Нерео сделал вид, что заметил девушку, только когда она подошла совсем близко. На ходу её поймал — и вручил небольшой букет, который до этого прятал за спиной. Аня довольная зарылась в них носом. Нерео первый и единственный заметил, что она намного больше любит хризантемы вместо парадных обязательных роз, которые ей всегда дарили как на разные праздники, так и мальчики, которые раньше за ней ухаживали в школе. Жалко, букет нельзя утащить домой, а придётся на обратной дороге куда-то девать — про то, что они встречаются, оба не решились рассказать никому — не уменьшало ценности подарка.

— Спаси-и-ибо…

А потом они долго целовались.

— Анечка, ты как сегодня?

— Я надолго. Для всех я сижу и работаю с документами, раньше девяти-десяти не освобожусь и сказала меня не беспокоить, даже если начнётся конец света, — дальше строго добавила: — А зонтик кто-то забыл. Хорошо я помню и захватила.

— А зачем мне второй зонтик, когда у тебя есть? Вдвоём под одним удобнее.

И в задумчивом настроении они гуляли осенними улицами старой Москвы, время от времени заглядывая выпить стаканчик кофе с булочкой в маленьких кафе из тех, где нередко слышен одинокий звук гитары из глубины: играет кто-то из посетителей не за деньги, а под настроение. Вернувшись на улицу, вдыхали запахи сырых осенних листьев, которые дворники сгребали в кучки на газонах, в парках и скверах. И Аня вспоминала, как в первый раз и кажется давным-давно уже, Нерео убедил её, что нельзя постоянно работать, а надо временами отдыхать. Чинно и солидно, как благовоспитанный молодой человек из общества пригласил юную барышню в солидное заведение. Ресторан «Без фамилий». И как там, пользуясь, что сопровождающие Аню гвардейцы, которых навязал ей брат, девушку потеряли — не просто так мороки для посетителей ресторана делали лучшие маги-иллюзионисты Москвы… Подхватил ошалевшую от такой наглости Аню и повёл гулять по городу.

Они тогда попали в район, где благовоспитанной дворянке из высшего общества делать нечего. Однако Нерео отвёл её на самую настоящую базарную площадь, словно шагнувшую из прошлого, а то и из позапрошлого века. После чего, ловко ориентируясь в многочисленных палатках и прилавках торговых рядов, повёл Аню… Он специально выбрал самый оживлённый путь, где продавались диковинные и интересные товары. В тот день они проходили мимо кожаных поясов самой искусной выделки, узорчатых тонких платков, резных шкатулок и сундучков, тончайшей работы украшений и много-много чего другого.

Аня сама не заметила, в какой момент со словами: «Может, чтобы ты не потерялась, хватай меня за руку?» — не дожидаясь ответа, Нерео просто перехватил её ладонь. Только запомнила, как её обдало непривычным жаром, и им обоим стало весьма неловко. Но они всё рано шли. Сначала за руку, потом уже не вспомнить, кто кого первый взял под руку и обнял. Зато целовать её Нерео точно начал первый, опять воспользовавшись её растерянностью, и что девушка не ожидала такой наглости.

Аня до сих пор ему за это была благодарна, так как она бы никогда не решилась сама и первая. Даже ответить, что не против — не решилась бы. Но тогда у них не было бы второго свидания, а сейчас она, до сих пор не веря своему счастью, не шла бы рядом с Нерео. Тем более как отреагирует Миша и родители Нерео, оба до сих пор дружно боялись даже подумать. Вот и продолжали встречаться тайком от всех.

— А пошли в кино? — неожиданно предложила Аня.

— А успеем?

— Да. Я по дороге афишу видела, там какие-то короткометражки на полчаса показывают. Про что не запомнила, да и какая разница?

— Действительно, какая разница? — с улыбкой согласился Нерео.

Потому что уютные кресла задних рядов в кинотеатрах не просто так всегда продавали студентам и старшеклассникам, которые в кино ходят парочками.

Когда они вышли обратно на улицу, солнце давно закатилось, вечер уже почти растаял в серо-чёрной мгле скорой осенней ночи и серой пелене косого осеннего дождя. И внезапно вечерний сумрак разорвал громкий мальчишеский крик:

— Экстренный выпуск! Читайте экстренный выпуск!

