Хотя все это омрачало следующее соображение: Лела Он никак не отреагировала на мою вышивку. А я ведь украсил ею и тренировочную форму тоже.

Интерлюдия. Великий мастер Олер и Орис Коннах

— … У него глаза убийцы. У твоего сына.

— Простите, учитель?

— Такие глаза бывают у высокоранговых Воронов. У старших женщин Цапель. Ни тени эмоций, когда дерется, ни страсти, ни ярости, ни азарта, холодный расчет. Где он этому научился? У кого?

— О чем вы говорите, учитель? Лис умный мальчик, всегда таким был. А уж последнее время растет и вовсе быстро. Но глаза убийцы?

— Мой мальчик. Я знаю только о Ларисе Бергине на балу у Флитлина и краем уха слышал что-то о десятке крестьянских подростков…

— Их было всего семеро, а убил он только пятерых.

— Только пятерых. Напомни мне, сколько еще раз твоему наследнику приходилось убивать? Те пять были его первыми?

— Хм. Нет, сначала он уничтожил пятерых семиранговых Воронов…

— Снова пятеро? Кто-то очень любит эту цифру… Да еще Воронов. Как это вышло?

— Глупейшая история. Фиен ее только недавно до конца распутал. И ему немалого стоило получить информацию из Школы Ворона! Эти грязные недоучки сдавали экзамен — должны были просто проникнуть на территорию нашей школы и принести что-то в качестве доказательства. У одного из них, придурка во главе отряда, взыграла гордость, и он решил принести голову наследника Коннахов. А ученик-наставник, который охранял детей, почему-то не смог с ними справиться…

— Какой у него был ранг, у того ученика?

— Пятый.

— Пятый из твоей школы против семиранговых из Ворона? Орис. Сколько раз я тебе говорил, что слабость вашей школы — уязвимость нижних рангов перед нападениями оружейников⁈ А твой отец⁈ Разве мало он тебя учил тому же⁈

— Да, мастер. Но седьмой и пятый ранг… он их должен был на тряпки порвать!

— Ранг — это еще не все. Сколько ему было, двенадцать? Голос, небось, еще даже не сломался. Невысокий, мышцы незрелые… А тем — минимум шестнадцать, Вороны поздно берут учеников. Тебе бережнее стоит относиться к младшим ученикам своей школы! Они — главная ценность твоих наследников! Если у твоего сына и племянника не будет верных соратников среди сверстников, на кого им опираться потом, когда твои собственные соратники состарятся или погибнут?

— … Да, учитель.

— Итак, юный Лис каким-то образом прикончил пятерых, с кем не справился пятиранговый старший ученик. Как?

— У него был в руках плюшевый мишка….

— Что?

Орис рассказал подробнее. Давно он не видел, чтобы Великий мастер Олер так хохотал!

Особенно, когда Орис добавил об объяснении сына: мол, плюшевый мишка явился ему во сне и многому научил.

— О бог-покровитель! — произнес Великий мастер, вытирая слезы. — Никогда не думал, что меня еще способно что-то так удивить!

— Вы не кажетесь удивленным, учитель.

— Меня удивляет твой сын, Орис. Лет двадцать назад, увидев такое в ребенке, я попытался бы устранить его, даже если это стоило бы мне жизни и хороших отношений между нашими семьями. Сейчас… сейчас я с изумлением замечаю, что при всем его умении убивать, твой наследник в детском теле не кажется мне опасным монстром. Пожалуй, он даже слишком хорошо контролирует себя!

— Учитель! Вы что, думаете, будто в него вселилось чудовище из Царства Теней⁈

— Чудовище? — мастер Олер усмехнулся. — Да, двадцать лет назад у меня не хватило бы воображения на большее. Нет, теперь я так не думаю.

— При всем уважении…. Лис хороший мальчик! Он ласков с матерью, вежлив со мной, помогает брату и другим ученикам — даже, пожалуй, слишком мягкотелый! Помиловал одного из тех немытых крестьян, кто нападал на него, даже дал ему место. Помирился с дурным учеником, который его оскорбил, как-то сделал его своим ближайшим наперсником… Я не ставлю под сомнения ваши слова, учитель, но, быть может, у моего сына всего лишь редкий врожденный талант? Все бойцы думают по-разному.

