А еще очень хотелось в туалет. Видимо, времени прошло немало!

Тильда открыла глаза, огляделась.

Она лежала на диване, поверх грязноватого покрывала, в скудно обставленной комнате, причем видно было, что мебель сюда стащили такую, которая уже отслужила свое или не пригодилась в других местах. Ни руки, ни ноги связаны не были.

В комнате было довольно чисто — чувствовалось, что здесь убирают. Но при этом неуютно: какая-то подсобка, зона отдыха для персонала, не чья-то настоящая комната. И уж подавно не спальня для почетных гостей!

Здесь даже было окно, и даже без решетки! Оно вело на залитую солнцем террасу… которая, правда, казалась не столько террасой, сколько, опять же, какой-то хозяйственной территорией.

Поместье. Они сказали, что ее везут в поместье…

Тильда поняла, что ее положили в подсобке.

Дверь распахнулась, впустив в комнату запахи нагретого камня и зелени. И еды. Что-то типа… ну да, овсяная каша на молоке!

В комнату вошел человек с подносом. Мужчина, темноволосый, но одетый странно для жары — в рубашку, брюки и пиджак. Все дешевое, из самой бросовой ткани, и пошито явно не портным.

«Какой-то слуга, — подумала Тильда. — Но зачем пиджак в такую погоду?..»

Хотя… В том фильме, где надевали на голову мешок, тоже что-то такое было, она смутно припоминала. Да! Ведь кобура для пистолета бывает такая, какую надевают под мышки! Андрей ей показывал. И заодно говорил, что их охрана тоже такую носит.

Может, пиджак нужен, чтобы спрятать кобуру?

— О, проснулась! — хмыкнул мужик, подходя к Тильде. — Кушать будешь? Ты по-орденски хоть понимаешь? — он оглянулся. — Вроде должна понимать… Блин, тут табуретка была, куда бы поставить…

Он не смотрел на Тильду. Вообще не ожидал от нее угрозы. А ведь на ней были сандалии на высоком и узком каблуке. На подносе, наверное, какие-то столовые приборы. Может быть, даже нож. Но и вилка сойдет, и даже ложка. А если у него под мышками кобура — то вот и вариант.

Нельзя упустить этот шанс. Если она промажет, второй попытки ей не дадут, может быть, изобьют или даже искалечат. Но она не промажет.

На Тильду опустилась холодная злость, ледяная ясность. В похожем состоянии она руководила приготовлениями к Вознесению Ориса, сама будучи на последних днях беременности Ульном.

Да, ошибиться нельзя — но и медлить нельзя. Сейчас он посмотрит на Тильду и увидит, что она готовит удар. Вот, уже поворачивается. Сейчас!

Тильда со всей силы ударила мужика по боковой поверхности колена, чтобы не прямо в чашечку. Он взвыл, выронил поднос с миской — повезло, овсянка забрызгала его же и, судя по воплям, была довольно горячей!

Прежде чем мужик распрямился, Тильда добавила ему по шее сцепленными в замок руками, как учили. Потом схватила упавшую на пол пластиковую вилку. Хороший пластик, прочный. Одной рукой мужика за волосы, другой рукой черенок вилки ему в глаз. Айна как-то рассказывала, как правильно бить и под каким углом. Тильда вспомнила это сейчас со всей ясностью. Хотя тогда ее подруга имела в виду куда более массивные столовые приборы из поместья Коннахов.

В отличие от удара босоножкой, Тильда не знала, получится ли с первого раза. Но ей надо было, чтобы мужик в крайнем случае обезумел от боли и потерял сознание, и она бы обыскала его на предмет оружия.

Однако Творец, похоже, считал, что она делает правое дело: вилка вошла легко, как будто руку Тильды направляла чья-то более опытная рука. И бандит свалился кулем, как выключили его.

Отлично.

Действуем дальше.

Не теряя ни секунды, Тильда распахнула его пиджак. Да, вот кобура.

Пистолет вытаскивался нелегко и был он незнакомой Тильде модели — но, в целом, все понятно. Компактный, магазин небольшой. Тильда выщелкнула магазин, заглянула сбоку. Ого, в такой малютке — целых восемь патронов! Шикарно. И глушитель — короткий, чтобы подходил для скрытого ношения, но лучше, чем ничего. Надо найти что-нибудь более емкое. Но пока и этого хватит.

