К региону, где железной рукой инквизицию возглавлял генерал Фераро.

Генерал прочитал имя про себя, потом зачитал его вслух. У Гарри не только брови выползли на лоб, но и рот открылся.

— Они с ума сошли?!

Имя было не местное. Так могли звать только тех, кто приходил в их мир из-за грани, их было немного и почти все они работали в инквизиции в департаменте судьбы.

Попаданка. Аномалия, которой нет в узоре их мира.

Гарри что-то говорил — о столице, о наглости, о том, что прислать чужачку рыться в его городе значит оскорбить лично его. Альберт не слушал.

Он смотрел на женское имя в депеше, и впервые за десять лет испытал что-то кроме бесконечной усталости.

Возможно, столица только что, сама того не зная, прислала ему недостающую деталь.

А вслух генерал сказал:

— Подготовь ей кабинет. Хороший.

Три дня назад

Вызов пришёл на общую панель, но дежурила я и забрала его себе. Кто-то скажет, что я карьеристка, и в чём-то будет прав: за шесть лет в этом мире я хорошо усвоила, что резонансные дела достаются тем, кто оказывается на месте первым.

Утром Арман, глава департамента судьбы, вызвал меня к себе.

Я плотно закрыла за собой дверь и встала перед столом Армана так, чтобы его не было видно из общего офисного помещения. Мужчина улыбнулся, оценив мой жест.

— Присаживайся, Аврора, — сказал глава департамента инквизиции, — догадываешься, почему я тебя вызвал?

— Да, Арман. Я была там ночью.

— Что ты думаешь? — спросил Арман.

— Думаю, это кто-то из своих.

На красивом лице мужчины появилось выражение удивления. Но не такое, какое бывает радостным, а удивление, когда ты удивляешься чему-то неприятному.

— Это невозможно.

— Почему?

— Все сотрудники инквизиции приносят клятву.

— Если есть клятва, значит, есть и клятвопреступники, — я видела, как с каждым сказанным мною словом меняется настроение мужчины. Заставляя ноздри раздуваться, а зрачки в глазах делая вертикальными.

Арман смотрел на меня, и кто-то под его взглядом бы попытался съежится, но я не боялась. И я умела держать лицо так, что никто не мог догадаться, что у меня внутри.

— Если это окажется правдой, — сказал Арман, — и это кто-то из своих, и если он знает, как активировать, то он должен понимать и последствия.

Я пожала плечами.

— Мы не знаем мотивов преступника, поэтому довольно сложно оценить, зачем кто-то это сделал.

Накануне из самого защищённого хранилища мира был выкраден опаснейший артефакт этого мира — Венец Судьбы.

Наконец Арман перешёл к тому, ради чего меня вызвал. К тому, что было написано в той бумаге, которую он читал.

— Аврора, следы Венца ведут в Южный регион.

— Я готова поехать, — сразу сказала я. Я хотела, что именно мне поручили это дело.

— Там главой инквизиции служит генерал Фераро. Ты слышала про него?

Я покачала головой. Я могла не слышать про кого-то, даже известного и значимого, потому что я была не из этого мира, и Арман об этом знал, и сейчас он об этом вспомнил:

— Напомни, сколько лет ты здесь?

— Пять лет.

— Да. Последняя война завершилась как раз шесть лет назад.

И мне почему-то показалось, что Арман за что-то очень не любит этого Фераро. И следующие его слова это только подтвердили.

— Если бы он захотел, — сказал Арман, — мы бы все уже служили ему. Он бы без труда мог стать главой инквизиции. Но он странный. И да, Аврора, будь осторожна. Генерал Фераро ненавидит попаданцев.

— Почему? — удивилась я.

В этом мире достаточно хорошо и спокойно относились к тем, кто оказывался здесь по тем или иным причинам. Даже давали работу.

Арман помолчал пару секунд, потом добавил:

— Из-за попаданцев погибла его семья, ещё до войны, десять лет назад. После этого он переселился в тот отдалённый регион. С тех пор я ни разу не видел его в столице. Так что будь осторожна.

— Хорошо, — согласилась я со спокойным лицом.

— И не говори ему о своей гипотезе, что это кто-то из своих.

Это меня удивило, странно, если ты профессионал, то надо рассматривать любую версию. Вслух же я спросила:

— Он настолько сумасшедший?

— Ты даже не представляешь, Аврора, насколько он сумасшедший, — ответил мне полковник Арман Роше. — Если он решит тебя убить, никто не сможет ему помешать. И ему за это ничего не будет.

Я вдруг ощутила холод, такой внутренний, как будто меня неожиданно зазнобило. Нет, я ещё не испугалась по-настоящему. Просто у драконов была своя мораль, и Арман мне не просто так всё это говорил. Значит, что-то и впрямь не так с этим Фераро.

«Вот же похититель чёртов, — подумала я. — Не мог, что ли, спрятать Венец в другом регионе?»

Но делать было нечего. Дело было знаковым: если оно выгорит, то Арман вполне возможно займёт пост главы инквизиции. А я могу занять его место!

Мне нравился его кабинет. Но когда я его займу, то поставлю здесь больше цветов — вся эта холодная чёрно-белая гамма меня всегда раздражала.

Я ещё не знала, что еду не ловить вора. Я ехала к нему.

Вот и немного мрачный генерал Альберт Фераро

Герой войны, глава инквизиции и один из самых влиятельных драконов Империи. Он сделал блестящую карьеру благодаря уму, дисциплине и способности просчитывать людей на несколько ходов вперёд. Однако много лет назад он пернёс трагедию. Это стало единственным поражением, которое он так и не смог принять.

А вот и героиня - Аврора Ставицкая

Несколько лет назад Аврора погибла в своём мире и оказалась в Империи Драконов. Как и все попаданцы, не имея права самостоятельно распоряжаться своей жизнью, Аврора прошла обучение и стала одним из лучших следователей по делам, связанным с магическими аномалиями и преступлениями против Судьбы.

Арман Роше

Арман Роше посвятил всю свою жизнь служению государству. Поднявшись от рядового следователя до руководителя Департамента Судьбы, он участвовал в создании системы контроля над попаданцами и искренне считает её одним из величайших достижений Империи.

Поезд должен был прибыть вовремя. Здесь они всегда прибывали вовремя. В вагоне приятно пахло, наверняка в этом классе использовались дорогие ароматизаторы. Я ехала первым классом, всё оплачивало государство, но для большинства сотрудников был доступен только второй класс, и в нашем ведомстве по этому поводу частенько перешёптывались.

Мол, Аврора за особые заслуги, не связанные с работой, получает и продвижение, и право путешествовать с комфортом. В чём-то они были правы. В Департамента судьбы в Инквизиции я служила уже несколько лет, и глава департамента, Арман Роше, действительно был бы не против перевести наши отношения из деловых в более близкие.

Но я не хотела. Что-то меня останавливало, причём не потому, что я была высоких моральных принципов, меня останавливала именно кандидатура потенциального любовника.

Я смотрела в окно. За стеклом проносились зелёные леса, изредка мелькали замки, драконы любили жить в замках. Они здесь были правящей расой. Люди тоже жили неплохо, просто меньше. Именно поэтому, как я тогда думала, миром и правили драконы.