— Я подумаю, — пообещал я.
Идеи у меня действительно были — как-никак, я столько лет изучал тему, что называется, «с другого конца»! Беда в том, что все они при минимальном осмыслении выходили слишком затратными — не столько по финансам, сколько по усилиям. Я опасался, что без полноценного контроля над Школой внедрить у меня их не получится. И даже с контролем — вряд ли. Слабое звено любой системы безопасности — люди, а местные «непуганые идиоты», похоже, даже не рассматривают чужое секретное проникновение как одну из вероятных опасностей! И неудивительно: даже Вороны не казались мне учениками профи моей собственной закалки. Те пятеро семиранговых реально стояли и ждали окончания поединка! Ну что это за наемные убийцы, а, пусть даже недоучки? Кто их так недоучил? Курам на смех.
Наверняка есть тут (скорее всего, в городах) и спецы другого формата, те, кто веников не вяжет. И не факт, что я с ними не столкнусь… Но получится ли запугать ими местный контингент без значительного кровавого примера? Сомневаюсь, это противоречит человеческой природе.
Остается постараться подготовиться самому и подготовить «ближний круг», чтобы если на нас действительно попрут серьезные наемники не в формате открытого вызова, а в формате «ночью по крышам, в кошеле отравленные дротики», результат не стал бы окончательной катастрофой для всех нас.
Светлое пятно во всем этом бардаке: моя собственная разведывательная служба «Уорин+Эвин» работала все лучше и приносила мне все больше информации. Я даже задумался о расширении сети информаторов, но возникла одна очень простая проблема: мне нечем было им платить!
Да, Лис, похоже, вообще за всю жизнь ни разу местных денег в руках не держал. У него не было ни карманных денег, ни ежемесячного содержания — ничего! Что, в принципе, неудивительно, если учитывать, что жил он замкнуто в поместье и без старших никуда не выходил. А в ближайшей деревне, понятное дело, не имелось ни лотка с мороженым, ни парка развлечений — средневековье! Хотя работала целая одна мелочная лавка, которая открывалась раз в неделю по выходным. Плюс зажиточные крестьяне торговали едой и самогонкой, и старшие ученики периодически что-то у них по бартеру покупали — в основном, за выполнение хозяйственных работ. Раз в год в той же деревне проводилась ярмарка, на ней можно было выступить в качестве борца и получить за это деньги. Однако этот путь для меня был закрыт: я не мог уронить свою честь наследника!
Перебрав и отбросив несколько вариантов добычи денег, я решил пойти путем наименьшего сопротивления и отправился с этим вопросом к Фиену.
— Деньги? — спросил он с некоторым любопытством, но без особого удивления. — Зачем тебе?
Что-то в его лице навело меня на предположение, что он и так знает.
Я пожал плечами и все без утайки ему рассказал. Даже имя своего информатора среди слуг не утаил: и так все очевидно. И добавил:
— Уорин служит мне из благодарности, плюс я пообещал, что пока он под моей защитой, то его не продадут и не будут давать тяжелой работы. Но с другими слугами это не сработает…
— Какая интересная мысль! — восхитился Фиен, и я понял, что у него тоже есть своя сеть информаторов в поместье. — Именно по такому принципу работает твоя матушка, — он подмигнул мне. — Она никому не платит дополнительно, просто создает систему наград и позволяет некоторым слугам зарабатывать… но тебе этот путь, конечно, закрыт. Видно, ты похож на нее еще больше, чем кажется! Что ж, на подкуп детей-рабов и слуг много не нужно… ты ведь собрался действовать через своих ровесников?
— Да, чтобы не пересечься с мамиными агентами, — согласился я.
— Хорошо, я тебе буду перечислять жалованье каждую неделю. В конце концов, ты неплохо помогаешь мне управляться с отчетными книгами! Так я это подам Орису. Так-то он против, чтобы дети твоего возраста получали доступ к деньгам…
— Не дети моего возраста, а ученики четвертого ранга.
— Точно, — усмехнулся Фиен.
— Дядя Фиен… а сколько у Коннахов денег? Я никогда не слышал, чтобы мама с папой это обсуждали.