— Редкий врожденный талант? Всего лишь? — мастер Олер грустно усмехнулся. — Не спорю, не спорю. Это, конечно, замечательное объяснение… кроме того, что оно ничего не объясняет. Очень жаль, что не удастся поглядеть на то, что твой мальчишка выкинет дальше! По-моему, вам всем должно быть очень интересно.

Несмотря на обещание Ориса тренировать меня лично, сразу начать занятия не получилось. Уже через два дня после экзаменов Орис и Тильда отправились в длительную инспекционную поездку по деревням — больше чем на месяц. С ними отправился нервный управляющий домом, которого решили натаскать на управляющего всей вотчиной.

Я довольно долго обдумывал, не напроситься ли мне с родителями: вникать в хозяйственную деятельность требовалось, плюс можно было бы зарекомендовать себя Тильде полезным «помощником бухгалтера». Однако минусы все же перевешивали.

Во-первых, я поставил себе целью прокачаться до третьего ранга к началу турнира, и терять в таком случае месяц тренировок — так себе идея. В дороге тренироваться в том же объеме, что и в школе, не вышло бы. Во-вторых, как бы я ни старался, мать все равно не поставит меня управляющим поместья… да и нужно ли это мне? Нет, объективно говоря, не нужно: доступ к необходимой информации я могу получить и так — через Фиена. Мы к этому времени окончательно «возобновили дружбу». В смысле, я сделал вывод, что на него действительно более-менее можно положиться. Фиен, в отличие от Ориса, отвечал мне почти на любые вопросы. Например, подробнее рассказал о покушении со стороны Школы Ворона, с которого началась моя интеграция в этот мир. Орис почему-то не счел это нужным.

Тупиковый путь: уж не знаю, насколько верно, но Фиен — и за ним Орис с Тильдой — сделали вывод, что имела место практически случайность и расследовать тут нечего. Бойцов Ворона просто послали сдать экзамен в нашу школу, они просто нарвались на восьмиранговых детишек… бывает. Я бы лично еще прошерстил старших учеников на предмет оплаченных информантов для Ворона или других относительно соседских Школ. Но когда я дал такой совет Фиену, получил неожиданный ответ.

— Хорошая мысль, — согласился мой учитель. — Только как?

— В смысле, как? — удивился я. — Нужно посмотреть, не получает ли кто-то деньги от них…

— Как это проверить? — уточнил Фиен. — Комнаты старших учеников регулярно обыскивают, если кто-то будет так глуп, что спрячет мешочек с серебром там, я или другой мастер, конечно, все найдем. Но обыскать все поместье на предмет тайников невозможно. А ведь в лес все тоже ходят регулярно…

М-да, действительно, что это я. Здесь банковские счета не проверишь и распечатку движения средств не сделаешь.

Хотя…

— Необычные траты? — уточнил я. — Экстравагантные покупки? Слишком наглое поведение?

— Хорошо думаешь! — одобрительно произнес Фиен. — Да, за этим я слежу. Но никто не отличился. Если ты что заметишь, говори.

Дохлый номер, короче говоря.

— И что, на этом все? — поразился я. — Было нападение, покушение… и никаких мер принято не будет?

Фиен вздохнул.

— Орис уже строго наказал старших учеников, что тогда были в патруле, лидера даже высек. И добавил в правила Школы положение, что уроки младших учеников никогда не должны проходить за пределами внутреннего поместья, огороженного стеной. Кроме этого — разве что идти войной на Школу Ворона. Если бы вы с Гертом погибли, Орис отдал бы такой приказ, и я не стал бы его отговаривать, — Фиен сжал и разжал кулаки. — Но вы остались живы, ты даже разделал тех дурней. С тех пор Вороны не зарыпались в нашу сторону.

— А если им кто-то заплатит? — уточнил я. — Они же, вроде, наемные убийцы.

— Большинство их клиентов в городе, и они, соответственно, «заказывают» городских же деятелей. Но если такое случится… что ж, мы стараемся быть настороже. Если у тебя есть идеи, как лучше подготовиться к подобным нападениям, я весь внимание.