Один выстрел Тильда сразу потратила на уже вырубленного бандита. Мало ли. Вдруг она его все-таки не убила, а он просто от боли сложился?

Не тратя времени на приборку, держа пистолет в опущенной руке, Тильда скинула туфли и босиком пошла к двери. Неизвестно, что это за поместье такое, но тут есть камеры — это она уже усвоила, на Старой Терре везде и всегда есть камеры, особенно в богатых домах и усадьбах. Нужно сделать так, чтобы ее на этих камерах не было видно. Как? Уничтожить центр управления. Почему-то такие помещения называются «северными», хотя расположены совершенно не обязательно на севере! Может, потому что внутри всегда холодно?

Тут такое тоже должно быть. Как в «родовом гнезде» Весёловых, как в школе «Маяк».

Найти — и разнести там все!

Нет, это второй пункт плана. Первый пункт плана, как она подумала с самого начала, — раздобыть более серьезное оружие.

Какое же облегчение было не думать о последствиях, не интриговать и не бояться — просто злиться! Какое же облегчение было просто убивать дурных людей, которые посмели причинить ей боль!

Тильда осознала, что слегка улыбается.

16.1. Тильда Коннах и путь на север

Комната, в которую Тильду поместили, находилась в отдельно стоящей пристройке. Чтобы попасть в основное здание, видимо, нужно было выйти на террасу — во всяком случае, когда Тильда выглянула на нее и огляделась, она она обнаружила чуть дальше по террасе застекленную дверь, а вот внутри ее импровизированной тюрьмы никаких дверей в другие помещения здания не нашла. Зато нашла туалет (маленький, унитаз плюс раковина) — очень вовремя, мочевой пузырь обрадовался!

Умыться тоже было хорошо.

Тильда поглядела на себя в зеркало. Хорошо, косметика не потекла. Благодаря омоложению, Тильда последнее время не нуждалась в повседневном макияже, только вечернем. С утра она лишь нанесла немного влагостойкой туши — все-таки тяжело, когда у тебя золотисто-рыжие ресницы, их почти не видно. А брови Тильда слегка подкрашивала долговременной краской, тоже чтобы были чуть темнее. Все это поправки не требовало.

Держа в руке пистолет, она вновь вышла из помещения, где ее держали, подавив импульс пнуть по дороге тело бандита. Недостойно. Наоборот, следовало бы прочесть по нему заупокойную молитву… Но Тильда не чувствовала в себе истинно творцианского сострадания к заблудшей душе, совсем не чувствовала!

Ладно, потом.

Она заглянула в присмотренную стеклянную дверь. Так, за ней просто какой-то коридор… это мы повременим.

Тильда твердо знала, что ей нужно делать. Раздобыть оружие. Разнести «северную». А потом идти вглубь особняка, найти главного, приставить ему пистолет к голове и потребовать отправить ее домой. Ну а если главного тут нет или найти не получится, ей сойдет любой телефон. Нужно позвонить Андрею или Хлое — благо, оба телефона Тильда помнила наизусть. Хлоин затвердила в первые дни здесь, а Андреев — недавно, опасаясь полагаться на записные книжки в гаджетах! Впору похвалить себя за предусмотрительность.

Но как найти оружейную? Просто идти, открывать все двери подряд и убивать всех, кто подвернется?

Что ж, если другого выхода не будет — так она и сделает!

Пока же Тильда шла вдоль крыла — и вдруг увидела удачное. Окна на первом этаже, забранные решетками. Зачем тут решетки? Да еще изнутри? И стекло как-то странно отливает, если посмотреть под углом…

На самом деле все окна особняка были специальные: вроде не зеркальные и даже что-то смутно видно внутри, но только под определенным углом. А за этим — вообще ничего не было видно.

Оружейная? Должно быть. Хотя Тильда, если бы устраивала такую комнату у себя, сделала бы ее совсем без окон. Ну да мало ли. Может, тут любители дневного света.

Она поискала другую дверь поблизости, не нашла. Корпус был длинный, непонятно, где кончался, и Тильда сочла за лучшее вернуться назад, к первой стеклянной двери на террасе. Кто их знает, как скоро ее засекут на камерах и хватятся!