— Конкретные суммы спрашивай у Тильды, — покачал головой Фиен. — Я могу сказать лишь приблизительно: насколько я знаю, Коннахи не нуждаются. Вы не в долгах и никогда не были на моей памяти, вы не продавали и не закладывали земли, наоборот, при твоей бабушке докупили деревню Йер. Правда, ее продавали дешево после затопления, и пришлось еще потратиться на ирригационные сооружения — твоя бабушка выписала инженера из Тверна, чтобы что-то сделать с руслом реки… Вы живете по средствам, у вас нет больших трат. Ни Орис, ни старый господин Коннах, ни Элис никогда не проигрывали больших сумм в городе, не покупали дорогостоящих рабынь и не содержали городских любовниц. Ну, кроме эпизода с твоим дедушкой, но там потери были больше в уязвленном самолюбии, чем в финансах. Впрочем, не мне рассказывать тебе эту историю. Правда, Коннахи очень много потратили восемь лет назад, когда мы выставили команду на Большой турнир — это дорого! Настолько много, что два года назад Тильда уговорила Ориса отказаться от участия в очередном Большом турнире под благовидным предлогом. К счастью, у него только что кончился серьезный найм на барона Эйтса — помнишь, он ходил с перевязанной головой? Так что повод был.
— А на что вообще уходят деньги? — уточнил я. — Ну, помимо турниров.
— На жалованье и подарки подмастерьям и мастерам, а также слугам и подрядчикам, вроде людей, что достраивают новый танцевальный зал или лекаря Коона. На подарки перворанговым ученикам, которые уходят из Школы. Эти подарки, кстати, в Школе Дуба щедрее, чем у большинства соседей — еще ваш прадед ввел такой порядок. На подарки союзникам. На похороны. На свадьбы членов семьи: приданое женщинам и выкуп для мужчин…
— В смысле, выкуп для мужчин? — удивился я.
— Женщина приходит в семью мужа с приданым, но муж должен возместить семье часть стоимости этого приданого, — объяснил Фиен. — Это и называется «выкуп невесты». В случае развода семьи возвращают друг другу деньги. Если Школа выдает замуж ученицу, приданое тоже собирают Коннахи. Правда, они же получают и выкуп, но учениц обычно выдают за учеников, и выкуп твои родители предпочитают отдавать молодым в качестве подарка на свадьбу.
— И вы тоже платили выкуп за жену?
— Там было сложно, — чуть дернул щекой Фиен. — Она была вдовой с сыном, не хотела покидать новую семью, так что ее приданое должно было бы остаться у Коннахов, а выкуп — по-прежнему у Олеров. Но ее родители напирали на молодость Айны… — он не договорил. — В общем, пришлось отправлять Олерам дорогие подарки. Могло вообще все сорваться, но Великий мастер выступил на нашей стороне. Одобрил мою кандидатуру. Тогда твой отец как раз помог мне с деньгами… Кроме того, очень большой расход средств — найм сторонних мастеров и подмастерий, вроде тех, что помогают отрабатывать приемы против вооруженной руки. Служить в другой Школе: это всегда большой риск. Приходится его как-то возмещать людям.
— Ясно, — кивнул я.
В общем, в сухом остатке вышло то, что после этой беседы в моем распоряжении действительно оказались наличные деньги — причем не такие уж маленькие суммы! Я получил возможность расширять свою сеть информантов, премировать лучших учеников (не деньгами, это правилами Школы было запрещено, но полезными подарками — только надо было придумать, что может сойти за такой подарок и где это купить или кому заказать изготовление), а также подлизываться к поварам на кухне, чтобы готовили сладости. Тоже средство подкупа моих соучеников! Мелкое нарушение, да, но к этому мелкому нарушению прибегали практически все старшие! Я быстро это понял, когда по амбарным книгам выяснил, что Школа закупает значительно больше сахара, чем должна бы, учитывая местную строгую диету.
Все как у людей, короче.
И да, я заодно выяснил, к каким дамам легкого поведения ученики Школы бегают после отбоя: оказывается, в деревне одна предприимчивая вдовушка держала что-то вроде дома свиданий. Без постоянного персонала, а просто с любительницами подзаработать: в крестьянской среде к потере девственности до свадьбы или к изменам ради заработка во многих семьях относились прагматично.
