произносит:

– Матильда. Матильда, это ты? Что случилось?

– Александр, – сказала я. – Прости, я просто не могу дозвониться до мистера Мердока. Мне нужна помощь.

Он не стал спрашивать ни какая помощь, ни что случилось. Просто сказал:

– Где ты? Я сейчас буду.

– Можно, я назову ваш номер дома? – спросила я госпожу Раиссу.

– Приедет молодой красивый мужчина? – поинтересовалась она.

Я кивнула, чтобы не говорить об этом вслух, и продиктовала барону адрес, который назвала госпожа Хейворд.

После того как я договорилась с бароном Дерайном, госпожа Раисса пригласила меня в дом. Снаружи он поражал воображение: необычный, дорогой, выстроенный с претензией на воздушный замок. Сделан из белого камня, вход украшали четыре колонны. В доме было два этажа, но, видимо, с очень высокими потолками – так высоко находилась балюстрада, расположенная над вторым этажом вокруг стилизованного купола, откуда, судя по всему, открывался прекрасный вид. Плющ обвивал колонны и создавал ощущение лета.

– У вас красивый дом, госпожа Раисса, – сказала я.

– Это дом моего супруга, – поделилась она и добавила: – Покойного.

– Соболезную. – Мне стало неловко.

– Ой, что вы, он был скучным стариком, – отмахнулась она. – Я прямо выдохнула, когда осталась одна. – Вдруг госпожа Раисса лукаво прищурилась и выдала: – Но вот общества мужчин мне иногда не хватает.

– Вы поэтому держите калитку открытой? – спросила я.

– Как вы угадали? – улыбнулась женщина. – А вдруг кто-нибудь зайдёт?

Она предложила мне ягодный напиток, и я с удовольствием согласилась: после моего марш-броска сильно хотелось пить, а кисловатый розовый напиток как нельзя лучше утолил жажду.

– Так, всё-таки, – произнесла Раисса, – я чувствую, здесь есть какая-то тайна. Как вы оказались в нашем прекрасном городе? Приехали к клиенту?

– Вообще-то, нет, но думаю, что именно клиент хотел встретиться со мной. – И спросила: – Скажите, госпожа Раисса, а вы многих известных жителей этого города знаете?

– Почти всех.

– А господина Фоксхельда?

– Да, это человек неприлично богатый. Неужели у вас была встреча именно с ним?

– Скажем так, эта встреча не была со мной согласована. Когда я обнаружила, что меня пригласили, то очень удивилась, потому что была к этому совершенно не готова…

– Ага, – сказала госпожа Раиса. – Получается, господин Фоксхельд опустился до похищения?

– Боюсь, что да, – сказала я. – Вот только доказать это будет весьма сложно.

И я рассказала ей всё: как вошла в другую кабинку по совету сотрудника портальной станции одного города и вышла совсем в другом месте; как меня встречали представители жандармерии и как я от них убежала.

– О, госпожа Камински!

– Вы можете называть меня Матильдой, – сказала я.

– Тогда и вы зовите меня Раисса. – И тут же воскликнула: – Какая интересная у вас жизнь! Я бы тоже хотела, чтобы меня похищали, чтобы я убегала, чтобы…

Она помолчала и сделала вывод:

– Нет, пожалуй, гораздо интереснее об этом слушать.

Я согласилась, что пребывание в её шикарном доме всё-таки куда безопаснее, чем путешествие между городами с риском быть похищенной.

Вдруг раздался звонок.

– О! Вероятно, это за вами, – сказала госпожа Раисса, встав, чтобы открыть калитку в воротах, и на мой вопросительный взгляд, что никого в доме больше нет, пояснила: – Я иногда отпускаю слуг, хочется побыть одной.

Госпожа Раисса вышла и вскоре вернулась, но вернулась она не с бароном.

Вернулась она с совершенно другим мужчиной. Лицо у него было красивое, но что-то было не так: то ли лёгкий оттенок превосходства, притаившийся тёмной тенью в глазах, то ли презрительно изогнутые губы. Мужчина был высок, широкоплеч, и волосы у него были белые, не седые, а платиново-белые.

«Не люблю блондинов», – подумала я.

– Здравствуйте, господин Фоксхельд, – сказала я.

Я пожалела, что сидела внутри дома, потому что, если бы осталась на крыльце, сейчас бы в грудь господина Фоксхельда смотрело дуло огромного ружья госпожи Раиссы.

– Госпожа Камински, – произнёс он, проявив немалую осведомлённость о том, как меня зовут.

– Господин Фоксхельд, это я, – ответила, не увидев смысла скрывать. – Скажите, что у вас за странная манера – так приглашать в гости?

– Я просто хотел с вами поговорить, – спокойно произнёс господин Фоксхельд.

– Неужели нельзя было позвонить и договориться о встрече? – не удержалась я от замечания.

– Мы звонили, – снова спокойный ответ.

И я поняла, что это правда, звонил же мне его первый помощник и просил приехать в офис, а я отказалась и предложила им приехать в офис к нам.

– Я не встречаюсь в тех местах, которым не доверяю, – прокомментировал господин Фоксхельд.

– То же самое могу сказать о себе, господин Фоксхельд, – сообщила я. – Поэтому мы с вами встретимся в суде – вот то место, которому я доверяю.

– Боюсь, госпожа Камински, что в моих планах нет посещения суда.

Он вдруг вытащил из кармана маленький пистолет и направил мне его прямо в лицо.

Я сначала оцепенела. Сразу возникло ощущение нереальности: нет, такого не может быть. Это всё неправда. Это всё не со мной. А следом раздался чей-то крик, выстрел, и наступила темнота. Такая гулкая, тихая темнота, когда не понимаешь, есть ли ты сам и мир вокруг тебя или нет. Всё произошло настолько быстро, что я даже не успела испугаться.

А когда, как мне показалось, в следующий миг я открыла глаза, надо мной был потолок, украшенный розовой краской, кое-где облупившейся. Потолок был ещё выше, чем у госпожи Раиссы в доме. И я находилась не просто в комнате, я находилась в спальне, которая была довольно комфортабельной, по крайней мере кровать, лёжа на которой я пришла в себя, была мягкой и чистой, и в этой комнате даже было окно.

Я подошла посмотреть; судя по всему, это был какой-то дом в горах, окно выходило на скалу, а внизу, под окном, билось море, но настолько далеко внизу, что даже смотреть было страшно, не то что выглядывать.

Я обследовала «апартаменты», куда меня поселили. Всё было предусмотрено, даже санузел, которым я не преминула воспользоваться, и даже кнопка-артефакт для вызова служанки, во всяком случае на ней была нарисована горничная в фартучке и с белой повязочкой на голове. Я нажала на кнопку, и уже через несколько минут в дверь спальни постучали, а после моего разрешения вошла девушка в униформе горничной.

– Что изволите, госпожа? – Она присела в книксене.

– Милая, скажи, были ли какие-то распоряжения на мой счёт? – решила я сразу уточнить, чтобы не выслушивать, что мне чего-то или куда-то нельзя.