Аня и Нерео дружно напряглись. Экстренный выпуск газет, который при этом вот так с криками продавали на улицах мальчишки-посыльные, выходит в исключительном случае. Авария, которая снесла целый город. Покушение на императора. Начало войны. Ну или при ином событии того же масштаба.

Из-за угла, разбрызгивая на велосипеде во все стороны лужи, выскочил мальчишка-газетчик, у которого под дождевиком топорщился горб короба с газетами. Получив купюру, торопливо протянутую со словами «сдачи не надо, только быстрее», мальчишка ловко сунул в руки Нерео и Ане свежий, ещё пахнущий типографией листок. Крупным заголовком чернело: «Покушение на главу Боярской думы!»

Пробежав глазами известные на текущий момент детали: машина Никодима Воронцова подорвана, минимум половина телохранителей погибла, тело главы Думы ещё ищут, но это затруднено из-за сильных разрушений в месте покушения — Аня уткнулась в грудь Нерео и прошептала:

— Началось. Неужели началось то, чего боялись Миша и твой отец?

— Может, всё не так страшно. Воронцов такой монстр, что если тело сразу не нашли, я скорее поставлю на то, что он жив. Может, всё ещё и обойдётся.

— А если нет? — негромко ответила Аня. — Если нет? Мишка, ну куда же ты пропал? Стоило тебе уехать, как всё рушится. Возвращайся скорее.

Проще всего, как ни удивительно, оказалось с трупами. Ольга достала из своих вещей небольшую сапёрную лопатку из какого-то прочного, но лёгкого сплава. А дальше у Михаила отвисла челюсть: на глазах маленькая лопатка превратилась в большую и вполне нормальную лопату, как бы увеличившись в несколько раз. Он взял её в руки, щёлкнул по лезвию — не пустая видимость, а можно копать. Оля немного смущённо прокомментировала:

— Мы когда готовились, я вспомнила наше приключение в Крыму. Помнишь, как спички нас выручили? Ты ещё сказал, а если бы их не взяли, и мы только на магию рассчитывали, то замёрзли. Вот я снаряжение тоже всё с двойным назначением собирала. Можно и так пользоваться, а можно с помощью моей магии вот так увеличить — если брать готовый предмет как модель, на его основе очень просто иллюзию отливать. Час должно продержаться.

Михаил растерянно кивнул. Да, он как бы помнил, что Олина уникальная способность — делать твёрдые иллюзии, но одно дело понимать умом, а другое — вот так впервые увидеть на практике.

Остальное было нетрудно. Школьный экзамен восьмого класса на взаимодействие родственных стихий Земли и Воды плюс лопата — размягчить грунт, где-то магией, а где-то лопатой сделать яму, скинуть тушу и закопать. Гораздо больше мороки вышло с дровами. Стланик, доставивший Михаилу в начале пути несколько неприятных минут, как оказалось, плохо загорался поначалу, но зато, если кидать уже в костёр — жарко и долго горел. Минусом было, что ранение Алиса получила в первый день сразу после высадки. Потому тогда же, наткнувшись на подходящее укрытие, девушки так здесь и решили стоять лагерем, никуда не двигаясь. И за две ночи изрядно округу подчистили. В этот раз таскать дрова пришлось аж с соседнего холма под прикрытием Алисы, сторожившей с карабином.

В качестве утешительного бонуса за труды Алиса, оказавшаяся довольно неплохим стрелком, подстрелила молодого зубра. Пускай девушка и получила после этого головомойку от Михаила и Оли, дескать, а если бы стадо не испугалось и сообразило, кто и откуда на них напал? Алиса в ответ стоически молчала, лишь изредка поддакивая, при этом всем своим видом демонстрируя: мол — хотите выговориться, то пожалуйста, а я всё равно буду делать, как считаю нужным. Так что устав ругаться, Михаил уже в полутьме сумерек разделал тушу, тем более с водой для этого проблем не было. В дальнем конце ангара нашлось чего-то вроде небольшого бассейна, куда вода поступала из подземного источника. Мутная, с повышенной концентрацией извести, но для мага Земли очистка не составляла особых проблем. Ну а Оля могла создать концентрированную вспышку ультрафиолета, что вместе с кипячением позволяло мыться и пить, ничего не опасаясь.